Чтение онлайн

— Вот это меня и заботит. В пределах твоего королевства до сих пор живут язычники. Это странно для христианского государя.

Владимир заметил:

— У нас забот достаточно. А язычников я не неволю. Главное, чтобы дань исправно платили.

Но Мейнхард, склонив голову, спросил:

— Разве король Полоцка не скорбит о заблудших душах?

— Полно, в чем просьба твоя, святой отец?

— Я прошу милостивого разрешения на проповедь христианского учения среди ливов. Я смиренный монах, и прибыл сюда с единственной целью, ради Господа нашего проповедовать слово Божье.

— Это дело святое и богоугодное. Позволяю тебе, почтенный священник, проповедовать у ливов. Никто не смеет чинить тебе препятствий. Завтра тебе предоставят грамоту с моей печатью.

Мейнхард очень обрадовался разрешению, полученному от князя. Его деятельная натура стремилась поскорее начать дело просвещения в ливском краю. Получив дары и разрешение полоцкого князя, Мейнхард на первом же корабле спустился к устью Двины и начал крестить язычников.

* * *

Энергичный проповедник Мейнхард появился в краю ливов в восьмидесятых годах двенадцатого столетия. По словам Генриха Латвийского, это был «человек достопочтенной жизни, убеленный почтенной сединой» [26] . На этом основании можно предположить, что Мейнхарду к моменту прибытия в край ливов могло быть около пятидесяти лет. По-видимому, время рождения будущего первого епископа Ливонии следует относить к ИЗО— 1134 гг.

Неизвестно происхождение Мейнхарда, неизвестно также, когда и как он попал в августинский монастырь. По версии Хайнца фон цур Мюлена (Heinz von zur M"uhlen), Мейнхард родился в семье бременского министериала [27] . Со временем он сделался священником ордена блаженного Августина и каноником Зегебергской обители, что в Хольштейне. Видимо, это и повлияло на дальнейшую судьбу Мейнхарда. Монастырь в Зегеберге был основан самим Вицелином Ольденбургским, который чтится католиками как святой. Дух миссионерства не покидал Вицелина, и он жаждал попробовать свои силы на ниве обращения язычников-славян. Не получив благословения от архиепископа Норберта на миссионерскую деятельность, Вицелин отправился в Бремен, где и добился назначения от тамошнего архиепископа. В 1126—1127 гг. Вицелин проповедовал слово Божие в местах, населенных вагриями, народом, принадлежавшим к славянам-ободритам. Зегебергская обитель сделалась центром миссионерства. Историки не сомневаются, что Вицелин стал главным примером в жизни для Мейнхарда. Вдохновленный им, будущий епископ ливов отправился в дальний путь, нести язычникам свет истинной веры.

Ливские земли были уже знакомы немецким торговцам. Во второй половине XII столетия купцы из города Любека особенно активно начали осваивать путь в Русские земли по Даугаве. Надо думать, что прибывали они к ливам с острова Готланд, где уже в 1163 году немецкая купеческая колония была так велика, что получила привилегию судить своих членов по своим законам. После 1158 года именно Любек выдвинулся на первый план в торговле на Балтике и удивительно быстро захватил в ней ведущие позиции.

Когда в 1285 году главный центр острова Готланд — Висбю перешел под власть шведского короля, абсолютное большинство домовладельцев в городе составляли немцы. Поэтому можно говорить, что Готланд к этому времени сделался главным центром немецкой торговой экспансии.

По свидетельству Арнольда Любекского, первое время Мейнхард жил на Готланде среди немецких торговцев. Здесь он проводил зимы, а весной отправлялся на берега широкой Даугавы к ливам. Поэтому высказываются предположения, будто Мейнхард был священником немецкой торговой колонии, который попал к ливам лишь постольку, поскольку сопровождал купцов в деловых поездках. Но Генрих Латвийский в своей хронике говорит о том, что Мейнхард начал проповедовать и строить церковь в деревне Икескола (Икшкиле), то есть, сразу поселился среди ливов [28] . Приезд проповедника не был случайностью. Вдохновляемый примером Вицелина, Мейнхард приступил к своей деятельности планомерно и с размахом. Его статус каноника и почтенный возраст говорят против предположения о том, что Мейнхард был священником торговой колонии. Генрих Латвийский подчеркивает, что «просто ради дела Христова... и только для проповеди прибыл он в Ливонию вместе с купцами» [29] .

