Критическая точка
Шрифт:
– Ник…
Ответа не последовало. Тут же раздался знакомый скрежет. Новый поток Замежей захлестывал все вокруг. Злата не знала, что ей в этой ситуации делать. Она начала движение в противоположную сторону от наплывающего звука. Но он нагонял ее. Злата понимала, что ей не спастись, но продолжала бесплодные попытки убежать. Замежи двигались к ней, сметая на своем пути остатки базы, кромсая, расчленяя обломки. Она закрыла глаза и приготовилась умирать.
– Злата! Быстрее сюда!
Ей кричал Рыжик. Не посчитавшись с опасностью и приказом, в двухместной стуре он вернулся за ней. Она едва успела нырнуть в стуру, как на том месте, где она только что находилась, появился отросток, который в свою очередь начал ветвиться. Паренёк дернул стуру с места рывком, стараясь увернуться. Замежи тем временем ощутили движение и начали выбрасывать все новые и новые отростки в этом направлении. Отростки были настолько длинны, что порой опережали движущуюся стуру. Но не попадали по ней. Рыжик был мастер уворачиваться.
– Веди к Бурой!
Он послушался. Стура резко заметалась из стороны в сторону. Но, не смотря на это, пространство вокруг них стало сужаться. Стура оказалась в кольце Замежей. Отростки приближались. Ребят не оставалось надежды на спасение.
– Все конец!
Тут стуру, до которой уже дотянулись некоторые отростки, обдало синим светом. Замежи начали отступать, сворачивая необычным образом свои отростки. И не просто сворачивая, а съеживаясь на глазах.
– Это Земенит! – воскликнула девочка.
– Охренеть! Он вернулся к нам! – выдохнул изумленно Рыжик.
Земенит во всей своей красе двигался к ним. Пара тактов и он прошел прямо над стурой, при этом вобрал лучи, явно стараясь не причинить людям вреда.
– Но почему он вернулся? – удивился паренёк.
– Не знаю! Но следуй за ним! – приказала Злата, – Держись за основной массой!
– Это очень опасно, – пробормотал Рыжик, – Давай вернемся к остальным.
– Нет, – произнесла она, – делай, как я сказала, если уж ты нарушил мой приказ. Так мы сможем узнать, почему он вернулся. Может быть, найдется новый способ выжить!
– Это очень рискованно и может не принести желаемого результата!
– Не менее рискованно, чем бросить все и вытащить меня!
– Я думал ты мне спасибо скажешь! А ты бурчишь как всегда!
Рыжик послушно тронул стуру за Земенитом, но продолжил разговор:
– Ты не рада моему появлению?
– Рада, конечно! Но это не умоляет твоей вины! Ты нарушил мой приказ и бросил свой пост!
– Ничего я не бросал! – обиделся Смел, – Там все под контролем Родны. Она послала меня!
Глава 22.
Запертый в маленькой похожей по форме на фасолину комнате с мазанными глиной стенами, Ирон, как раненный зверь, метался от узенького окна, в которое и голову не просунуть, к низенькой двери, в которую войти нужно в пояс поклониться. Три шага туда и три обратно.
– Сука! Сука! – шипел он, пиная ногой скрипучую, но очень крепкую дверь.
– Угомонись! – в конце концов, не выдержал и рявкнул на него Брайбер, – Надоел!
Он сидел слева от входа на низкой деревянной лежанке. Сидел тихо, поджав ноги, с закрытыми глазами, положив ладони на колени. Ирон кинул на него такой взгляд, что умей он поджигать от Симони осталась бы горстка пепла.
– Ты и теперь будешь ее защищать? – он скрипнул зубами.
– Заткнись и жди, сможет так вытащит, а нет, то тебя и не жалко. Сам виноват!
– Конечно! Вечно я во всем виноват!
Брайбер открыл глаза и посмотрел на бывшего действера:
– А кто же ещё? Тебе мало того, что мы по твоей милости оказались в этом поганом мирке? Без связи, без оружия, без языка!
Ирон замер над Брайбером:
– А сам-то? Кто цирк на арене устроил, тебе эта сучка, что сказала? Нужно бой проиграть. А ты? – орал седой, едва сдерживаясь, чтобы не бросится на Симони с кулаками.
Брайбер отвёл глаза, пожал голыми плечами и спокойно ответил:
– Если бы был достойный противник, можно было и проиграть, а так…
– Тебя ж просили просто подыграть! – выдохнул Ирон, – Напарница просила, не я. Ты его чуть не убил! Если сдохнет, нам отсюда живыми не выбраться!
– Забыл, нас учили не драться, оставляя противнику шанс, а убивать четко быстро и желательно одним ударом. Я и ударил, кто ж знал, что он сразу свалиться.
– Ты что бил насмерть?
– Нет, если бы насмерть, здоровяк окочурился бы ещё там на арене. На частичное поражение.
– Так чего он помирает?
Брайбер опустил глаза и пожал плечами.
– Сука! – вырвалось у Ирона, – Еще и вас послушался – спектрал снял! Твари!
– Ну и что?
– Я ж без него как голый!
– Почему как? – Брайбер снова поднял глаза, чтобы убедиться, Ирон стоит у двери в одной набедренной повязке.
– Ну, голый!
– Ну, и я не сильно одетый, – он был в такой же набедренной повязке, – Чего орать? Сядь, не мельтеши, без тебя тошно, – Брайбер говорил тихо спокойно и уверенно, – дай подумать.
– Думай, думай, кто ж тебе не дает, – Ирон плюхнулся на лежанку напротив, – Только сдается мне сучка твоя, сдаст нас с потрохами. Недаром с ее гликом вторые сутки связи нет.
– Ты идиот? – Брайбер смотрел прямо в глаза Ирону.
В другое время за такие слова Ирон вырвал бы горло, но теперь седой собирался дорого продать свою жизнь, если их придут казнить. Свара с действером, равным ему, в отсутствие спектрала, по умению и силе, не входила в его планы. Он перехватил взгляд и замер.
– Где мы? – продолжил Брайбер.
– У тебя, что память отшибло?
– Где мы? Отвечай!
– На планете…
– Не придуривайся!
– Заперты в камере при арене…
– Вот! – Брайбер поморщился, – А Мелана, скорее всего, заперта в доме шамана.
– Почему ты так решил?
Симони усмехнулся:
– Насколько я понял, она теперь очень богатая женщина, по местным меркам. Вряд этот тощий хрыч упустит её из своих лап.
– Ну и что? Не пойму к чему ты клонишь?
– Да, отставка очень сказалась на твоих умственных способностях.
– Не заткнулся бы ты! А то я передумаю и пересчитаю тебе кости!
– От дома шамана до арены сколько?
– Обычных или стандартов?
– Обычных.
– Пара километров.
– А ограниченный радиус?
– Точно, – хлопнул Ирон себя по лбу и откинулся на стенку за спиной, – ограничение до ста метров. Я думал, она нас решила слить вот глик и отключила.
Брайбер снова закрыл глаза.
"Угомонился, а то надоел до чертиков!"