Чтение онлайн

Минут за пять до назначенного времени мне позвонили, и я объяснил курьеру, где сижу. Передо мной предстал посыльный – молодой человек лет двадцати пяти – двадцати семи, худой, высокий, с лицом, глядя на которое на ум сразу приходит образ забитой собаки с ужасно грустными глазами, кстати, такие точно глаза были и у него. Я, если честно, опешил. Я ожидал увидеть кого-то крупного, с квадратным лицом рецидивиста, но реальность – странная штука и порой отчебучивает такие вот шутки с людьми.

– Как работается? – попытался я завести разговор. Глядишь, удастся что-нибудь узнать об этом парне.

– Нормально, – ответ моего визави унес прочь гомон в фойе, как ветер – сухой осенний лист.

– Много где бываете, наверное?

– Да, – опять буркнул он. – Можно побыстрее? У меня много заказов, – оборвал все мои надежды курьер Глеб.

– Вот, – я передал ему бумаги, которые он убрал в пакет и запечатал. После моей оплаты посыльный поплелся (так и хотелось добавить: волоча хвост) в сторону выхода.

Не знаю, зачем я крикнул:

– Это ты!

Парень повернулся и уставился на меня пустым, непонимающим взглядом.

– Это ты забыл? – спросил я, держа на ладони ручку, оставленную им ранее.

– Возьмите себе, – не то улыбаясь, не то скалясь, произнес он, – любезность от фирмы.

И двинулся дальше к выходу, весь такой нелепый, особенно с этими милыми крылышками на желтых кроссовках. У меня в голове не укладывалось, как он может быть убийцей?

Согласно моему плану нужно было вычислить следующее место преступления. Но как это сделать? Мои мысли все возвращались к варианту со слежкой. Дело, в принципе, было относительно легкое: Глеб был высокий, да еще и в ярко-желтой униформе: такого тяжело потерять даже в толпе. Мне нужно было лишь скрыть свою внешность (кто знает, насколько хороша у него память на лица) и обзавестись свободным временем. Перерыв между убийствами все удлинялся, и каждый новый день мог стать ТЕМ САМЫМ ДНЕМ. Поэтому тянуть было нельзя. С большим трудом я уговорил шефа дать мне отпуск за свой счет в связи с проблемами со здоровьем (причем тут я почти не врал ему: эти кошмары мне точно не добавляли здоровья). Купив накладную бороду и очки в магазине реквизита, я был готов к своему предприятию. В последний момент решил обзавестись хоть каким-нибудь средством защиты и приобрел маленький, но, по заверениям продавца, мощный и действенный шокер.

На следующий день я был уже во всеоружии рядом с офисом фирмы «Гермес+». Погода выдалась довольно приятная для зимы, и мой первый день слежки прошел, можно сказать, удачно. Я четко видел перед собой маячившую голову Глеба в толпе. На улицах я держался поодаль и следовал за его согбенной спиной, укутанной в веселенькую желтую куртку. Я ходил за парнем по пятам и пытался понять его, проникнуть в его мысли, но это было непросто, а вообще, наверное, и невозможно. Я ведь даже толком с ним не поговорил. А он все шел и шел вперед, как какой-нибудь робот или трамвай, вставший на рельсы и не видящий ничего перед собой, кроме этих бесконечных рельсов. Я считал, что мне повезло и я могу не очень напрягаться, чтобы не выдать себя. Глеб и впрямь мало внимания обращал на окружающую его действительность.

В подобном режиме прошли еще четыре дня, и не всегда погода благоволила мне. Я уже начинал разочаровываться в своем плане в очередной раз. Особенно когда холод пронимал до костей, и я молил высшие силы, чтобы Глеб нырнул наконец куда-нибудь в метро или бизнес-центр, где и мне удалось бы отогреться.

И вот, вперившись озлобленным взглядом в «+» названия фирмы, я подходил к повороту, за угол которого за несколько секунд до этого свернул Глеб.

«Ну и какого хрена я таскаюсь за этим зомбороботом? – распалялся я, ругаясь сам на себя, но, возможно, лишь только для того, чтобы чуточку согреться. – Уже четыре дня прошло. А ничего не происходит. Еще несколько дней в таком режиме, и чувствую – сорвусь. Не знаю, что сделаю, может, вообще прямо подойду к нему и…»

Тут ход моих мыслей прервал Глеб, который, уже преодолев значительное расстояние вдоль стены гаражей, вдруг остановился как вкопанный, его передернуло, а потом… «О боже, что с ним случилось?» – прошептал адреналин моему засыпающему мозгу: я мигом взбодрился. Курьер медленно посмотрел в сторону и застыл. Изучив в определенной мере поведение парня, я понимал, что это было очень необычно для него. Посыльный уставился направо, на стену, затем опять резко повернул голову вперед, его снова передернуло, и он двинулся как ни в чем не бывало дальше.

Я с тревогой, разлившейся по всем клеточкам моего тела, нервно сжимая в руке шокер, будто пытаясь нащупать опору в этом куске убойного пластика, шел туда – вперед. Дойдя до места, где минутой раньше остановился Глеб, я заскользил взглядом по стене и тут же запутался в дебрях граффити и… Нет, этого не может быть, но часть меня знала, что тому и суждено было случиться, – среди невнятных линий рисунков и букв была вплетена до боли знакомая фраза «Будь собой!».