* * *

0 чем в действительности говорил проповедник Мейнхард с полоцким князем, нам не узнать. Но мы можем представить, что все происходило примерно так. Важен сам факт: с появлением первых миссионеров начиналась энергичная и планомерная немецкая колонизация Ливонии. Мейнхард, поселившись среди ливов, обещал построить каменные замки для защиты от вражеских набегов, если все ливы примут крещение. Он пригласил каменотесов и рабочих с Готланда ив 1186 году основал первую христианскую церковь и укрепленный замок в Икшкиле (9). Это была первая каменная постройка в Ливонии.

Но возникает вопрос: «Почему Икшкиле?» Это лив-ское поселение, деревня, не имевшая особенного значения на большом торговом пути в Русские земли. Возможно, название поселения происходит от ливского «юкси»— «один» и «кюлла»— «деревня». Немцы называли ее — "Uxk"ull. Ближе к устью, ниже по течению реки в районе современной Риги тоже было поселение, которое наверняка гораздо чаще посещалось торговцами. Может быть, Мейхнард действовал тем же образом, что и русские князья, которые при колонизации земель финно-угорских народов — мери и веси строили опорные пункты своей власти также на местах небольших деревень, и никогда не обосновывались в крупных поселениях, с сильным влиянием местной знати.

Так или иначе, имея разрешение Владимира Полоцкого, проповедник в 1184 году построил церковь в Икшкиле и крестил в ней нескольких ливов. Пережив страшную зиму, когда литовские всадники опустошили и разграбили весь ливский край, а сам Мейнхард вынужден был прятаться в лесах, благочестивый миссионер предложил ливам выстроить каменный замок рядом с их деревней, если ливы примут христианство. Он сдержал свое слово. В 1185 году с Готланда прибыли искусные каменщики, которые приступили к созданию первого в истории Ливонии каменного замка. Строился замок, скорее всего, на деньги тех самых немецких купцов, которые привезли Мейнхарда в этот суровый край. Пятую часть денег на постройку дал сам проповедник, так что пятая часть замка принадлежала ему лично. Речь, наверное, идет о немалых деньгах. А кому принадлежали еще 4/5 замка?

Ливонская Рифмованная хроника несколько иначе описывает деятельность первых немецких колонистов в Ливонии. Всю заслугу в основании Икшкиле и строительстве церкви она приписывает купцам. Таким образом, Икшкиле была основана как торговая колония. Некоторые историки, проводя аналогии с иноземными купеческими факториями в русских землях, склоняются к той же версии, и ставят под сомнения известия Генриха Латвийского о разрешении Владимира на миссионерскую деятельность Мейнхарда. Действительно, русские князья не возражали против строительства католических храмов на иноземных торговых дворах (таковые, в частности были в Новгороде и Галиче), однако проповеди латинской веры среди подданных, даже некрещеных, запрещали. Кроме того, историками отмечалось, что сам Генрих Латвийский противоречит собственному утверждению о разрешении на миссию Мейнхарда, описывая переговоры 1212 года Владимира с епископом Альбертом, где полоцкий князь «утверждал, что в его власти либо крестить рабов его ливов, либо оставить некрещеными». Иными словами, бесспорной является лишь основание в Икшкиле в 80-х годах XII века немецкой торговой колонии и латинской церкви в ней, действительно с дозволения верховного правителя Ливонии Владимира Полоцкого.

Археологические раскопки в Икшкиле, проведенные в 1968—1974 гг. латвийскими учеными под руководством Яниса Граудониса, показали, что церковь была построена из дерева на фундаменте из камней. Она была построена рядом с замком и вместе с ним образовала единую систему укреплений. К восточной стене церкви примыкал западный край замка с четырьмя отапливаемыми подвальными помещениями, по-видимому, пригодными для жилья, над которыми была надстройка, соединенная с церковью. Я. Граудонис заключил, что это и была одна пятая часть замка, принадлежавшая Мейнхарду. На остальной части жили ливы. Там найдены остатки жилых помещений с типичными ливскими печами. Из всего этого ясно, что в первом ливонском замке немцы и ливы жили вместе [30] .

Известно также, что Мейнхард приезжал в Германию. Он сообщил обо всем, сделанном им в Ливонии, соборному капитулу и новому епископу Хартвигу II Бременскому, занимавшему свой пост с 1185 по 1207 год. Его рассказ был с живым интересом выслушан присутствовавшими, среди которых был и Альберт фон Буксхевден, который через 13 лет после Мейнхарада возглавил созданное им епископство [31] . Именно Хартвиг II посвятил Мейнхарда в сан епископа. Это назначение было утверждено в 1188 году самим папой римским.