Чтение онлайн

— Я так и подумала, видя твой тип лица и такую белую кожу, — внезапно по-русски произнесла гример за моей спиной. — Кстати, я Люда.

— Вика, — пораженно обернулась на нее я. — Очень приятно.

Никогда в жизни не думала, что так приятно будет услышать родную речь.

— Я из Пензы, а ты откуда?

— Из Мурманской области.

— Ничего себе! — воскликнула Люда. — А я думала ты из откуда-то из Краснодара… Наверное, мне показалось, что у тебя есть кавказские корни…

Я смущенно улыбнулась.

— Да, моя мама грузинка, а папа русский. Но я родилась и провела детство за полярным кругом.

— Я жила в Питере примерно лет пять, пока не уехала в Америку двадцать лет назад.

— Я тоже там жила с десяти лет, когда мама устроилась преподавателем в консерваторию, а папа преподавателем в университет.

Люда тепло улыбнулась и быстро повернула мое лицо так, чтобы ей было удобно наносить румяна.

— Тогда я буду внимательнее следить за защитой твоей кожи от солнца, а то всего за пару дней в Италии ты превратишься в Кубанский помидорчик. Так, а сейчас больше не разговариваем, чтобы я спросонья не нарисовала тебе случайно усики…

Я тихо рассмеялась и послушно замерла в кресле.

В пять утра в Италии еще темно, но в маленькой гримерной было светлее чем самым ясным днем.

Возможно, через несколько дней это все станет обыденностью, но впервые готовясь к профессиональным съемкам мое сердце трепетало в груди ни на секунду не веря в волшебство происходящего.

Гример Люда интересно рассказывала о том, как работала в Голливуде на съемках кино и познакомилась там со своим будущем мужем-итальянцем. Как ее муж являл чудеса операторского искусства, снимая сцены с каскадерами для многих известных мне фильмов. А десять лет назад они переехали в Италию к его пожилым родителям, и теперь в основном работают на съемках здесь.

И вроде бы я только что была в гримерке, и словно по щелчку пальцев оказалась на самой настоящей съемочной площадке.

Ветер раздувает полы нежно бежевого платья, темные кудри грациозно развеваются за спиной. А над головой летают дроны с камерами, снимая с высоты птичьего полета, как я встречаю зарю на высокой скале.

Надеюсь, все увидят, как темные волны бьются о скалы, оглушая звуками прибоя, как поднимается солнечный диск над водой. Потому что у меня внутри все сжималось и переворачивалось как на американских горках от понимания насколько же красивое место выбрал Сандро для строительства отеля.

Как бы я к нему не относилась, но эту красоту должны оценить по достоинству. Не знаю как много прекрасных видов видели эти богачи, но то, что вижу я по-настоящему завораживает.

— Стоп! Снято! — крикнул режиссер.

Ко мне тут же подбежала помощница Летиции и заботливо укрыла меня одеялом.

— Сильно замерзли, синьорина? — заботливо поинтересовалась она.

Видя ее в теплой куртке, я невольно рассмеялась. На Кольском полуострове летом холоднее, чем пятого апреля на побережье Амальфи.

— Все хорошо, — кивнула я, улыбаясь.

— Ты вся светишься, — озадаченно протянула Летиция, потягивая уже третью чашку кофе. — Сказочный принц приснился?

Насмешливо шевельнув бровью над круглыми очками, она стрельнула глазами в сторону отеля.

— Нет, — покачала я головой. — Просто эмоции переполняют.

— Ну, и славненько, — довольно подмигнула она. — А то он уже час за нами наблюдает.

Только сейчас я заметила фигуру Сандро, пьющего кофе в гордом одиночестве на одной из террас нашего люкса, по размерам больше похожего на отдельную виллу. Четыре спальни, огромная гостиная с панорамными видами. И из каждой комнаты был просто восхитительный вид на лимонный сад или Средиземное море.

Жаль, что теперь я могла полюбоваться этой красотой только в темноте или пару минут в перерывах между съемками.

Летиция ушла по своим делам, а я как-то само собой светло улыбнулась Сандро и слегка помахала ему рукой. Не знаю заметил он меня или нет, но он никак не отреагировал.

Так что, решив для себя, что не очень-то и хотелось услышать от него итальянское «Бонжорно», я достала телефон и решила записать видео для другого человека.

— Бонжорно, нонно, — искренне улыбнулась я, начиная снимать видео для синьора Лукрезе. — Знаю, что вы, вероятно, видели все эти места, но я бы хотела вам лично сказать, что здесь просто восхитительно красиво. Нонно, огромное спасибо, что дали мне шанс сниматься в рекламе для вашего отеля. Любуясь такими пейзажами, я чувствую себя счастливой.

Переключив камеру, я комментировала в том же духе и снимала все вокруг, жалея лишь о том, что камера не передает то, как видят этот день мои глаза.

— Вон там сидит на террасе Сандро, видимо тоже любуется рассветом над морем, — указала я на внука синьора Лукрезе. — Надеюсь, он хоть немного высыпается, потому что мы с Летицией очень рано встаем и поздно ложимся…

Я продолжала снимать и рассказывать дедушке о своем первом съемочном дне в том же духе и каково было мое удивление, когда через полчаса после отправки видео мне пришел ответ:

«Успехов, Виктория! Мой дорогой цветочек, я верю, что у тебя все получится. Присылай еще видео о том, как мои внуки работают на побережье Амальфи.»

Окрыленная еще больше таким пожеланием, я и без кофе чувствовала невероятную бодрость выкладываться на съемках по полной программе.

Первые лучи солнца играли в листве лимонного сада на обрыве скалы, превращая росу в бриллианты. Пробуждая природу и даруя надежду, на мое светлое будущее. Улыбаясь камере, я теперь уже в другом платье кружилась среди лимонных деревьев, представляя, как увижу этот момент на экране.

Улыбчивую девушку, которая на пару дней попала в сказку.

Жаль, что волшебства хватило лишь на пару дней. Ну, может быть на два с половиной.

7 апреля

Стоя у большого зеркала в ресторане, я в образе шеф повара до боли в скулах отрабатывала улыбку и одну малюсенькую реплику ролика для социальных сетей отеля «Густо дела Вита».

— Пробуя это блюдо, ты чувствуешь, как язык околдовывает магия… Настоящее волшебство сочетания вкусов…

Сонным утром третьего дня съемок я всеми силами пыталась изобразить, как что-то с восторгом пробую. Чувствуя, что любой человек, который умеет играть в «крокодила» справился бы лучше.

— Нет-нет, так не пойдет, — устало покачала головой Летиция.

С видом жесточайшего критика и невообразимо модная в розовом костюме, она сидела рядом на стульчике, пока рядом любопытно застыла мой гример Люда. Наверное, дело в том, что мы обе русские, но Людочка всеми силами старалась мне помогать во всем и делилась богатым киношным опытом.