Надо было срочно что-то решать. Глеб уходил, но я пришел к заключению, что вернее будет понаблюдать за этим местом. Рядом находилось заброшенное здание (больницы, как я узнал впоследствии из интернета). Обойдя вокруг, я увидел выломанную, видимо бомжами, пожелавшими переночевать там, дверь. Зашел внутрь – здание пустовало. Решив, что это будет отличный пункт наблюдения, я отправился домой, чтобы подготовиться к долгой ночи, ожидавшей меня впереди.

Уже часов в семь (зная, что во столько заканчивается рабочий день Глеба) я подошел к дому и, убедившись, что меня никто не заметил, проскользнул внутрь, подсвечивая себе под ноги фонариком. Здание хоть и было железобетонное, но кое-где уже начало разрушаться, поэтому я шел с особой осторожностью. Жутко было находиться в таком месте, да еще и одному, но мной двигала благая цель – обеспечить себе спокойный сон и остановить эти страшные убийства. Расположившись на втором этаже возле уцелевшего каким-то чудом окна, я занял свой пост часового, углубившись в прослушивание музыки и аудиокниг, попивая изредка кофе из термоса. Однообразная картина за окном действовала усыпляюще, редкие прохожие вносили какое-то оживление и чуть отодвигали полог сонливости, но ненадолго. Я все ждал Глеба, я был уверен, что узнаю его походку и фигуру, даже если он переоденется и будет использовать камуфляж. Но часы шли, и все проходящие мимо, спешащие домой граждане были непохожи на моего курьера.

Было около трех часов ночи, когда меня, сонного, немного взбодрило при виде мужика, торопящегося домой, в тепло. Я наблюдал за тем, как он споро поглощает метры своими семенящими шажками и размахивает портфелем в моменты, когда пытается сохранить равновесие на скользких участках. Тут меня привлекло какое-то скользившее по стене гаражей темное пятно – если минуту назад я готов был заснуть на этом чертовом холодном полу, то сейчас дремота пропала, и я стал искать глазами, что же может быть источником этой тени? Она двигалась быстро, я было подумал, что ее отбрасывает какой-то автомобиль, но улица была пуста, по ней лишь семенил тот запоздалый прохожий. Темный силуэт стремительно приближался к мужчине, и я с недоумением смотрел на это, силясь понять, что же это за тень. Как вдруг она начала будто раздуваться, выпячиваться, приобретая формы человека, нет, животного, нет, и того и другого. Это… Это было похоже на волка – здоровенного, под два метра ростом, с необыкновенно большой пастью. Все произошло за считанные секунды: раз – из стены будто выдавили наружу, как из тюбика пасту, фигуру, напоминавшую волка-переростка, два – это существо махнуло лапой, или клешней, или клинком, а может, это было все вместе, казалось, у твари нет четкого силуэта – она постоянно меняется, сохраняя лишь общие очертания. Спустя миг голова мужчины отделилась от туловища, которое по инерции прошло несколько шагов и шлепнулось на тротуар, прямо в снег – хочется сказать лицом, но его-то, лица, больше не было! Голова же еще в полете была ловко подхвачена существом, оно подняло ее на уровень своих глаз: создавалось впечатление, что тварь говорит с ней. Затем монстр открыл рот, откуда вылез омерзительно-длинный язык, который овил голову жертвы, словно змея, и утащил ее за собой в глотку отвратительного создания, противного самой природе. В то же мгновение существо бросилось на стену и, расплющившись и съежившись, обратилось опять в тень, которая так же быстро, как и пришла, понеслась вспять и скрылась за углом.

Я стоял, не понимая, что произошло. В какой-то миг до меня дошло, что я машинально сгреб с подоконника снег и бешено втираю его себе в лицо, чтобы удостовериться, не сплю ли я. Но нет, увы, мне было отказано в этом счастье: под окнами, как живой (возникают же в мыслях подобные каламбуры в такие моменты), труп мужчины, и белый тротуар там, где должна была быть голова, стремительно окрашивался алой кровью. Это было слишком для меня. Я выбрался из дома и побежал прочь. А снег зарядил с такой силой, будто пытался загнать меня обратно в то здание, но ничто на свете не могло вернуть меня сейчас туда. Добравшись до своей квартиры, я в изнеможении рухнул на кровать и забылся очередным кошмаром (уж лучше бы я не спал), а утром хмурый диктор уже вещал о новом убийстве.

«Этот маньяк бросил вызов всему нашему обществу, всем его устоям, на которых оно зиждется», – говорил торжественно-мрачным тоном ведущий новостей.

«Нетушки, хрена с два это вызов всему обществу, – во мне родилась и вырвалась диким криком мощная волна гнева. Или даже нет – безудержный бурлящий поток. – Хрена с два! Это МОЯ война! И я выиграю в ней, или мне не жить!» – выплеснул я свои эмоции прямо в лицо диктору. И ударил кулаком по столу так, что стоявшая на нем посуда подпрыгнула.