Чтение онлайн

Микроавтобус на всех парах въехал в деревню. В салоне находились лихого вида люди. Это был сам Максим Кущенко и его подчиненные из службы безопасности «ГрандБитИнвеста». С ними ехало и несколько районных полицейских. Их взяли специально для прикрытия, чтобы вторжение в деревенский дом не выглядело бандитским налетом или рейдерским захватом. Макс пытался внешне соблюсти признаки законности. Машина остановилась метрах в десяти от дома. Вооруженные охранники и полицейские быстренько вывалили наружу. И теми, и другими командовал лично Кущ. Командуя, сам он держался чуть в стороне, чтобы не оказаться на предполагаемой линии огня. В том, что Лазарь мог открыть огонь, он не сомневался. Лезть под чьи бы то ни было пули ему не хотелось даже ради примера своим «бойцам». Впрочем, «бойцы» были серьезно обучены и сами знали, что и как им нужно делать, дабы не попасться под обстрел со стороны жилого помещения. Макс координировал их действия. Два человека должны были держать под прицелом калитку. Остальные сиганули через забор, чтобы оказаться у той части дома, где не было окон. Старались быть максимально бесшумными, что давалось не так легко. Внутри дома кто-то беседовал. Причем довольно громко. Слов не разобрать, но можно было понять, что о чем-то между собой разговаривают мужчина и женщина. Об этом по цепочке шепотом было передано Кущенко. Тот подошел поближе и прислушался. «Бойцы» не ошиблись. Уверенность в том, что Лазаренко и Татьяна находятся в доме и ничего не подозревают, возросла в разы. Начальник службы безопасности решил, что медлить больше не стоит. Он отдал приказ о начале активных действий. Группа быстро разделилась. Громилы разошлись в разные стороны по периметру избы. Одна часть была готова ворваться в дом через дверь, другая обеспечивала их вторжение. Один из «бойцов» второй группы резко ударил ручкой пистолета по оконному стеклу, тут же его напарник метнул в разбитое окно гранату-вспышку. По идее, это должно было ослепить мужчину и женщину и послужить сигналом для остальных громил. Вторжение в дом началось. Однако уже в первую секунду появилось подозрение — что-то здесь не так. Ведь, несмотря на вспышку, голоса в избе продолжали звучать все с той же интонацией, что и прежде. И только тогда службиста озарила догадка. Тем более что из предсмертного рассказа Лени Щербатюка он знал об уловке, которой парочка воспользовалась тогда на московских новостройках. Громилы, ворвавшиеся в дом, вскоре эту догадку подтвердили. В передней комнате на комоде стояло радио. Оно было подсоединено к миниатюрному плееру, где на повторе стоял фрагмент какой-то аудиокниги, читаемой актерами по ролям. А чтобы плеер не испустил дух раньше времени, он был подключен к розетке электросети.

— Накололи нас, — злобно процедил Макс сквозь зубы и плюнул прямо на пол. — Давайте сюда участкового. Пусть свидетелей толковых обеспечит.

— Он уже на подходе, — сообщил один из полицейских.

— А вы не стойте, — обратился Кущ к своим громилам. — Обыщите избу. Вдруг эта чертова парочка что-нибудь да оставила.

«Бойцы» тут же взялись за выполнение приказа. Смотрели везде, где только можно. Шерстили по шкафам, комоду, заглядывали под кровати и внутрь старого дивана, срывали тюфяки и простыни, но отыскать хоть что-нибудь, касающееся Лазаря и его возлюбленной, они так и не сумели. Доложили об этом службисту. Тот отправил их в подполье, на чердак, в сарайчик. В подполье не было ничего, кроме запаха сырой земли. В сарайчике точно так же обнаружилась пустота, правда, немного с другими запахами. И лишь с чердака один из громил снял большую коричневую папку.

— Вот, — протянул он находку шефу. — Лежала там опилками присыпанная.

Кущенко посмотрел на папку, мягко говоря, с недоверием. Слишком уж старой она выглядела. Гораздо старше, чем любой из документов, которые могли ранее быть на хранении у Монгола. Тем не менее службист уложил ее на стол, развязал шнурки и открыл. Внутри находилась куча вырезок из старых советских газет с портретами Сталина и других коммунистических вождей. На самом дне лежали несколько послевоенных банкнот и облигаций государственного займа.

Максим криво усмехнулся.

— Надеюсь, что в следующий раз ты нам откопаешь сокровища Наполеона, — с ехидцей промолвил он, закрыл папку и вышел во двор.

Там уже находился озадаченный участковый. Кущенко с видом «начальника всех начальников» обратился к нему подчеркнуто снисходительным тоном:

— Что же это ты допустил на свою территорию международных преступников? Надо было сразу их вычислить, как бы они там ни маскировались под мирных российских граждан. Но теперь-то поздно кулаками махать.

Участковый стоял сам не свой от волнения. Он то и дело хватался за носовой платок, чтобы вытереть пот со лба. Сказать что-либо внятное на «наезд» начальственного вида незнакомца у него не получалось.

— Ты опросил местных? Что они видели или слышали? — продолжил Кущ.

— Некоторых опросил, — сумел наконец выговорить участковый.

— И что? Не тяни резину, — недовольно прошипел службист.

— Говорят, что эти москвичи на рыбалку поехали с дядей Васей, — поторопился ответить участковый.

— Куда именно?

— Вроде куда-то на озера.

