Чтение онлайн

– Уже бегу, Карл Петрович, - прокричала она, наливая кофе в чашку, стараясь не выронить папку с документами.

– Наконец-то!... Ты принесла распечатку вопросов, надеюсь, в этот раз ты более серьезно отнеслась к подборке информации?
– Карл сверлил ее недовольным взглядом, - Я не буду снова ждать, когда ты исправишь все неточности.

– Я все сделала, не будет никаких проблем, я изучила его биографию вдоль и поперек.

– Будем надеяться, - режиссер допил кофе, и, выхватив из ее рук листы бумаги, смерил Кристину оценивающим взглядом.

– Господи, что он на тебя так взъелся?
– прошептал Петр, наводя на нее камеру, как только режиссер вышел.

– Да нет, он прав, ведь это я упустила в прошлый раз, важный факт биографии того художника.

– Вообще-то это его работа, следить за такими вопросами, а ты всего лишь стажер, и не надо на тебя так наезжать, он же прекрасно понимает, что без тебя мы бы вообще не успели подготовить то интервью. Ты же три ночи не выходила из студии.

– Не переживай, я просто учусь и всегда готова к конструктивной критике, - Кристина, старалась успокоить оператора, хотя сама понимала, он где-то прав.

– Слушай, а ты неплохо смотришься, камера делает твое лицо таким выразительным и в то же время каким-то загадочным, Может предложить твою кандидатуру на ведущую прогноза погоды?
– улыбнулся Петр.

– Даже не думай, я не похожа на этих бездушных куколок.

– Ладно, щучу, но ты, и, правда, фотогенична, - задумчиво проговорил он, и он снова навел на нее камеру.

– Спасибо, Петр, но мне сейчас не до комплиментов, ты, же знаешь, у меня куча дел я исчезаю, Увидимся, - Кристина выскочила из студии, до обеда ей надо было побывать еще в трех местах и успеть составить план интервью на завтра.

Она страшно уставала, но эта была приятная усталость, Кристина занималась тем, что ей нравилось. Конечно, больше всего на свете ей хотелось самой брать интервью, общаться с гостями студии или вести новости. Но до этого ей надо дорасти, и она это понимала и старалась из-за всех сил. Только, что делать с режиссером, Кристина знала, что пока не уладит свои "разногласия" с ним ей не удаться продвинуться дальше роли его "девочки на побегушках". Иногда, он уж так сильно доставал ее, что хотелось все бросить и уйти куда подальше.

– Слушай, переспала бы ты с ним разок, глядишь он бы и успокоился, - выслушав ее очередные жалобы на главного, посоветовала Дана.
– Хотя с твоим отношением к этому вопросу, наверное, это будет для тебя не так легко.

– Да, нет, я ведь не ребенок и понимаю, что в моей профессии так было бы намного проще, - в который раз, задумалась над этим вопросом девушка, - но как представлю эту жирную свинью, так и передергивает от отвращения.

– А ты, закрой глаза и представ Бреда Пита, - засмеялась, Дана, - у меня вот завтра зачет по экономке, так я бы лучше переспала с этим Генрихом Петровичем, чем зубрить эту нудотину, но ты, же знаешь какой он у нас моралист. Так что сижу и учу.

– Сиди и учи, а то по окончании университета получишь диплом не финансиста, а гейши, - засмеялась Кристина.

– Ну, эту специальность я давно освоила, и сдала все экзамены. Могу открывать свой курс, будешь моей первой ученицей?

– Учту на будущие, - улыбнулась девушка.

В этот вечер в постели Кристина долго лежала без сна. Ну почему у нее так все сложно. На дворе двадцать первый век, а она в двадцать два еще девственница. Анахронизм какой-то. Нужно с этим что-то делать решила она и провалилась в крепкий сон.

Огромная комната была освещена десятком свечей. На полу лежал дорогой пушистый ковер, а на стенах картины с изображением обнаженных тел. Кристина знала этот зал, она уже не в первый раз была здесь. На ней была только нежная шелковая рубашка, настолько прозрачная, что в полумраке ее совсем не было видно. Девушка лежала на подушках, которые были разбросаны по полу и кого-то ждала. Ей не было страшно, скорее мучительно тоскливо. А ведь должна была радоваться, сегодня ей повезло. Вытащила так сказать счастливый билет. Ее выбрали богатые господа, и мадам Гофр велела выкупать и облить ее сладкими духами. Затем тело натерли душистым лосьоном и отвели девушку в лучшую комнату. И теперь она обязана была доставить удовольствие мужчинам из высшего света.

Поначалу попав в это заведение, Кристина отчаянно сопротивлялась той участи, что была ей уготована. В первую же ночь ее отдали какому-то старику, который, как потом узнала девушка, дорого заплатил за то чтобы лишить ее невинности. Она до сих пор вспоминает с отвращением ту ночь. Мадам Гофр пригрозила высечь ее, если она не будет тихо лежать на постели. Но Кристина все равно отчаянно вырывалась, крича и кусаясь. За что получила тридцать ударов плетью. Причем бил ее сам старик, получая от этого какое-то извращенное удовольствие. После этого девочка, закрыв глаза и стиснув зубы, вытерпела все. А потом долго рыдала, уткнувшись лицом в подушку.

– Если ты не научишься расслабляться, будет только хуже, - проговорила Моник стоя у ее кровати. Кристина лежала в постели, доктор только что ушел и все ее тело болело,

– Или ты хочешь, чтобы тебя каждый раз зашивали.
– Моник была старше и уже несколько лет работала у мадам Гофр.

– Как я могу расслабиться он такой противный, - сквозь слезы пробормотала девушка.

– Ну, не все они такие уж и противные, а ты закрой глаза и думай о чем ни будь приятном, или о ком ни будь приятном - сразу станет полегче.

По совету девушек, Кристина долгое время изо всех сил старалась найти в этом занятии хоть что-то хорошее.

Со временем стало легче, иногда когда клиент нравился Кристине и был с ней нежен, она даже начинала испытывать удовольствие от его прикосновений. За год она обучилась всем премудростям профессии и всегда знала, как лучше ублажить мужчину, и это принесло ей своего рода популярность. Ее молодость и красота привлекали более состоятельных клиентов. Они были хорошо одеты и от них приятно пахло.

Однажды ее выбрал молодой парень - капитан большого корабля. Он был очень нежен с девушкой. Разговаривал с ней, они вместе смеялись. И в его объятьях, Кристина познала такие приятные ощущения, которые ей не приходилось чувствовать раньше. С тех пор ей уже не было так противно ложиться с клиентом в постель как раньше. Особенно если мужчина был красив и молод. Но все равно каждый раз у нее возникало чувство горечи. Она не хотела продавать свое тело. Не выбирала эту жизнь. Она думала о том, что никто из этих мужчин не видит в ней ничего кроме красивой фигуры и милого личика. Они никогда не узнают, что она любит, какие книжки, принесенные тайком, читает по утрам после бессонной ночи. Она всего лишь товар, товар за который хорошо платят.