Чтение онлайн

— Сюда ходили тайно. Те, кто не был достаточно смел, чтобы открыто посещать донорские клубы. Поверь, среди нас таких тоже хватает.

— Чего это?

— Среди нас немало тех, кто не одобряет сближение с людьми, а потому причины по сути те же, какие у вас: боязнь неодобрения со стороны соседей, знакомых, родичей. Во всех мирах необъятной Вселенной нет ничего хуже страха, — сказал Ард и душераздирающе зевнул.

— Ну допустим, потерпевшие не стали распространяться, а ваши правоохранители чего не выяснили?

— У нас не принято лезть в чужие личные жизни.

— Беда… — протянул Кир.

Ард снова зевнул.

— До машины дойди, — потребовал Кир. — Терпеть не могу носить на руках не женщин… хотя и их не очень рвусь.

— Я гранд! — напомнил Ард.

— А я ветеран конфликта. И что?

— Не свалюсь, не надейся.

После этих слов Ард действительно пошел бодрее. Во всяком случае, перестал спотыкаться на каждом четвертом шаге. Потому до «Ниссана» они добрались сравнительно быстро. Щелкнул, снимая блокировку дверей, замок, мигнули фары; фанг, дождавшись разрешения, полез на пассажирское кресло и, пристегнувшись, блаженно прикрыл глаза.

— Ки-И-рилл, скажи, а дальше будет также?

— Ты про что?

— Ну… расследования и я в качестве живца?

— А еще погони и перестрелки. А что?

— Пон-ра-А… — ви-лось, — прозевал Ард и, наконец, заснул.

А по поводу пробки не предупредил. Забыл. Впрочем, времени они потеряли изрядно, не только «Мазератти», целый парк автобусов разогнать можно.

Ехать на работу не имело уже смысла, к тому же если Синице еще не доложили о раскрытом фангском висяке (вернее, их серии), то доложат непременно. На премию Кир, разумеется, не рассчитывал, но хотя бы остаток рабочего дня в виде выходного заслужил. Можно было намылиться к Лерке, но не с фангом же, а потому повернул к дому.

По кабельному шла какая-то чушь про то, как превратить балкон в мини-оранжерею. И на взгляд Кира, это было много лучше ток-шоу с говорильней ни о чем.

На фразе ведущей:

«Вы только посмотрите на эту орхидею! Неужели, видя ее красоту и совершенство, сложно сомневаться в руке Творца», — Кир поморщился, а Ард сонно пробормотал:

— Красота, гармония, все то, что составляет мир, — норма жизни, а для нормы творцы не нужны.

Еще один философ на его голову! Впрочем, Кир испытал облегчение от того, что Ард очнулся.

Его подкараулили прямо на стоянке. Стоило пикнуть сигнализации «Ниссана» из расположившегося через три машины темно-синего фургона выпрыгнула ушлая блондинистая девица неопределяемого возраста.

— Елизавета Браун, новости канала «Москва-Вариоса»! — бодро отрапортовала она. — Мечтаю первой взять у вас интервью!

— Мечтайте дальше, — неприветливо буркнул Кир. Вот и конец планам потрясти несколько злачных мест, находящихся порядком давно на карандаше. Могли бы еще пару висяков раскрыть. Но что уж теперь?

— Вы не поняли! Мы с телевидения, а не из газеты.

Вера телевизионщиков в то, будто «к ним в ящик» жаждет попасть любой, порой потрясала. Примись Кир отвечать хоть что-нибудь, она непременно изобразила удивление, ухватилась за какое-нибудь слово, попробовала раскрутить на беседу.

«Да ну ее в пень, — решил Кир. — Не мальчик давно, чтобы оставлять последнее слово непременно за собой».

— Ваша фотография появлялась на заблокированном сайте «Зачеловек» два месяца назад! И вы все еще живы. Как вы прокомментируете это поразительное везение?!

Кир вздрогнул. «Зачеловек» был той еще пакостью стайров и головной болью всех, ответственных за кибербезопасность. Информационный лист, невеликая база данных, состоящая из людей, сильно насоливших этим тварям, а потому выбранных на роль кандидатов на тот свет.

«Зачеловек» появлялся в сети внезапно и почти сразу блокировался, но СМИ знали, куда и когда смотреть. Проверки проводились постоянно, несмотря на постоянный вой журналистов о притеснении свободы слова, но ничего не выявляли. Письма о времени и адресе появления сайта приходили на электронные ящики главных редакторов десятка изданий за пять минут до активации «Зачеловек», а уж дальше газетчики, интернетчики и телевизионщики, выпрыгивая из штанов и обгоняя друг друга, неслись строчить статьи, подготавливать новости-молнии, писать блоги.

В Госдуме постоянно поднимался вопрос о необходимости ограничения прав СМИ на публикацию заведомо вредной информации, но также постоянно забалтывался, съезжая на говорильню о недопущении цензуры.

— Кирилл…

Он шел быстро, на высоких каблуках вряд ли угонишься.

— Я так и знала, что от вас скрывали! Не хотите рассказать о своих чувствах по этому поводу?! — окрик заставил Кира поморщиться. Еще он о своих чувствах на полмира не вякал. А потом он вдохнул, выдохнул и пожал руку дежурному.

Первым, попавшим в списки «Зачеловека», был Виктор Викентьевич, висел там уже не первый год и отнюдь не страдал по этому поводу. Как и еще с десяток везунчиков, на сколько Кир знал, вполне благополучных. К тому же он покривил бы душой, если бы сказал, будто не ждал этого. После спасения Ижи и разгрома подпольной клиники он обиделся бы на пренебрежение, если бы не внесли. И какая разница теперь, что приговорили его еще раньше: из-за случайного спасения фанга, оказавшегося сильно непростым.

Первое убийство еще могло быть случайным, второе — уже система. Во всяком случае, многие эксперты сходились на этом.

Место преступления располагалось за городской чертой. Даже странно, что в такой близости от МКАД рядом с коттеджными поселками, цена земли в которых пусть и просела сразу после конфликта, но давно успела подрасти, нашлось место столь убогой деревушке. Три улицы, будто сошедшие с агитационных плакатов перестроичных времен, о которых с пренебрежением рассказывал Виктор Викентьевич: когда огромной стране внушали, насколько же в ней все плохо. Одноэтажные с пустыми окнами покосившиеся домики, кривой штакетник заборов. Ни собачьего лая, ни любопытного взгляда. Да здесь, казалось, вообще никто не жил, хотя Кир видел на въезде вполне неплохо сохранившуюся «Шкоду».

— За нами наблюдают, — предупредил Ард, — только не показываются.

— Ваши? Люди? — спросил Кир и сбился с шага, когда простой в сущности вопрос поставил фанга в тупик.

— Ваши… вероятно, — наконец сказал Ард, кивнув на стоящий справа домишко, мало чем отличный от прочих.

Киру почудилось, будто тряпка, заменявшая занавеску в одном из окон, шевельнулась.

— Вероятно? — переспросил он.

— Ки-И-рилл, чего ты от меня хочешь? — Ард потер переносицу и вздохнул. — Здесь крови столько, что я удивлен своей способности чуять вообще.