Чтение онлайн

В ноябре 1998 года в одном из индийских штатов местные фермеры сожгли два экспериментальных поля генетически измененной пшеницы. Ее производила американская компания «Монсанто». Ученые из этой компании изобрели особый биологический механизм, названный ими «Терминатор». Суть в том, что зерна новой пшеницы после первого урожая уже не прорастали. Такое запрограммированное бесплодие заставляло потребителей американской пшеницы (по урожайности и устойчивости к вредителям новая пшеница была замечательной) вновь и вновь обращаться к услугам «Монсанто». Это-то оригинальное решение проблемы «авторских прав» на семена (а заодно — и возможности распространения трансгенов) вызвало гнев клиентов компании по всему миру. Оттого-то индусы и спалили две плантации. «Монсанто» вынуждена была отказаться от использования «Терминатора», хотя это их право и их труд.

В марте 1999 года в колумбийском городе Картахена состоялось очередное заседание Всемирной торговой организации (ВТО). Собрались представители 130 стран. Они должны были подписать «Биотехнологический протокол». Выработать правовой механизм, регулирующий производство и международную торговлю продукцией, полученной с помощью генной инженерии. Требовалось также укрепить принцип «Не навреди!». Эти переговоры провалились. Расколотый на три лагеря мир не смог договориться. США и ряд других стран, являющихся основными производителями сельскохозяйственной продукции в мире, требовали режима «открытых границ». Другие участники переговоров выступали против этого. Они указывали на то, что безвредность новых продуктов для природы и людей не доказана. Требовали, чтобы фирмы-производители несли юридическую и финансовую ответственность в случае, если их новые товары начнут наносить вред.

Еврокомиссия не дала разрешение на посадку в Испании, Португалии и других странах Европы американской генетически модифицированной кукурузы. В результате США понесли убыток в размере 200 миллионов долларов. Австрия и Люксембург вообще запретили в своих странах коммерческое выращивание растений с измененными генами. Фермеры Греции с черными флагами в руках растоптали плантации трансгенных помидоров. А английские «зеленые», надев резиновые костюмы и маски химзащиты, совершили нашествие на поля экспериментальной генетической плантации в Оксфордшире (70 километров от Лондона).

Ситуация накаляется. Страсти кипят. Даже в инертной России Минздрав решил с 1 июля 1999 года проводить медико-генетическую экспертизу импортных сельскохозяйственных продуктов. А в Украине до сих пор нет закона о ГМО. И в США Национальная академия наук создала в 1999 году комиссию из 18 экспертов, которые официально должны давать заключение о пользе или вреде генетически измененных растений и животных. Чем завершится эта борьба, сказать трудно. Возможно, генные инженеры будут более активно переключаться с растений как источника пищи на что-то иное. Ведь уже созданы прототипы растений, содержание целлюлозы в которых во много раз больше обычного, что позволит выпускать бумагу с низким уровнем токсичных отходов. Можно попробовать и выращивать растения, содержащие углеводороды, что позволило бы решить проблему уменьшающихся запасов нефти на планете.

Другое дело, что проблемы голода и глобального экологического кризиса как-то надо решать — а пока иной реальной альтернативы, чем генетически модифицированные организмы, никто и не предлагает...

Человечество переживает глобальный экологический кризис. Статистические данные, которыми оперируют экологи, давно перестали кого-либо пугать — сработал эффект пресыщения. Ежегодно фиксируется от 40 тысяч до 2 миллионов случаев отравления людей пестицидами. С лица Земли исчезло 25 тысяч видов высших растений и тысяча видов позвоночных. К 2015 году, по прогнозам, на планете существенно увеличится количество людей, не имеющих нормального доступа к питьевой воде. Физиологам известно, что нарушение полноценного питания в младенческом возрасте приводит к замедлению интеллектуального развития человека. Кризис аграрной цивилизации, голод чреват тем, что в каждом поколении вероятность полноценной реализации интеллектуального потенциала уменьшается. Другими словами, у каждого последующего поколения остается меньше шансов находить приемы выхода из кризиса, поскольку суммарный интеллект становится все меньше и меньше. Для восточноевропейских стран известна проблема, которая получила название «славянский крест», ежегодное превышение количества умерших над рожденными. Определенный вклад в этот феномен вносит и экологическое неблагополучие. Глобальный экологический кризис является прямой угрозой существованию человека как вида.

