Чтение онлайн

Достаточно большое число людей, особенно среди старейшин Свидетелей Иеговы, выражают искреннюю надежду, что произойдет нечто вроде «реформы», которая исправит все те недостатки в организации и ее доктрине, какие они осознают. Некоторые считают, что это может произойти, если изменится состав руководства. Даже до того, как я уехал из штаб–квартиры в отпуск в 1980 году, член бюро филиала одной из крупных стран, проницательный человек, чувствовавший, как огорчают меня существующие настроения и вся ситуация, сказал мне: «Рэй, не сдавайся! Это старые люди, они не будут жить вечно». Эти слова не были проявлением жестокости, бесчувственности или цинизма, поскольку произнесший их человек обладает как раз противоположным характером: это очень мягкий, добросердечный человек. Подобные выражения часто порождаются уверенностью, что какая–то перемена должна произойти, что тенденции к еще более жесткой политике и все более категоричным взглядам должны смениться христианским подходом и более смиренным высказыванием убеждений.

Сам я не думаю, что фундаментальные изменения произойдут просто из–за того, что умрут те, кто сейчас находится у власти. Я говорю «фундаментальные изменения», поскольку на протяжении всей истории движения происходили перемены разной степени значимости — некоторые в результате смерти Расселла и Рутерфорда. Какими бы ни были те перемены, фундаментальные основы оставались прежними. Изменения в структуре власти в 1975–1976 годах были наиболее значительной переменой во всей истории организации. Власть была передана группе людей, на первый план вышло много новых лиц. Тем не менее, сила традиционных убеждений и традиционных положений подавила всякие попытки освободиться от умозрительных толкований и догматизма, от чрезмерной приверженности к закону, подобно Талмуду, от контроля со стороны элитной группы и репрессивных мер — освободиться от всего этого ради братства, единения в главном, терпимости и гибкости в частностях как в убеждениях, так и на деле.

Как и предыдущие президенты Общества, сегодняшний Президент Фред Франц всегда был ведущей фигурой и, хотя пост Президента был лишен практически всей присущей ему власти во время децентрализации в 1975–1976 годах, лично он остается очень влиятельным лицом. Сейчас ему более 90 лет. Нет сомнения в том, что его смерть повлечет за собой изменения в общей картине, поскольку среди остальных членов Руководящей корпорации нет никого, обладающего такой же харизматической личностью, как он (или как его предшественники Расселл, Рутерфорд и Норр). Доктринальная суперструктура, развившаяся со времени смерти судьи Рутерфорда в 1942 году, в своей основе является плодом творчества Фреда Франца; многое из политики по вопросам «лишения общения» также принадлежит ему. Поэтому возможность доктринальных изменений или «корректировок» явно увеличивается в его отсутствие.

Однако лично я склонен считать, что все грядущие перемены будут невелики и не изменят основной доктринальной позиции и настроений организации в сколько–нибудь значительной степени. Из остающихся членов Руководящей корпорации нет ни одного, кто бы справился с составлением новых толкований на таком языке и при помощи такой тонкой аргументации, какие характерны для работ Фреда Франца. Большинство членов Руководящей корпорации пишет очень мало, некоторые не пишут вообще. Ллойд Барри — единственный, кто написал книги, но в этих книгах просто повторялись существовавшие взгляды и ничего нового не выдвигалось [230] . Другие основные авторы организации не входят в Руководящую корпорацию и не исповедуют принадлежность к классу «помазанных».

Если конечный эффект реорганизации 1975–1976 годов сравнить с перестройкой внутренних стен в доме, тогда все будущие изменения в администрации можно сравнить с перестановкой мебели или приобретением некоторых новых предметов — в обоих случаях сам дом остается прежним. Кроме Президента из двенадцати остающихся членов наиболее влиятельную группировку составляют Мильтон Хеншель, Тед Ярач и Ллойд Барри [231] . Было бы необычным, если бы любое решение, одобренное этими тремя людьми, не поддержали Кэрри Барбер, Джек Барр и Джордж Гэнгас. Хотя Альберт Шредер и Карл Кляйн несколько более самостоятельны, чем три только что названных члена, они тоже, пожалуй, в большинстве случаев последуют их примеру. Такое количество голосов станет решающим.

Если можно хоть сколько–нибудь руководствоваться прошлым, действия этих ведущих членов будут следовать консервативному направлению, сопротивляющемуся всяким предложениям, которые не поддерживают и не выдвигают действующих теперь традиционных учений, методов и взглядов. Все сделанное и напечатанное за несколько последних лет не дает никаких оснований для надежды на «реформу», необходимость которой некоторые ощущают. Действительно, только одному члену Руководящей корпорации меньше 70 лет; остальным сейчас от 72 до 98 лет. Однако все замены должны быть одобрены остающимися членами, особенно наиболее влиятельными. Несомненно, становится все труднее найти «подходящих» кандидатов для членства в Руководящей корпорации с учетом сокращающегося числа «помазанных». Из–за этого в один прекрасный день Руководящей корпорации, возможно, придется отступить от основного требования, согласно которому членство в ней открыто только для людей «помазанного» класса. Это трудно будет согласовать с учением о привилегированном статусе класса «верного и благоразумного раба», и, возможно, подобного решения будут избегать как можно дольше. Однако на помощь может придти то, что периодически более молодые члены организации решают, что принадлежат к «помазанным», и, значит, они становятся возможными кандидатами для членства в Руководящей корпорации (см. Приложение).

