Кристина
Шрифт:
Тим прислушался к своему телу, попробовал пошевелиться, так как достаточно плотно был привязан к кровати.
— Вроде уже нет, — заключил он по ощущениям.
— Ну и хорошо, и эта быстро заживет. — Она достала что-то из своей сумки и быстро наложила ему на ногу, он почувствовал, как вокруг ноги что-то сомкнулось, и стало сжиматься, но не больно. Ноге стало гораздо лучше, а боль начала отходить. — Ну, вот и все, дня два поносишь, и можно снимать. Эй, Огич! Его можно хоть в горизонтальное положение привести?
Огичь со стариком обернулись и пристально посмотрели на Тима.
— Можно — кивнул Огич.
Лунна на что-то нажала, и постель начала опускаться.
— Ну, все, отдыхай.
Тим отметил, что Лунна была, похоже, единственным человеком, который относился к нему нормально, — ни ненавидя, и не остерегаясь его. Хоть и не мог понять, почему это делали другие. Неужели из-за этого дурацкого медальона? Что в нем такого? И зачем они его связали, неужели они опасались его? Почему? Что он мог сделать? Все эти вопросы крутились у Тима в голове, и больше всего его интересовал еще один — где Кристина?
Тим надеялся, что выжавшая девчонка, про которую говорил Огичь, окажется Кристиной. Он очень на это надеялся.
Туман окружал Тима со всех сторон, все больше сжимая свое кольцо. Тим метался из стороны в сторону не находя выхода.
— Тииимм, Тииимм — слышался шепот. Туман неожиданно рванул вперед и прошел сквозь него.
Тим вскрикнув, открыл глаза. На него смотрела Кристина. Одной ладошкой она, успокаивая, гладила его по голове, а другой прикрывала его рот:
— Тише.
Тим приподнялся, и сел на постели, его руки и ноги были свободны.
— Тихо, Тим — Кристина оглянулась. Вокруг стоял полумрак, очаг тлел слегка освещая небольшое пространство вокруг. Большинство людей не спало а сидело словно чего-то ожидая, кто расположился у окон, кто у дверей. Те же кто спал, лежали вряд у дальней стены подальше от окон.
— Кристи — обрадовано прошептал он — но она быстро приложила к его губам руку
— Тшшь.
С улицы в этот момент послышался дикий вопль, — кричал явно человек — и так истошно, что внутри все сжалось. После, послышалось невыносимо громкое клекотание и снова пронзительный вопль на который отозвалось уханье и многоголосие таких же криков, наверное сотни глоток в пронзительном и в тоже время скрипящем вопле.
Тим не понимая в испуге закрутил головой. Напряжение еще больше усилилось, люди напряженно чего-то ждали. Но те кто спал даже не пошелохнулись. Тим с Кристиной замерли, боясь, пошевелится, прислушиваясь к звуку с улицы. Так продолжалось несколько минут, после чего крики отдалились. Когда они практически стихли. Кристина чуть толкнула его чтобы он подвинулся и легла рядом с ним и накрыла их с головой пледом, прижавшись лицом к его лицу зашептала:
— Ты слышал это? Это уже всю ночь продолжается, как только стемнело.
— А что это.
— Точно не знаю, говорят какие-то твари, какие-то Лираны что-то типа недочеловеки, нападают и пытаются всем что шевелится но мне сказали что это не самое здесь опасное… Слушай я так рада что ты живой я сначала думала что ты погиб она сжала его руку в своих ладошках. Я же когда очнулась, там никого не было из живых, тела разбросало на несколько метров, некоторые выглядели просто ужасно одно кровавое месиво. Я нашла только одну женщину, она еще была жива, так и просидела рядом с ней пока меня не нашли, но женщина не выжила. Поэтому я пока тебя не увидела, я думала что ты тоже погиб, как и все, остался где-то там среди разбросанных тел.
— А они тебя не связывали? — Спросил Тим
— Нет, а зачем?
— Ты думаешь, я знаю, зачем они меня связали — чуть громче зашипел Тим
— Тише, Тише. — Остановила она его и прислушалась, Тим тоже замер.
— Я когда очнулся, связанный был — продолжил Тим.
— Нет, меня не связывали. Я как только очнулась меня тот старикашка к себе подозвал ну ты помнишь тот в кафе…
— Да уж, забудешь его… — Тим облизнул треснувшую губу.
— Ну вот, подозвал и стал расспрашивать, откуда у тебя этот медальон? Где взял? Кто дал? Ну я ему все и рассказала. Чего скрывать то.
— И как они на твой рассказ отреагировал?
— Не знаю, они с Огичем все больше молчали, потом попросили еще раз повторить. После чего сказали, чтобы я об этом больше ни кому не рассказывала, и тебя предупредила, если будут спрашивать, чтобы говорили, что у нас память отшибло после падения и не чего не помним.
— А он не сказал тебе, почему они меня связали.
— Нет, сказали только что для твоей же безопасности. Меня сначала к тебе не подпускали. Они о чем-то долго шептались, а потом когда решили тебя развязать я все время здесь, возле тебя просидела, ждала, когда проснешься. Я пока в коконе лежала, наверное, на все неделю выспалась. Спать совершенно не хочется, да еще эти звуки за окном. — Она прислушалась.
Тим тоже прислушался, потом спросил:
— Скажи, а ты когда с ними разговаривала, не выяснила где мы вообще, такого ведь не может, быть, может, мы спим?
— Тебя ущипнуть? — развеселились она.
— Прекрати, я же серьезно. — Тим на мгновение задумался. — Слушай, а кто они ты случайно не узнала?
— Нет, они только сказали, что мы все узнаем в свое время. Наверное, не доверяют, в разговоре они упоминали какого-то Генерала, толи они за него воюют, толи против него… я не поняла.
— А кто нас в кафе схватил, что это было, что за туман, не спрашивала?
— Спросила, но как я поняла, они похоже и сами до конца ни знают что это, а может просто не говорят, сказали только чтобы мы били им благодарны что отбили от этих… как их… — Кристина задумалась вспоминая. — …Как же они их назвали?..
— Крафты? — подсказал Тим
— Да точно, Крафты. А ты откуда знаешь?
— Старикашка успел сказать, когда нас вместе перевозили, потом нас сбили…
Неожиданно на улице стал нарастать какой-то шум больше похожий на работу двигателей.
Чей-то голос быстро сказал:
— Всем замереть и не двигаться, пока не стихнет.
Они прижались друг к другу и замерли. Тим чувствовал, как Кристина затаив дыхание замерла, практически перестав дышать.
Гул на улице приближался, медленно проплыл мимо дома и стал удаляться. Когда звук стих, Кристина резко выдохнула тяжело задышав.
Тим с облегчением выдохнул:
— Слушай нам надо отсюда как-то выбираться. Нужно вернуться обратно в город. Помнишь, старикашка говорил, когда мы торчали около дверей, что это выход, значит, где-то есть и вход. Надо его найти, наши родоки, наверное, уже с ума сходят.