Локальные экологические кризисы человечество переживало неоднократно, и всегда находило из них выходы, теряя на этом пути часть своего генофонда. В раннем плейстоцене (1,6 млн лет назад) на смену «человеку умелому» пришел «человек прямоходящий» — Homo ereclus, которого прежде называли питекантропом; именно в это время полностью вымирают австралопитеки. Вымирает другая ветвь эволюции человечества — неандертальцы, из-за конкуренции за пищу с человеком разумным — возможно, их съели наши предки. Обширные пустыни на севере Африки — результат очередного экологического кризиса: первые земледельцы тысячи лет назад расчищали территории под пашню, выжигая громадные территории. Появляется одна из форм внутривидовой кооперации, отличающей человека от прочих животных (включая приматов) — способность делиться пищей; ее считают одной из фундаментальных черт человеческого общества, возникшей (по археологическим данным) уже у плиоценовых гоминид. В дальнейшем возникает необходимость в специальном месте, где этот дележ и происходит — иными словами, в жилище. Судя по всему, жилище, разделение труда и дележ пищи возникают уже на самых начальных этапах эволюции человека разумного.

Появление генно-культурных факторов ограничивает агрессию внутри племени, возможно за счет переноса ее на «чужаков». Искусственное ограничение агрессии служило условием выживания ранних гоминид. Убойная сила появившегося нового оружия, таких как галечные отщепы, кости, палки и тд. оказалась несоразмерна прочности черепа и силе инстинктивного торможения. Выжили те немногие племена, в генетической структуре которых сформировались дополнительные, надприродные (надгенные) факторы регуляции отношений, т.е. возникли механизмы подавления большинства природных инстинктов уже на ранней стадии антропогенеза. Другой комплекс характерных для людей поведенческих реакций связан с заботой о потомстве. Потомство человека зависит от других людей (в первую очередь от родителей) много дольше, чем у любого другого примата. Одно из следствий этого — высокая степень взаимозависимости человеческих индивидуумов; это касается не только детей, но и самих взрослых, которых объединяет присутствие малышей, нуждающихся в заботе. Все это ведет к тому, что основой человеческого поведения становится кооперация между индивидуумами. В этом направлении и продолжало развиваться семейство гоминид.

Кризисные ситуации, периодически возникавшие на начальном этапе антропогенеза, послужили толчком для нового эволюционного события — земледелия, приуроченного к началу неолита. С ним связано развитие неолитической, или первой сельскохозяйственной (технологической) революции — перехода от высокозатратного присваивающего (охота, собирательство) к производящему хозяйству (земледелие, скотоводство), сопровождавшегося сменой нормативного геноцида и каннибализма (людоедства) зачаточными формами коллективной эксплуатации. Другая сторона этого этапа — объединение земледельческих и «воинственных» племен в многотысячные сообщества — снизило исконную враждебность первобытного человека к любому незнакомцу.

Экономисты называют этот исторический момент переходом от присваивающей экономики к производящей. Революционным в данном событии следует считать то, что человек перешел на принципиально новые отношения с природой. Впервые природный биологический цикл частично был заменен на искусственный, основанный на выращивании растений. К 5000 г. до н.э. были окультурены многие зерновые: пшеница и ячмень — на Ближнем Востоке, маис — в Центральной Америке, рис — в Китае, картофель — в Южной Америке и доместицированы многие виды животных. Такому прогрессу Homo sapiens способствовала одна особенность, выделявшая его среди остальных обитателей животного мира — способность накапливать информацию благодаря речевому аппарату, а позднее — письменности, передавать ее от поколения к поколению и формировать культурное наследие.

Земледелие и скотоводство позволили людям перейти к оседлому образу жизни, производить и обмениваться продуктами своего труда. Так возникла торговля, стали образовываться поселения — прообразы будущих городов, началось зарождение цивилизации со всеми присущими ей атрибутами — формированием государств, экономики, науки, искусства. Развитие земледелия и животноводства коренным образом изменило условия существования человека. Площадь земли, необходимая для обеспечения питанием одного индивидуума, сократилась примерно в 500 раз по сравнению с необходимой для собирателя, и в 5000 раз — для охотника. Это способствовало увеличению численности людей. К началу новой эры она возросла до 100-200 млн. человек, то есть увеличилась почти в 1000 раз по сравнению с ранним неолитом.

В то же время развитие аграрной цивилизации шло по экстенсивному пути — истощалось плодородие земель, люди осваивали новые земли. И в современном мире, создав карту деградации почв на земном шаре, ученые выяснили: с каждым годом площадь, занимаемая пустынями, возрастает на один процент. Сейчас она составляет 19% Земли. Только Сахара ежегодно расширяется на километр. При сопоставлении данных стало понятно, что те места, в которых сейчас находятся пустыни, 10 тысяч лет назад были очагами зарождения аграрной цивилизации. Она, согласно истории, возникла тогда, когда были одомашнены первые виды животных и растений. Это произошло во время первой экологической катастрофы, когда человеку стало нечего есть. Тогда и возник «агро хомо сапиенс» (человек разумный сельскохозяйственный) и новый тип хозяйствования — преобразующий, замещающий общество «охотников-собирателей». Уменьшилась необходимость постоянной миграции, женщины стали больше рожать, популяция возрастала и требовала большего количества пищи.