Чтение онлайн

Но после появления у Турции немецких крейсеров, планы русского командования были спутаны. Стратегический замысел командующего объединенным германо-турецким флотом контр-адмирала Сушона заключался в том, чтобы нанести внезапный удар почти одновременно по главной базе русского флота – Севастополю, портам в Одессе, Феодосии и Новороссийску. Потопить или серьезно повредить находившиеся там боевые корабли и торговые суда, а также наиболее существенные военные и промышленные объекты на берегу и, тем ослабив русский Черноморский флот, добиться возможности полного превосходства на море. Немецкий адмирал планировал повторить опыт японцев в 1904 году. Даже несмотря на первый успех его операции, Русский флот серьезных потерь не понес, так как у Сушона элементарно не хватило огневой мощи. Если бы флот турок был помощнее, то Черноморский флот мог получить тяжелейший удар, повлекшее резко ухудшило бы положение Русской Кавказской армии и нарушило бы черноморские коммуникации.

К началу боевых действий (16 октября 1914 года) Черноморский флот насчитывал 7 линейных кораблей-додредноутов (из них два – «Синоп» и «Георгий Победоносец» – ограниченного боевого значения), 2 бронепалубных крейсера («Кагул» и «Память Меркурия»), яхту «Алмаз», 17 эскадренных миноносцев, 13 миноносцев, 4 подводные лодки, а также канонерские лодки, минные заградители, посыльные суда и транспорты. Среди них только 4 эскадренных миноносца типа «Дерзкий» являлись вполне современными и удачными кораблями. Командующим Черноморским флотом с 1911 года являлся вице-адмирал, а с 1913 адмирал А.А. Эбергард (1856–1919), имевший огромный опыт работы во флоте.

Командующий Черноморским флотом до июля 1916 года адмирал А.А. Эбергард

Его флагманский линкор «Евстафий» признан самым результативным судном Черноморского флота за Первую мировую войну. Ему принадлежит тот «золотой выстрел», который прозвучал после 12 часов 18 ноября 1914 года, когда эскадра Черноморского флота приближалась к южной оконечности Крыма – мысу Сарыч, неподалеку от Ялты и встретилась по прямому курсу с линейными крейсерами «Гебен» и «Бреслау». Два выстрела из двенадцатидюймовок «Евстафия» разворотили каземат немецкого бортового орудия на «Гебене». На судне сразу погибли 9 офицеров и 105 человек команды. 7 офицеров и 52 матроса получили ранения. Русские снаряды ложатся вокруг «Гебена» так кучно, так как в бой втянется вся русская эскадра. Германский адмирал Сушон понимает, что нужно уходить. Немцы, увеличив скорость, исчезают в полосе тумана. Тихоходному Черноморскому флоту не хватает целых 10-ти узлов, чтобы догнать их. Весь бой занял всего 14 минут.

Соотношение главных сил в целом складывалось в пользу русских, имевших 5 линейных кораблей против одного «Гебена». Об этом можно судить по составу орудий. 305-мм орудия русских кораблей стреляли снарядами массой 332 кг (фугасные) и 380 кг (бронебойные). 280-мм орудия «Гебена» использовали снаряды массой 300 кг. Бортовой залп черноморской дивизии линкоров усиливали также 35 орудий среднего калибра (152 и 203 мм), а германского крейсера – всего шесть 150-мм пушек. Однако «Гебен» имел толщину брони главного пояса 270 мм, что на 30 мм больше, чем на линкорах типа «Евстафий». Он превосходил русские корабли в скорости стрельбы и быстроте хода. При этом, учитывая фактор времени, скоротечность артиллерийского боя, боевую мощь сравнительно устаревших «Трех Святителей» и «Ростислава» можно было и вовсе не принимать в расчет.

Следует признать, что обе стороны не проявили настойчивости в достижении своих целей. В. Сушон, обнаружив русский Черноморский флот в полном составе, явно поторопился скрыться, оказавшись под огнем сравнительно более слабого противника и не позволил застать себя врасплох. В свою очередь, А.А. Эбергардт не использовал всех возможностей комбинированного применения своих многочисленных сил. «Полное отсутствие в Черноморском флоте быстроходных крейсеров, – доносил позднее в Ставку адмирал А.А. Эбергардт, – ставило нас в крайне невыгодное положение для крейсерства и поддержания блокады, так как за исключением четырех миноносцев, только что вступивших в строй, не было ни одного судна, которое можно было бы отделять от флота».

