Чтение онлайн

Я не могла ответить мужу, так как комок застрял в горле, не давая проронить ни слова.

Взгляд не отводила от коробки, которую держала в руках, но хотела запустить ее далеко-далеко с глаз долой, чтобы никто из присутствующих не смог увидеть содержимое.

— Мне сегодня столько всего надарили, но ни один из презентов не вызвал у меня подобного отношения, как у Вероники. — Усмехнулся Равиль Исмаилович, также удивленный моим поведением. — При всем желании теперь я не сумею скрыть любопытство, появившееся после неоднозначной реакции невестки. Что же такое там находится, отчего наша дорогая девочка проявила столько экспрессии?

Я продолжала молчать.

Нет, нельзя здесь оставаться, нужно найти предлог, чтобы сбежать, иначе быть беде.

Но прежде, чем позволить мне сделать хоть шаг, Артур поддался вперед и открыл коробку.

Не успела.

О, Боже.

Нет-нет.

Мне конец.

Теперь все узнают о…

Что за черт?!

Я вытаращилась на предмет, находящийся в коробке.

— Не подозревал, что мой подарок вызовет такое сильное замешательство. — Пожал плечами Артур, отрывая взгляд от содержимого коробки, и бросая насмешливый взгляд на меня.

— Арт, ты умеешь удивлять. Моя ручка не сравнится с этим. — Рассмеялся Тимур, осматривая презент, приблизившись к нему и склонившись, чтобы получше рассмотреть. — Решил подарить Веро сорняк? Еще и высушенный.

— Это иерихонская роза. — Сказал Артур, будто все должны знать растение, выставленное на всеобщее обозрение. Не дождавшись хвалебных од в свою сторону от рядом стоящих людей, в чьих их глазах читался смех, он продолжил: — Существует легенда о матери Иисуса — Марии, заметившей розу и благословившей ее на вечную жизнь. Цветок имеет удивительное свойство находиться в засушенном виде при сухой погоде, зато распускается, если опустить в воду. Может жить до 30 лет и более.

Пока мужчины разговаривали между собой, обмениваясь мнениями по поводу растения, я на мгновение прикрыла глазами, а из уст вырвался облегченный вздох.

Какая глупость.

Как сама, должно быть, выглядела по-дурацки, когда выхватила коробку. Еще и пыталась умчаться с нею в неизвестном направлении.

Вот идиотка.

Чуть все не испортила.

Руки затряслись от нервов, которые изрядно потрепала себе, надумав невесть что.

Сделав вдох-выдох, приказала успокоиться и вернуться к действительности. Обошлось. Все по-прежнему хорошо. Беспокоиться не о чем.

Открыла глаза, посмотрела на мужчин, которые смеялись и о чем-то разговаривали, но я не хотела вслушиваться.

Все же будет лучше, если удалюсь. Не нужно портить остаток вечера, пусть он пройдет без моих приступов сумасшествия.

— Извините. Я пойду к себе. Переутомилась немного. — С улыбкой проговорила я, хотя наигранная веселость не соответствовала внутреннему состоянию, затем захлопнула коробку.

— Да, конечно, ступай, дорогая. Представляю сколько усилий приложила, чтобы получился прекрасный день рождения. Спасибо тебе. — Рассыпался в благодарностях Равиль Исмаилович. — Уследила за каждым нюансом, нареканий нет.

— Ваши слова радуют мое сердце. — Искренне призналась я, чуточку придя в себя от стресса. — Еще раз поздравляю, Равиль Исмаилович. Всего самого наилучшего.

Заранее попрощавшись с именинником, направилась к двери, через которую наконец сбегу отсюда.

Роза, подаренная Артуром, стояла на столе в емкости, наполненной водой. Удивительно, но растение и впрямь стало оживать. Похоже, со временем роза возродится и станет выглядеть, куда лучше, отчего не скажешь, что перед тобой сорняк.

Почему я не выбросила подарок от человека, которого не переносила на дух? Считаю, растение не заслуживает судьбы быть выкинутым на помойку. Я сохранила ему жизнь и мне не казалось это чем-то неправильным.

Отойдя от стола, стала переодеваться в домашнюю одежду. По времени мероприятие должно скоро завершиться, выходить к гостям я не планировала, без меня есть кому проводить их.

Зашла в ванную комнату, присоединенную к нашей с мужем спальне, с помощью косметических средств сняла макияж, потом умылась проточной водой.

Посмотрев на себя в зеркало, обрадовалась отражению. По моему виду уже нельзя сказать, что я до сих пор волнуюсь.

На меня смотрела спокойным взглядом женщина, сумевшая взять себя в руки.

Я улыбнулась, потянувшись за полотенцем, которое сняла с крючка и вытерлась, после вернула его на прежнее место.

Выйдя из ванной комнаты, почувствовала холод. Странно. Не так долго отсутствовала, а в спальне температура понизилась.

Не подумав ни о чем плохом, попросту надела халат, висевший неподалеку на спинке стула, запахнулась в него и подвязалась поясом.

Уже хотела подойти к полке, откуда планировала достать книгу, чтобы почитать перед сном, пока мужа нет, но какое-то неприятное ощущение заставило остановиться на полпути.

Оглянувшись, посмотрела по сторонам и не обнаружив ничего подозрительного, стала разворачиваться в сторону книжной библиотеки, но вдруг мой взгляд уперся в открытое окно.

Не помню, чтобы его открывала.

Направилась туда, повернула ручку, закрывая окно.

Кажется, у меня началась паранойя. Подозреваю, будто кто-то сюда пытался просочиться и сделать пакость.

Прикрыла глаза, потирая виски, отчаянно желая, чтобы перестала накручивать себя. Ну, нельзя так относиться ко всему с подозрением, ведь свихнуться недолго.

Решительно возобновив путь к заветной книге, которую взяла с книжной полки, затем отодвинув край одеяла со своей стороны кровати, забралась под покрывало.

Начала читать, но не могла сосредоточиться.

Нет, определенно, что-то не так, но никак не в состоянии была понять в чем именно дело.

Оторвалась от книжных страниц и всмотрелась вглубь комнаты.

Это что за чертовщина опять?

Очередная коробка. У меня галлюцинации?

Не отводя взгляда от таинственного предмета, словно он мог исчезнуть из вида, если перестану на него таращиться, я оставила книгу на постели, а сама подошла неторопливо к коробке.

Затаив дыхание, медленно протянула руки и неспешно подняла крышку, боясь столкнуться с чем-то нехорошим.

Открыв коробку и увидев содержимое, из легких вырвался резкий судорожный вздох, как в случае удара под дых.

Дрожащими руками дотронулась до темной материи, затем подцепила пальцами черное облегающее нижнее белье, которое способно не спрятать, а подчеркнуть каждый дюйм женского тела.