Чтение онлайн

На следующий день почти все газеты вышли с сообщениями: убит «серый кардинал» ореховской братвы Витоха, конец «крестного отца» ореховских.

В газетах сообщалось, что водитель, который был за рулем, тут же повез Витоху в больницу, однако Витоха скончался по дороге.

После убийства Витохи Дэна несколько раз вызывали на допрос. Но ничего конкретного он не говорил. Ребят он не выдал.

Потом снова вспыхнула междоусобная война, и в конце концов из пяти группировок осталось только две. Каждую из них возглавил новый лидер…

После убийства Витохи ореховская группировка утратила внутреннее единство. Сейчас она делится на два невраждебных друг другу лагеря. В каждом из них действует несколько вполне автономных банд.

Руководили до недавнего времени бригадами авторитеты нового поколения. 37-летний главарь по кличке Торпеда имеет безупречную анкету – ни одной судимости.

Другой, 38-летний главарь по кличке Полковник, четырежды судим, но весьма респектабелен: преуспевающий коммерсант, владелец сети магазинов.

Идеологических противоречий между авторитетами нет; оба отрицали воровскую иерархию и жизнь «по понятиям», оба признавали единственный аргумент – взведенный курок. Но борьба за власть и сферы влияния регулярно разводит партнеров по разные стороны баррикад.

У каждого главаря под началом около 30 активных боевиков. Резерв аморфен и нестабилен. Рекрутировать новобранцев приходилось из особой категории молодежи– наркоманов. В период ломки за дозу те готовы на все.

Завлекать новичков практически нечем. Финансовый кризис 1998 года существенно сузил былое влияние. Так, из-под контроля группировки после кризиса выпал некогда самый лакомый кусочек – оптовые рынки. Бывший Клондайк столицы стал терпеть натуральное бедствие, некоторые рынки были не в силах даже платить за аренду помещений.

Взаимоотношения внутри бригады обострились до предела. Даже одна неучтенная проститутка могла послужить поводом для крупной стычки. Междоусобные разборки из-за сфер влияния происходили как минимум раз в месяц. После каждой разборки милиция подбирала брошенное боевиками оружие и три-четыре трупа.

Чем больше крови проливает группировка, тем набожнее становятся те, кому пока еще удалось выжить. Многие ореховские боевики по-своему усвоили библейскую заповедь. В их интерпретации она звучит примерно так: «Не убивай, и тебя тоже не убьют».

Орехово, 1998–2002 годы

В двенадцать часов дня к небольшому банку, расположенному в четырехэтажном здании в центре Москвы, подъехал серебристый «Ровер» с тонированными стеклами. Из машины вышел мужчина лет тридцати пяти, худощавый, с темными волосами, роста примерно сто семьдесят пять сантиметров.

Через несколько секунд с заднего сиденья появился крупный мужчина примерно того же возраста, с большой головой. Они о чем-то пошептались, кивая на здание банка. Здоровяк залез обратно в машину, а худощавый направился к дверям. Подойдя к охраннику, он сказал:

– Мне к председателю правления, к Игорю Михайловичу Миронову.

– Одну минуточку, – охранник взял рацию, стоящую на столе. – Как вас ему представить?

– Я – крупный акционер этого банка. Но моя фамилия ничего ему не скажет. Дело в том, что я – наследник крупного акционера. Один акционер скоропостижно скончался. А у меня есть все полномочия и документы.

– Может быть, вас примет заместитель председателя правления банка? – спросил охранник. – Комаров курирует работу банка с крупными акционерами…

– Нет, у меня весьма деликатное дело, и этот вопрос может решить только председатель правления. Поэтому наберите Игоря Михайловича!

Охранник связался с секретарем председателя правления. После недолгих переговоров охранник нажал на кнопку, и специальный турникет отодвинулся в сторону.

– Вам на третий этаж, – сказал охранник. – Прямо по коридору увидите большую дубовую дверь. Там и сидит председатель.

– Ничего, найду! – улыбнулся посетитель.

– Минутку, уважаемый, разрешите посмотреть, что у вас в портфеле. У нас такой порядок.

– Да ладно, ребята. Все нормально.

Медленно поднявшись на третий этаж, осмотрев все вокруг, мужчина сделал еще несколько шагов и остановился перед дверью с табличкой «Туалет». Оглянувшись и не увидев никого в коридоре, мужчина вошел в туалет, поднял верхнюю крышку сливного бачка и, вытащив из чемоданчика темный предмет, упакованный в полиэтиленовую пленку, положил его в бачок. Затем, спустив воду, мужчина вышел и подошел к зеркалу, поправляя волосы. После этого он вышел в коридор и направился к дубовой двери.

Войдя в просторную приемную, он подошел к секретарше и приветливо улыбнулся.

– Я к Игорю Михайловичу.

– Как вас представить? – спросила девушка.

– Дело в том, что моя фамилия ничего не скажет Игорю Михайловичу. Скажите ему, что я по наследству крупного акционера.

Секретарша еще раз улыбнулась, подняла телефонную трубку и сказала:

– Игорь Михайлович, тут к вам по наследству крупного акционера. Вы примете?

В ответ прозвучало какое-то шипение. Секретарша положила трубку и сказала:

– Игорь Михайлович примет вас ровно через две минуты. Пока присядьте!

Посетитель медленно подошел к креслу и сел в него.

– Может быть, вы разденетесь? – спросила девушка.

– Нет, нет, спасибо, у меня разговор буквально на несколько минут. Время дорого! К тому же меня знобит немного.

Вскоре на столе зазвонил телефон.

– Вы можете пройти, – сказала секретарша.

Посетитель открыл дверь и оказался в большом кабинете. За столом сидел мужчина лет сорока пяти, в темном костюме с желтым галстуком. Он внимательно смотрел на монитор ноутбука, стоящего на ореховом столе. Увидев посетителя, он снял очки и показал на кресло. Посетитель сел.

– Я внимательно вас слушаю! – сказал председатель правления банка. – У меня времени, – он взглянул на часы, – три минуты. Сможете уложиться?

– Постараюсь, Игорь Михайлович, – начал мужчина. – Я представляю очень солидную организацию, состоящую из серьезных людей, которые были одно время у вас крупными акционерами. Так получилось, что прошло время, а мои товарищи никакие денежные операции не совершали в силу определенных обстоятельств.

– Простите, вы можете себя назвать? – прервал его председатель правления.