Чтение онлайн

– Прощайте, дедушка Бажен – крепко поцеловал парень деда, в этот раз и не думая поправлять и требовать обращения к себе как к взрослому.

– Береги себя, малыш – старик растроганно скривил лицо, не торопясь отпускать парня.

– Обязательно. И с вами мы ещё точно увидимся, дедушка. Ещё будете гонять меня палкой по двору, вот увидите.

Дед беззвучно рассмеялся на немудрёную шутку и лесть и ещё раз притянул паренька к себе, а потом обхватил голову Элезара всё ещё крепкими руками и вгляделся в голубые глаза своими почти серыми.

– Выживи, будь достойным, мальчик! Не опозорь Род! – серьёзно и уже без тени сентиментальности сказал он. Голос его при этом был внушителен.

– Конечно! – сглотнул юноша.

– А ты береги его. Боги не зря тебя сюда послали – старик строго метнул взгляд на Алесандра, наблюдавшего за сценой прощания.

– На всё воля Господа! – не выказывая согласия, но и не возражая, ответил тот.

Старик махнул рукой на него, резко развернулся и побрёл прочь. А оба спутника пошли вдогонку успевшей уже прилично отъехать телеге. Элезар шёл в лёгком обалдении. К чему это было? Что имел в виду старик?

Александр же шёл справа от телеги и улыбался в бороду, но был задумчив. Дороги было немного, всего час или даже чуть меньше. «Впрочем, если считать, что счастливые часов не наблюдают, то люди этого времени были поголовно счастливы», — думал Александр, вспоминая свою жизнь. Всё время, которое он находился здесь в прошлом, как он высчитал в 1095 году от Рождества Христова, было для него… пожалуй, волшебным. Поначалу он сильно испугался, даже пришёл в ужас, но позже обрёл цель не только своего существования здесь, но и возможно всей жизни.

Однако долго размышлять не получилось. Дорога действительно была очень короткой, и уже вскоре они приблизились к Шлезвигу, а затем въехали в ворота.

Город окружала невысокая каменная стена на высокой насыпи, но ещё лучше город был защищён с моря. Широкий полукруг деревянной стены с башнями уходил прямо в воду, образуя защищённую бухту, по примеру многих укреплённых датских городов. Внутри же находились многочисленные причалы и все основные постройки, в основном деревянные, но были и каменные, помимо городской стены на насыпи. Резиденция епископа и доминировавший над городом собор, чем-то похожий на крепость, выделялись на общем фоне. Собор был выполнен в узнаваемом романском стиле, а при входе была одна башня, устремлённая ввысь. Он был не слишком велик, но пока что это было самое высокое строение, виденное здесь Александром, и смотрелся он внушительно, а выполнен был очень красиво.

Повсюду царила чистота. Похоже улицы даже подметали и никакого впечатления вида средневекового города, как его себе представлял Александр, не было и в помине. Для набора воды, как и в Хайтабю, использовались общественные и располагающиеся на личных участках колодцы. Многочисленные же неглубокие искусственные каналы с проточной водой, укреплённые деревом, использовались для слива нечистот. В общем, город производил очень приятное впечатление. Главная площадь города, где располагался торг, тоже оказалась вымощенной камнем, в то время как остальные улицы покрывали деревянные мостовые, на которых подпрыгивала телега.

Попав на площадь, они подъехали к одному из незанятых навесов. Подскочивший было к ним малый, одетый в нечто, похожее кожаный жилет с металлическими нашивками и опоясанный мечом, узнав Элезара, приветливо махнул ему рукой и поменял направление движения. Видимо, собирался взять плату за торг, но почему-то передумал.

– А плату с нас не возьмут? Знакомый твой? – уточнил Александр у Элезара.

– Возможно. Меня порой люди узнают, которых первый раз вижу. Отец — священник, человек известный и уважаемый. А что касается сбора, то у него освобождение от всего подобного, кроме платы епископу. Видимо, или распоряжения на этот счёт не поступало, или страж не в курсе, вот и не стал связываться. Раскладываемся, а там посмотрим. Будем считать, что повезло.

На прилавок они выложили большую часть раскрашенной в яркие цвета одежды, короба с инструментом, корзины, кое-что из обстановки дома, а также лишний щит, неплохой лук, наконечники для стрел, гвозди и всякой другой мелочёвки. Оставив Драгомира присмотреть и получить причитающееся за товар, если найдётся покупатель, сами они отправились к дальней части рынка, где торговали скотом и лошадьми. Овец Элезар оставил родственникам, а вот лошадь у него была одна, и других в Хайтабю было не купить. Самим не хватало. В Шлезвиге же выбор был.

Однако, подойдя к загонам с козами и овцами, плетёным загородкам с птицей они обнаружили, что торговец лошадьми там только один. Поспрашивав цены, оба спутника, поняли, что денег у них может и хватит, тем более после продажи товаров, но на путешествие останется не так, чтобы и много. Но вот пару мулов вполне себе могли позволить. К тому же после объяснений и споров торговец лошадьми согласился принять в счёт оплаты их товар. Быстро вернувшись вместе с торговцем к своему лотку, где Драгомир не успел ещё ничего продать, они сговорились о доплате в 200 пфеннингов. В целом вышло очень неплохо.

Счастливо и неожиданно скоро расторговавшись, перегрузив поклажу на мулов, они попрощались с Драгомиром.

– Надо бы поесть, но сначала стоит посетить епископа – посмотрел на стоящее в зените солнце Элезар – Пойдём, наверное, к усадьбе. Глядишь, и на обед попадём.

Надежды Элезара оправдались. Стоило им только доложиться, как майордом-управляющий епископского поместья распорядился слугам принять лошадей, а им самим подняться в покои епископа и присоединиться к его обеду, как если бы их ждали.

Епископ Шлезвига встречал их, сидя за накрытым столом и в одиночестве.

– Элезар! Сын мой. Подойди же к твоему старому наставнику Сигварду! – обратился он на великолепной латыни к вошедшему парню.

Элезар с достоинством приблизился, а затем преклонил колено и приложился к руке прямого, словно палку проглотил, очень худого, с высоким лбом, пожилого и совершенно лысого мужчины, одетого скорее как богатый владетель, чем как князь церкви. Впрочем, он действительно являлся фактически управляющим городом и всем округом, был судьёй и главой военного ополчения, в связи с чем не раз сам брал в руки меч. Должность свою он получил не за богатство, как некоторые другие чиновники, а за ум, истовую веру и преданность ещё прошлому королю Кнуду IV, даровавшему священникам привилегий едва ли не больше, чем знати. Впрочем, и королю Олафу епископ Сигвард служил честно на протяжении уже многих лет, сохранив епископство и жизнь, что само по себе о многом говорило.

– Представишь мне своего спутника?

– Да, конечно, это мой друг, соратник и спутник в дальнем походе, брат Александр.

– Брат? Ты монах?— заинтересовался Сигвард.

– Я не успел принять обеты, Владыка. В наших землях, таких как я, зовут инок – приблизился Александр и поклонившись, тоже приложился к руке священника.

– Ромей? Или грек?

– Рус, владыка. Я родился недалеко от…Владимира. Это город в русской земле.

– Никогда не слышал. Много ли у вас монастырей, все ли веруют в Господа нашего Иисуса Христа? – священник размашисто перекрестился. Александр и Элезар повторили его жест.