— На хренозера, — из-за забора послышался ворчливый стариковский голос.

Службист и его громилы дернулись от неожиданности и схватились за пистолеты…

— Это кто там? — громко поинтересовался Максим.

— Это ж дед Михей. Тот еще брюзга, — заметил участковый.

— Брюзга у тебя в штанах, — без капли стеснения или трепета перед стражем порядка промолвил старик. Он успел приставить к забору деревянную лестницу и поднялся на несколько ступенек вверх, чтобы видеть тех, с кем пришлось заговорить.

Кущенко быстро сообразил, к какому типу людей относился этот колоритный дед.

— Послушайте, уважаемый, — обратился он к старику, — вы нам не поможете с поимкой крупных преступников, которые скрывались от правосудия в этом доме. Я так понял, вы что-то знаете об их планах. Куда они отправились?

— Гони сто баксов. Тогда и скажу, — не моргнув глазом, бросил ему Михей.

— Да ты сошел совсем с ума, старый! — не выдержал участковый. — Ты вообще знаешь, с кем говоришь?

— Пыжится, как генерал, да что-то погон не видать, — спокойно отреагировал дед.

Макс от наглости старика развеселился. Он выдал дедушке заветную сотку «американских рублей». Старик с блаженной улыбкой взял банкноту, повертел ее в руках и как бы между делом сказал:

— Они поехали не на рыбалку, а в аэропорт. Я слышал это сегодня утром.

— Это точно? — мгновенно наэлектризовался службист.

— Точнее не бывает, — горделиво ответил дед.

— А название аэропорта?

— Не слышал. Но точно знаю, что в Тверь. Они все про Москву шептались, — дополнил старик, спускаясь с лестницы.

Недолго думая Кущенко отдал команду собираться и выезжать из деревни. Когда все «гости» погрузились в микроавтобус и тот покатил в сторону райцентра, участковый с облегчением вздохнул.

Водитель спросил у Максима, на какой аэропорт следует ориентироваться. Тот сразу даже и не смог ответить. Сказал лишь, чтобы гнал на предельной скорости за пределы Тверской области, а оттуда на трассу, чтобы прямиком на Москву. Сам же начальник службы безопасности «ГрандБитИнвеста» погрузился в раздумья. Следовало как минимум до Клина, а как максимум до Солнечногорска определиться, в какой все-таки аэропорт ехать. Впрочем, и эти пространственно-временные рамки были весьма условны. В любом случае следовало бы поторопиться не только со скоростью движения машины, но и с быстротой построения предположений. И не ошибиться! Кущенко прекрасно понимал, что не имеет права на ошибку. Это могло стоить ему места — очень теплого места! — в крупном международном инвестиционном фонде. Но даже это было лишь половиной беды. Если учитывать нрав Виктора Битова, то простым увольнением с должности начальника службы безопасности фонда не отделаться. Практически невозможно. И в расчет не примется ни их давнее знакомство, ни былые заслуги Максима. Теперь все решит лишь один факт — факт поимки беглецов. Вот этим и были поглощены все мысли Куща.

«Куда же они направились? — рассуждал про себя службист. — Какой аэропорт выбрали? Шереметьево-2? Внуково? Домодедово? Каждый из них имеет статус международного. Лазарь со своей бабой спокойно может воспользоваться любым из них, чтобы рвануть за кордон. Если не помешать, конечно. Но как помешать? Какой логикой руководствовались они, выбирая «воздушную гавань»? Неужто они направились в Шереметьево-2? По маршруту следования. Или все-таки пустились на какую-нибудь хитрость?» Он достал мобильный телефон и запустил Интернет-браузер. Ловким движением пальцев набрал в «поисковике» название аэропорта. Зашел на его сайт и принялся изучать расписание и номера ближайших заграничных рейсов. Вполне естественно, что их достаточно много. И методом тыка определить, каким из рейсов Сергей и Татьяна собрались улетать, невозможно. Макс снова задумался, пытаясь найти зацепку. Вспомнил о бизнесе Гребенниковой и о том, что она продала свой «Лунный след». Вырученные деньги должны где-то засветиться. Следовало проверить. Для этого пришлось сделать несколько звонков весьма серьезным людям. Зато в течение получаса Кущенко имел на руках данные о том, что бывшая хозяйка детективного агентства перевела свои сбережения в один из банков Испании. Он вернулся на сайт аэропорта, выбрал закладку «Табло рейсов», ввел в нужном окошке название испанской столицы и выбрал текущую дату. В качестве результата сайт выдал всего восемь рейсов. Причем актуальными по времени были только четыре из них. Два в 18:50 и два в 19:15. Вот на них и нужно было ориентироваться в стремлении поймать Лазаря и его подругу. До вылета самолетов первых двух рейсов оставалось всего несколько часов.

Кущенко указал водителю пункт назначения и попросил не сбавлять скорости. Сам же снова обратился к телефону. Через очередных знакомых он передал полиции аэропорта данные на Лазаренко и Гребенникову, чтобы тех смогли задержать, не допустив их вылета в Испанию. Затем он позвонил своим помощникам по службе безопасности в «Гранд Бит Инвесте», чтобы те переслали в Шереметьево-2 подробные ориентировки и сами выдвигались к аэропорту. Когда все это было сделано, Максим набрал номер Вити-Биты, чтобы доложить обстановку и сообщить, что ситуация с беглецами под контролем. Микроавтобус подъезжал к Солнечногорску.