Чтение онлайн

Хотя последний фактор значения для него лично уже не имел. Осторожничай, не осторожничай, выправить случившееся было уже сложно. Серафим с тяжелым сердцем отошел от окна и еще раз оглядел комнату. Уютная, вполне соответствующая облику ее хозяйки, во всяком случае, тому впечатлению, какое она смогла произвести на него. Жалко, конечно, будет портить и обои, и ковер, и эти с видимой тщательностью подобранные гравюры, но другого выхода он просто не видел. Серафим сам себя перестал бы уважать, если бы оставил ее выпад без ответного хода. Хорошо бы ей самой вернуться в разгар событий, но, как видно, не судьба, а время не терпит. Ладно, пусть хоть это ее удивит.

Нет, но какова нахалка!..

Звук открываемой двери отвлек его от мрачных размышлений. Метнувшись за угол шкафа, Серафим рывком достал пистолет из-за пояса брюк и осторожно снял с предохранителя.

— Давай, давай двигай вперед, не бойся…

Услышав бесшабашный голос Сани Левчика, Серафим расслабился и, вернув оружие на место, вышел из укрытия.

Представшая перед ним личность могла разжалобить кого угодно. Невысокий тщедушный человечишка трясся всем телом и без конца икал, пуская слюну из уголка рта. Сцепленные пальцы рук он держал перед грудью в молитвенном жесте, а глазами ловил взгляд стоящих напротив мужчин, умоляя о снисхождении.

— Что это? — брезгливо сморщился Серафим.

— Это у их сослуживцы, — хохотнул Саня и подтолкнул студенистую массу в образе человека вперед. — Ты представляешь, он даже в штаны напрудил, когда я «пушку» достал. Ну прикол!..

— Присядь, — коротко приказал Серафим. — Как зовут?

Парень рухнул на пол на колени и, заикаясь, проблеял:

— В-володя-я.

— Вова, значит. И чем же ты, Вова, так прогневал моего хорошего друга, что он тебя пригласил для беседы?

Для нужного ответа сил не нашлось. Вова недоуменно задергал плечами и отрицательно замотал головой.

— Не знаешь, значит. А где мы сейчас находимся, ты тоже не знаешь? Чей это дом?

— Ларискин, — на удивление бодро ответил Володя и заискивающе посмотрел на собеседника. — Это ее квартира. Мы вместе работаем. Я с ней никаких отношений не имею. Гадкая баба…

— И чем же она тебе так не угодила… Вова? — делая ударение на его имени, почти радостно заулыбался Серафим.

— Гадкая, гадкая и сволочная. Себе на уме. Втерлась к нашему управляющему в доверие.

— Каким образом?

— Пришла несколько лет назад в потертых джинсах и облезлой футболке к нему в кабинет и давай перед носом чертежами махать. Мы тогда эту убогую квартиру не могли никому спихнуть. Вот она и подкупила его этим, ну что избавила от проблем. А он, старый ишак, проникся и решил, что она — дар божий. Предложил ей работу. Все лучшие заказы — ей. Ну и отсюда — заработки. Высокомерная, ни с кем отношений не заводит. Поначалу думали — лесбиянка, но она и бабам отказывала. Представляете, что за экземпляр?

— Ну, ну, — поощрил его Серафим. — Продолжай. А что же с тобой? Сидите в одном кабинете, и никогда не откровенничала?

— Да вы что?! — От неожиданности Володя вновь принялся громко икать. — Меня за быдло держала. Сроду никогда не поможет ни в чем. Чирик сбить до получки у нее невозможно. А сама деньги сумками таскает.

— Ну-ка, ну-ка, поподробнее, если можно, — Серафим продолжал улыбаться, но от Сани Левчика не укрылось, каким змеиным блеском засверкали его глаза.

— Утром опоздала на работу. Потом полезла в сумку, я уже и не помню зачем, а там баксы пачками. Я ей: «Откуда?» А она даже до ответа не снизошла.

— Сумочка гобеленовая в клетку, так?

— Ага, — обрадованно закивал Володя. — Клетка синяя с бежевым. Убогость жуткая.

— Как думаешь, откуда деньги?

— Сам не знаю! — ударил он кулаком себя в грудь. — Скрытная очень. Пришла поздно, под глазами круги, в сумке деньги, и давай вкалывать. Весь день над расчетами просидела, даже от обеда отказалась.

— Она не была чем-то расстроена?

— Не знаю. По ее лицу очень трудно понять. Нацепит на себя маску такую непроницаемую, и все, дальше — могила.

— Это ты точно подметил!.. — удовлетворенно отметил Серафим и трижды выстрелил бедной жертве в голову.

Смешно дернув ногами, то, что было когда-то Владимиром, рухнуло развороченным лицом вниз и через мгновение застыло.

— Сюрприз! — почти радостно пропел Саня Левчик.

— Еще какой сюрприз! — Серафим демонически заулыбался и послал две пули в грудь своему соратнику. — Прости, Саня. Так нужно.

— С-сима-а, — простонал тот и рухнул на спину. Изумленно глядя попеременно то на расползающееся на груди пятно крови, то на Серафима, Саня силился подняться, но не мог. — За что?!

— Так нужно, дорогой. Так нужно. Ты мне с того света спасибо еще не раз скажешь, — почти ласково ответил ему хозяин, подошел вплотную к нему, приставил пистолет к голове и произнес: — Извини, контрольный…

Шум воды был слышен даже с лестничной клетки. Вот тебе и новомодный пентхауз! Слышимость как в хрущевском клоповнике. В довершение ко всему Лариса услышала смачный звук поцелуя и следом сладкий речитатив Ляльки:

— Сладенький мой, любименький, возвращайся поскорее. Лялечка очень по тебе скучает…

Обблеваться можно от такого зефирно-розового счастья! То ли дело у нее, Ларисы, — все просто, как сама жизнь, без лишних слов, эмоций и объяснений. Подавив в себе горестный вздох, она нажала на кнопку звонка, и почти тотчас дверь распахнулась.

Высокий импозантный мужчина сорока лет от роду с фигурой атлета и умными добрыми глазами несколько мгновений недоуменно ее разглядывал, моргал, оглядываясь куда-то себе за спину и беззвучно шевеля губами, а затем с улыбкой пробормотал:

— Ларочка! Вот так сюрприз! Все никак не могу к тебе привыкнуть…

Он вежливо чмокнул ее в побледневшую щеку и потянул за собой в просторный прохладный холл.

— Ляля. Иди сюда.

Так может звать по имени только горячо любящий мужчина. Нежно, проникновенно, словно лаская звуком своего голоса, не то что…

Лариса подавила очередной всплеск горечи и распахнула руки навстречу сестре, которая с диким визгом неслась на нее откуда-то из глубины квартиры.

— Ларка! Гадкая девчонка! — тут же заслюнтявилась она, вымазав всю щеку Ларисы слезами. — Неужели не могла позвонить?! Мы бы подготовились! Как же я соскучилась!!! Аркашенька, это же Ларка?! Господи, я не верю! Это она…