Чтение онлайн

— Как вам живётся-множится? Или сокращается?

— Как обычно, всё прилично. Не ванильно, но и не клубнично.

— Как с новостями, с нововведениями? Соавторствуете помаленьку?

— Держим слово. Всё, что придумывают толкового, на лоток и на поток.

— Почему тебя на «ты» и на «вы» называют? Это я у тебя спрашиваю, но и сам могу ответить.

— Когда мы вдвоем, правильно на «вы». А когда мы вместе, то нас один. Только на «ты» нужно. Никакой фамильярности в этом нет. Человек сам к себе, как обращается? Эй, вы, душа и тело. Это ваш разум, приём. Я с начала времён со всеми только на «ты».

— Складно. Но нужно подробнее. Сколько вас в едином образе?

— Миллиарды. Никого без своей искры не оставляю. Всех при рождении светом наделяю, от себя отрываю. Каждому по кусочку души раздаю.

— Правильно. И ваше потом дело, что с таким подарком делать. Кто-то плюнет и ногой растопчет. Кто-то взрастит из искры негасимый источник света. Кто-то за заботами потеряет.

— Или растратит бездарно. А кому-то потом на портрете эту искру намалюют в виде нимба.

— Наша частица с рождения у всех и каждого имеется. Далеко за нами ходить не нужно. Некоторые горячие головы свои искры по наследству передают. Думают, в них тайная сила. Или знание, или память.

— В себя всмотритесь, а не в небо… Я же говорил, что так и выйдет.

— Играй. Потом поправим. Про Макаровича и Макаровну. Именно такие у них отчества, и именно так их зовут. А не Добрыми или Макарами с Кармами. Не кричал никогда Макарович: «Иттить иху».

— Когда грешников в ад спроваживает, прикрикивает: «Изыди, лихо!» И косой для порядка взмахивает. Это уже потом не в меру востроглазые и востроухие переврали.

— А мне нравится. Иттить иху! Иттить иху!

— О привидениях? Это к тебе.

— Когда тело умирает и душа выходит из человека, её встречают Макаровичи или Макаровны. Потом провожают по назначению. А если ей неймётся, и она не уходит, вот тогда и начинается всякое. То в одного вселится. То в другого.

— То от одной души схлопочет по маковке, то от другой.

— Приспособились тогда души от таких не упокоенных откупаться. Отдают им частичку себя, что похуже, которую не жалко. Которая боль приносит нестерпимую. От которой человек и без того, куда глаза глядят, убегает.

— И прозвали их по первой такой капризнице Тамаре санитарками. Врачевала она, за умиравшими приглядывала. А когда сама преставилась, задержалась помочь, но уже душам. Потом другие начали оставаться и осколки собирать.

— Собирают они или отнимают – без разницы, но, в конце концов, кое-как видимыми становятся. Даже хулиганить начинают. Предметы двигать.

— Людишек пугать.

— Санитарками их не поэтому назвали, а потому, что они изо всех всё плохое собирали. Или подбирали.

— Или отнимали. Санитарка звать Тамарка. Что с Тамарами дальше? «Иттить иху» с ними дальше. Заповеди учите, а понимать их не обязательно.

— Обязательно-обязательно. Всё, что придумали, отыщется или народится. Всё, чего за грехи опасаетесь получить, сполна получите. Веришь – сбудется. Судишь – осудишься. Украл – украдётся. Вернул – вернётся.

— Убил – убьётся? Так по-твоему?

— Не прямо так, конечно, но что-то плохое случится точно. И отдаёшь – не оскудеет.

— Не растрачиваете ли вы себя, душенька? Извини, тут так написали. Не растрачивает она.

— Разрываюсь на миллиарды кусочков, а потом обратно их собираю. Покалеченных, погнутых, радостных. Всяких.

— По мне, так пусть снова один Адам останется. Один человек – одна божья искра. И мы с тобой целей и на глазах опять же.

— Целым побыть захотелось? Терпи. Бог терпел. Ха-ха-ха!

— И вам велел. Ха-ха-ха-ха!..

— Как во времени душа с собой встречается? Из прошлого в будущее, и наоборот? Прецеденты бывали?

— Были, есть и будут. Встретились две, осталась одна. У младшего. По закону. Потом сообразите.

— Любимчики?.. Стражи? Что ещё у вас сокрыто от глаз?

— Как у вас время считается?

— Ты ответь сначала, а потом задавай следующий вопрос.

— Который? Про время? Тут всё просто. Давным-давно двое влюблённых никак не могли соединиться. Как две…

— Звезды. Стартиния и Гринивелий. Жили, ручки-лучики один к другому тянули, а встретиться не могли.

— Начали они друг дружке лучиками своими весточки слать.

— Пошлёт Стартиния первой и ждёт, пока долетит её луч к любимому.

— А когда Гринивелий получает весточку, тогда и ответ шлёт не задерживая. Мы сейчас сказку рассказываем, или что?

— Быль и небыль. Легенду.

— Чтобы знать, когда ожидать весточку, придумали они время. И пошло-поехало. Когда от посылки лучика до его получения проходит время, тогда и считается оно отрезком.

— А каким, уже сами додумывайтесь.

— Что вас ещё интересует?

— Если все деревья в пустыне умрут… Не умрут! Кто это спросил? То есть, прислал?

— Не умрут, и не надейтесь. Всё, что умрёт, всё возродится. Читайте скрижали.

— Как правильно… Поклониться? Поклоняться? Поклоняться Богу? Вот мудрёно написали.

— Люди поклоняются своим отцам? А Бог и есть отец. И не нужно ему поклоняться. Уважайте.

— Любите. Верьте ему, а не в него.

— Когда сами детьми обзаведётесь, тогда и поймёте, как правильно с родителями общаться. Деточки вам наглядно продемонстрируют. Ох и больно бывает…

— Но молиться не забывайте. Не с просьбами приставайте, а славьте, как раньше язычники.

— Слава те, Господи.

— Надоело. Мне уже на рыбалку пора.

— И мне тоже.

— На этом, уважаемые слушатели, разрешите закончить сегодняшнее короткое вещание. До новых встреч в эфире.

…Ш-ш-ш.

— Всё?

— Решай сам. Стираем или сохраняем?

— Стираем, конечно. Возомнили из себя незнамо кого.

— Соединяемся, половинка?

— Соединяемся, четвертинка. Пошумим-побуяним.

— Ты про их очередной конец света?

— Вздрогнем!

— Потом снова разделимся? Они же не поймут ничего.