Мне кажется, что основная ошибка ждущих реформы в результате смены состава руководства, заключается вот в чем: они полагают, что такая ситуация складывается из–за тех, кто находится у власти. Это верно только во второстепенном смысле. Самое главное заключается не в людях. Всем управляет понятие, предпосылка, на которой основано все движение.

Нельзя упускать из виду, что наиболее яркой особенностью убеждений Свидетелей Иеговы является не то, что они не верят в вечные мучения, в изначальное бессмертие души, в Троицу и верят в рай на земле, все эти черты можно найти и в других религиозных организациях [232] .

Особенное отличие их учения от всех других вероисповеданий состоит в основной доктрине, в центре которой находится 1914 год как дата начала активного правления Христа, Его суда и, прежде всего, дата, когда организация Сторожевая башня была избрана в качестве Его официального канала, когда классу «верного и благоразумного раба» был передан полный контроль над всеми Его земными интересами, а руководство организации получило, фактически, высшую власть. Всякое отступление от этого основного учения повлияет на всю доктринальную структуру и поэтому весьма маловероятно; его будет очень трудно объяснить. В течение последних нескольких лет произошло как раз противоположное: статьи «Сторожевой башни» и другие публикации предпринимали решительные усилия, чтобы еще более защитить толкования, связанные с этой датой и порожденные ею, чтобы поддержать веру в притязания, на ней основанные. Самые важные из этих претензий относятся к власти и авторитету организации; сейчас развернута очень интенсивная кампания для укрепления поддержки и преданности структуре руководства.

Действительно, каждый новый год вызывает все большее напряжение, связанное с этим учением и этими притязаниями. В 1994 году исполнилось 80 лет с 1914 года. В конце концов, может случиться так, что будет слишком сложно поддержать учение о «роде сем» 1914 года и придать ему какую–либо достоверность. Можно, однако, выдвинуть различные «корректировки» (о некоторых из них упоминалось в главе 9); притязания в измененной форме будут сохранены.

В организационном плане делаются попытки вернуться к более централизованной власти (дополнительное «движение назад»). Весной 1983 года в новом пособии организации был восстановлен пост более или менее постоянного главного надзирателя как главы совета старейшин; там содержались и другие централизующие элементы, созданные для усиления контроля сверху вниз в организационной структуре управления. Приведет ли это к восстановлению централизованной власти внутри самой Руководящей корпорации, к назначению постоянного председателя или общего координатора, — нам еще предстоит увидеть. Кажется весьма сомнительным, что в подобном качестве будет избран теперешний Президент, так как у него нет особой склонности к административной работе. Его логическим последователем является Мильтон Хеншель; и, если он займет новый пост, подобная реконструкция внутри Руководящей корпорации представляется гораздо более вероятной.

Какие бы изменения ни произошли, их преподнесут как результат Божьего руководства; прежние доктрины или установки, которые, возможно, придется упразднить, будут объявлены «Божьей волей для того времени», неким «маневром» со стороны небесного капитана Христа Иисуса, Который, в конце концов, привел ко всеобщему благу. Как и на протяжении последних ста лет истории организации, существует мало основании полагать, что организация признает эти изменения такими, какие они есть на самом деле. В основном, эти изменения, в первую очередь, являются результатом неспособности придерживаться Писания. В большинстве случаев они происходят под давлением обстоятельств для предотвращения появления проблем, возникающих из–за того, что какая–либо позиция стала непригодной. Эти изменения не похожи на перемены, происходящие потому, что люди исследуют Писание и в результате своих открытий прямо признают ошибки и желают их исправить.

Вместе с этим неизменно будет поддерживаться основная предпосылка, понятие, которые доминируют в мышлении, в словах и в действиях. Именно эта предпосылка — о том, что Бог должен обращаться к людям через организацию, что Царь Иисус Христос избрал для этого организацию Сторожевая башня, — мешает многим думающим людям увидеть истинную проблему. Как говорится, «за деревьями они не видят леса». Они обличают отдельные случаи несостоятельности и несправедливости, ложность многих учений, извилистый, сложный характер многих аргументов, нехристианский дух многих действий. Но они не понимают, во что это складывается, не видят общей суммы. Они наблюдают части, но не целое. Некоторые из них занимают очень ответственное положение. Они питают надежду — так же как и я, — что будущее принесет улучшение, потому что их мышление сформировано этой предпосылкой об организации. Они чувствуют, что Бог должен что–то сделать, чтобы исправить положение, потому что нужно доказать истинность этого понятия (или предпосылки); Бог должен поддержать его и оправдать. Тем не менее, в корне всех непорядков, которые огорчают их лично, лежит именно это понятие — понятие, которое не было порождено Богом. Нет причины считать, что Бог сочтет необходимым его поддерживать.