Чтение онлайн

Анатолий лежал на спине три долгих дня, его тело на столько промерзло, что казалось превратится в лед. Каждый день, его разглядывали как какой-то экспонат стражники, угорали над его тупостью и просто обсуждали, ведь не каждому питомцу отрезали яйца за непослушание и своеволие.

Прошло еще три дня, его состояние только ухудшалось, за весь день, он выпивал только один стакан воды и 100 грамм черного, черствого хлеба.

Анатолий от нестерпимой боли и голода засыпал и как можно дольше спал, ведь во сне не чего не хочется.

***

Парень шел по теплому песку, около него чистый океан, в котором виднелись красивые рыбки, а на песку, росли здоровые пальмы с бананами и кокосами.

— Не уж-то я умер и попал в рай, — удивленно вздохнул парень, — не уж-то, после всех мук, мне суждено попасть в это дивное место, — радовался он.

— Я бы на её месте, тебя давно прикончил, — сказал чей-то знакомый мужской голос.

Анатолий обернулся и увидел своего друга, которого пару лет назад кто-то сбил на машине на смерть.

— Она даже спустя пять лет, не забыла всё то, что ты натворил с ней, — продолжил парень.

— Матвей, я тогда напился до поросячьего визга, я правда не чего не понимал, всё случилось быстро и случайно, — пытался оправдаться парень.

Матвей смотрел на своего друга и не верил в искренность его слов. Он своего друга знал очень давно, поэтому где он врёт, а где говорит правду мог запросто понять.

— Ты её изнасиловал когда ей было четырнадцать лет, бедняжка возвращалась от подруги домой, — прокричал Матвей, — ты её затащил за угол и засунул свой грязный член ей в задницу, целых сорок минут ты её трахал, ты засёк даже время, а потом гордился этим четыре года, — не думал даже сбавлять тон, — ты ещё смеешь её осуждать? Ты теперь утверждаешь, что сделал всё это случайно? Ты серьёзно? — Спрашивал вопрос за вопросом, — она четыре года лечилась у психиатра и забыла даже этот ужас.

— Да, я сознаюсь, — внезапно заговорил Анатолий без чувства вины, — я её насиловал и получал кайф, — прокричал как можно громче, — я имел королеву, — заржал парень как не в себе, — мне улыбнулось счастье, не кто не может похвастаться таким подвигом, а я могу, а ты жил девственником и умер им же.

— Тебя надо было ей полностью про кастрировать, а то таким как ты, не стоит иметь яйца, — брезгливо фыркнул Матвей.

Сон прекратился. Анатолий открыл глаза, пах уже не болел, он не лежал на холодном бетоне и был уже в какой-то комнате, одет в теплую одежду.

— Проснулся, смотрю, — процедила девушка.

Взгляд Анжелы был расстроенный и потерянный.

— Я думал, ты меня там оставишь умирать, — пробубнил парень.

Девушка не стала обращать внимания.

— Откуда у тебя татуировка на левом запястье? — Спросила дрожащим голосом Анжела.

— По глупости сделал, — обманул её парень, — почему интересуетесь? — Поинтересовался Анатолий.

— Когда мне было, — еле сдержала слезы, — четырнадцать лет, я шла по улице от подруги. Было часов восемь вечера, народа не много было на улице, но всё же был, — горестно вздохнула, — на меня напал сзади какой-то мужчина, его лица я не видела, но вот на запястье, я смогла увидеть тату в форме стрекозы, — притихла Анжела, прикусывая губу, — он надо мной надругался, я звала на помощь, кричала, но всем было все равно и люди просто проходили не обращая внимания.

Анжела покосилась на мужчину с некой надеждой, что он признается и раскается перед ней, она его узнала, только с целью услышать его слова раскаяния и спасла его из этой клетки — эти слова были важны для нее, после его раскаяния она бы скормила кому-нибудь и стала счастливой, она бы простила его только тогда.

По щекам Анжелы потекли большие капли слез. Воспоминания нахлынули и стало ещё больнее и не выносимо больно на душе. Анатолий просто лежал и он не чувствовал не каких эмоций и сожаления. Анжела понемногу стала понимать, что ее план с треском провалился.

Девушка немного поплакав вытерла слезы и стала снова такой же хладнокровной и властной.

— У меня есть все основания, предполагать, что это был ты, — замялась девушка, — я тебя лишаю прав питомца и даю права стражника, — сурово произнесла девушка.

По спине Анатолия пробежал холодок.

— Вы думаете, что это я? — Поперхнулся парень.

— У меня нет доказательств, но зато теперь ты станешь стражником, — прошептала Анжела.

— Вы, меня отпускаете? — Переспросил парень.

— Да, — подтвердила Анжела, — у меня есть там один «мудрец», он до сих пор у гей-стражников, хочу его забрать, — пролепетала Анжела.

— Ваше величество, вы так добры, — затрепетал Анатолий.

— Давай без этого, а то отрежу язык за лицемерие, а лучше зашью рот, — недовольно фыркнула и ушла.

Анжела шла по коридорам, и вышла на улицу. Ноги девушки как будто сами знали куда идти, она повернула в левую сторону и шла длительное время, пока не встретилась со стражниками, которые и уводили ворона.

— Ваше величество, а мы думали вы его оставили нам на всегда, — ухмыльнулся.

— Он жив или уже нет? — Поинтересовалась Анжела.

— Да, конечно, пока что жив, — сказал один из них и повел за собой.

Анжела шла за парнем, они дошли до подвала, где и она осталась дожидаться ворона.

— Вот, ваше величество, — вел за собой полу живого парня.

— Ну, что пошли, — процедила и пошла.

Ворон за ней послушно плелся и не издавал не одного звука.

«Смотрю, перевоспитали его парни, тихий такой, спокойно плетется за мною и даже не протестует, как при первом нашем знакомстве», думала Анжела.

Они зашли в замок, а потом, дошлиидо кабинета.

— Еда в миске, — процедила и показала на миску.

Ждать реакции не пришлось. Ворон налетел на миску с едой, как кошка на мышку. Его не смутило даже то, что не было не ложки, не вилки. Он пальцами загребал еду себе в рот, давился, но все же пытался как можно больше запихнуть и даже почти не живал пищу, боясь, что её у него отберут, делал все быстро, аккуратно, не уронив не крошки. Доев, он с радостью и благодарностью глянул на девушку.

— У тебя теперь права питомца, — пробубнила девушка.

Ворон не успел не чего ответить, в кабинет без стука вошел её отец. Он был серьезен и его взгляд, мог напугать бессмертного.

— Анжела, у меня не приятные новости, — процедил он, — солнечная часть измерения объявляет нам войну и я должен её выиграть, — с порога сказал король.

Девушка исподлобья глянула обиженно на отца, она помнила как он ее чуть не задушил.

— Солнышко, дочурка, — попытался как можно добрее сказать король, — прости, я не знаю что на меня нашло в тот раз.