Чтение онлайн

Относительно криминалистического учения о малолетних участниках уголовного судопроизводства названный вид интертеоретических отношений (редукция) определяется через ее выведение из общего по отношению к ней криминалистического учения о личности участника уголовного судопроизводства. В системе науки криминалистики учение о личности участника уголовного судопроизводства относится к такому разделу криминалистики как: Криминалистическое учение о преступлении (Криминальная техника).

В целом отнесение криминалистического учения о малолетних участниках уголовного судопроизводства к общетеоретическому разделу может быть сведено к ее обоснованию как теории высшего уровня общности, поскольку ее основные положения, понятия и категории, могут быть применены и применяются во всех разделах науки криминалистики.

Остается лишь добавить, что криминалистическое учение о личности малолетних участников уголовного судопроизводства, являясь частной криминалистической теорией высокой степени общности по отношению к теориям и учениям иных разделов криминалистики, сама является элементом частной криминалистической теории о личности участников уголовного судопроизводства. Подобные взаимосвязи могут характеризоваться не только такими отношения, как целое и часть, но и как род и вид, что может быть основано на общности познаваемых ими объектов.

Предметом криминалистических теорий познания события преступления выступают отдельные компоненты деятельности органов расследования и суда, чья идеализированная модель представлена каждой из этих теорий системой абстрактных объектов, их связей и отношений. Среди абстрактных объектов таких теорий выделяются в основном «следователь», «следственные действия», «следы и следообразование», «криминалистические средства, приемы и методы», «версии, планирование расследования», «судебная экспертиза» и т. д. Их взаимодействие, описываемое теорией, представляет собой ту самую идеализированную модель процесса установления истины по уголовному делу, которая стремится адекватно отобразить закономерности функционирования реальных систем (объектов).

Так, теория криминалистической идентификации моделирует процесс установления тождества материальных объектов по их отображениям, учение о криминалистической диагностике – процедуру определения состояний исследуемых объектов или процессов; учение о версии – в идеализированном виде описывает модель одной из форм логического мышления в расследовании преступлений и т. д.

В любой криминалистической теории познания события преступления связи и отношения познаваемых объектов идеализированы, «очищены» от всего многообразия отношений и воздействий, которые они в реальности испытывают на себе и которое сами оказывают на другие объекты. Такая идеализация, помогая абстрагироваться от всего многообразия реальных отношений, которые, будучи весьма запутанными, существенно затрудняют процесс познания, позволяет описать только важнейшие их связи.

В теории, например, криминалистической идентификации, чья идеализированная модель абстрагирована от множества реально существующих связей и отношений между идентифицируемым и идентифицирующимобъектами, внимание сконцентрировано на отображении свойств только одного из них – идентифицируемого в идентифицирующем. Такая абстракция позволяет в процессе отождествленияограничиться анализом односторонней зависимости одного от другого, в данном случае идентифицирующего объекта от идентифицируемого, при наличии в реальности множества иных связей, которыми в идентификационном исследовании вполне можно пренебречь.

В криминалистических теориях познания события преступления абстрактные объекты описываются с использованием специальных понятий, терминов и категорий, которыми обозначаются как сами абстрактные объекты, так и их свойства и признаки. Все они, составляя понятийный аппарат криминалистических теорий познания события преступления, имеют особый смысл, поскольку именно благодаря развитому понятийному аппарату появляется возможность раскрыть не только свойства отражаемых теорией абстрактных объектов, но и их связи, выраженные в криминалистических законах. Иными словами, если понятия, категории, термины раскрывают свойства объектов познания, то законы – их взаимосвязи.

Все эти компоненты криминалистических теорий, присутствующие в составе каждой из них, определяют в своей совокупности специфику их предмета, а значит, и разнообразие криминалистических теорий данной разновидности, а именно, теорий раскрытия и расследования преступлений.

На сегодняшний день многие из них уже вполне сформировались. Одни представляют собой «Общекриминалистические теории и учения», в частности, криминалистическая теория принятия решений, теория криминалистической идентификации и диагностики, учение о версии, теория планирования и организации расследования и т. д. Другие представлены как частные теории локального значения, отражающие фрагменты деятельности, осуществляемой с использованием средств и методов, разрабатываемых разными разделами криминалистики. В их числе первыми должны быть названы теории и учения, относящиеся к криминалистической технике, например, общее учение о следах, теория судебного почерковедения и др. Во-вторых, учения и теории, моделирующие тактику производства следственных действий, в частности, учение о средствах криминалистической тактики, теория принятия тактических решений, теория планирования следственных действий и другие. В-третьих, теории, на которых базируется методическое обеспечение деятельности по установлению обстоятельств преступного события. В частности, учение о принципах методики расследования отдельных видов преступлений, о структуре частной криминалистической методики и т. д.

Распределяясь по соответствующим разделам криминалистической наукисообразно своим предметам, все эти теории (учения), отличаясь разной степенью общности, занимают, таким образом, каждая своё место в системе Общей теории криминалистики, представленной их совокупностью.

Предмет криминалистической теории принятия решений.

Криминалистические познания формируются, как известно, из приобретаемых теоретических знаний и практического опыта работы органов, осуществляющих борьбу с преступностью. Однако, обладание этими знаниями создаёт лишь необходимую предпосылку успешного выполнения правоохранительными органами своих задач. Чтобы их реализовать с максимальной пользой, важно из всего многообразия криминалистических рекомендаций выбрать те, которые позволят наилучшим образом разрешить ситуацию, возникающую в расследовании и вызывающую затруднения с достижением поставленных целей.

Таким образом, ценность криминалистических знаний определяется, в конечном счете, не столько их научной состоятельностью, хотя это, несомненно, важнейший критерий их оценки, сколько умением максимально эффективно эти знания применить для решения конкретных задач правосудия. Особенно, если учесть, что криминалистика, предлагая целый комплекс средств, приемов и методов, многие из которых разработаны как альтернативные способы решения одних и тех же прикладных задач борьбы с преступностью, оставляет за субъектом их применения право отдать предпочтение тем, которые только он может признать наилучшими. Получить, к примеру, правдивые показания от допрашиваемого лица можно как посредством установления с ним психологического контакта, так и в результате применения таких тактических приемов допроса, как «допущение легенды» [421] или «организация проговорки». [422] Прочитать залитый текст удается и с помощью электронно-оптического преобразователя, и с помощью метода фотографического цветоделения и т. д.

Сделать правильный выбор, то есть принять оптимальное решение, это и есть путь реализации криминалистических знаний. В таких решениях выражается воля субъекта процессуального познания действовать строго определенным образом, а сам выбор диктуется стремлением достичь цели с наименьшими затратами сил, времени и средств. И поэтому именно через процедуру принятия решений научные рекомендации криминалистики трансформируются в практические действия, и от того, насколько эти решения окажутся обоснованы, зависит эффективность практических шагов по раскрытию и расследованию преступлений.

В известной мере условно, но всё же небезосновательно, познавательную деятельность следователя, дознавателя или оперативного работника, как и любую познавательную деятельность, направленную на достижение конкретных целей, можно представить в виде сменяющих друг друга процедур принятия и реализации решений. «Расследование преступлений, – справедливо заметил В. Е.Корноухов, – осуществляется через постановку целей, формулировку задач, через стратегию принятия решений». [423]