Лишь в конце XX века в развитие Черноморского флота были вложены значительные средства. К октябрю 1917 года южный флот, несмотря на понесенные в ходе Первой мировой войны потери, представлял серьезную боевую силу, вполне сравнимую с мощью сильнейших флотов Средиземноморского бассейна – французского, итальянского. В состав российского флота на Черном море вошли два новых линейных корабля-дредноута, семь линейных кораблей додредноутного типа, три крейсера, двадцать три эскадренных миноносца, пятнадцать подводных лодок, три авиатранспорта, многочисленные малые корабли и катера. На верфях Николаева строились: линейный корабль, четыре легких крейсера, четыре эскадренных миноносца, десять подводных лодок и другие корабли.

Вице-адмирал А.В. Колчак – командующий Черноморским флотом

К этому времени на Балтийском флоте восходила звезда капитана первого ранга А.В. Колчака (1874–1920) ученого-океанографа, полярного исследователя (1900–1903), флотоводца (1915–1917), вошедшего в историю, как руководитель Белого движения во время Гражданской войны в России. Первые месяцы Первой мировой войны Колчак воевал в должности флаг-капитана, разрабатывая оперативные задания и планы минирования портов. В феврале 1915 года капитан 1-го ранга А.В. Колчак принял командование полудивизионом особого назначения из четырех эскадренных миноносцев типа «Пограничник». В ходе минно-заградительной операции в Данцигской бухте Колчаку пришлось применять свой опыт плавания в Арктике в море полного льда. Но уже в начале сентября 1915 года ему доверена должность начальника Минной дивизии.

В это время Колчак разработал и осуществил десантную операцию в германском тылу. В октябре отряд из 22 офицеров и 514 нижних чинов на двух канонерских лодках под прикрытием 15 миноносцев, линкора «Слава» и авиатранспорта «Орлица» отправились в поход. Через три дня скрытно от немцев отряд высадился на берег, и разгромил высланную немцами роту пехоты. Гидросамолеты и миноносцы помогали десантникам с моря. В результате высадки был ликвидирован наблюдательный пункт противника, захвачены пленные и трофеи. Война позволила Колчаку проявить новые грани своего таланта. После полярных плаваний, штабного планирования, Александр Васильевич раскрылся как флотоводец и мастер морского десанта. 10 апреля 1916 года он был произведен в контр-адмиралы.

Одна из последних задач, которой Колчак занимался на Балтийском флоте, была связана с осуществлением крупной десантной операции в немецком тылу в Рижском заливе. Но уже 28 июня 1916 года указом императора, с нарушением прав старшинства, А.В. Колчак был произведен в вице-адмиралы и назначен командующим Черноморским флотом. Он стал самым молодым из командующих флотами воюющих держав. Столь стремительное повышение «потрясло всех». Современники связывали его с близостью адмирала к думской оппозиции, но в Ставке объясняли это назначение усилением важности Черноморского флота, а также планами скорой десантной операции для захвата Константинополя и Черноморскихпроливов.

Назначение на новое место Колчак воспринял без особого энтузиазма, так как приходилось оставлять живое и интересное дело, которому он отдавал всего себя, командуя Минной дивизией. Даже существенное повышение оклада в размере 22 тысяч рублей в год и дополнительно морское довольствие не радовали его.

Основная задача, поставленная Колчаком, как главнокомандующим Черноморским флотом, заключалась в очистке Черного моря от вражеских военных кораблей и полного прекращении неприятельского судоходства. Достичь этой цели можно было только при полной блокировке пролива Босфор и болгарских портов. Под руководством главнокомандующего в конце июля 1916 года началась операция по минированию Босфора с помощью подводных лодок. В самом горле Босфорского пролива было установлено 60 мин. Заминирован вход в пролив от берега до берега. По приказу Колчака были заминированы выходы из болгарских портов Варна, Зонгулдак. Это серьезно ударило по турецкой экономике. Для поддержки минных полей в боевой готовности в Черном море на расстоянии в 50–100 миль от Босфора всегда стоял на дежурстве отряд русских кораблей в составе дредноута, крейсера и нескольких миноносцев. Около Босфора постоянно дежурила подводная лодка.

По отработанным на Балтике методам минирования и под личным руководством Колчака было проведено минирование Босфора, а также всего турецкого побережья, не далее 5 миль от берега, с тем расчетом, чтобы можно было бомбардировать босфорские укрепления с моря. Подобное минирование, на самом деле, лишило противника возможности активных действий на Черном море. В конце октября 1916 года на минах близ Варны подорвалась немецкая подводная лодка «B–45», а в конце ноября у Босфора еще одна – «B–46». К концу 1916 года командующий Черноморским флотом реализовал свою задачу. Он прочно запер германский и турецкий флот, включая «Гебен» и «Бреслау», в Босфоре. На минах подорвались шесть вражеских подводных лодок и немецкий быстроходный линейный крейсер «Гебен». В конце 1916 года неприятельские суда вообще исчезли из Черного моря, так как босфорские минные заграждения были для них непреодолимой преградой.