Чтение онлайн

— Ишь, как Инна старается, — тихо проговорила Агеева, когда она отошла, — думает приманить его сладким. Не выйдет у нее!

Я посмотрела на Александра и едва не лишилась дара речи. Сосед Александра справа налил себе рюмку водки, потянулся за ветчиной, а мой подопечный в это время выхватил рюмку и опрокинул ее себе в глотку с видом бывалого алкоголика, имитируя поведение гостей.

— Саша, твою мать! — не выдержала я и вырвала у него рюмку. — На кой ты это сделал?

— Невкусная, — скривился он, часто дыша, — жжет!

— Он что, выпил? — спросила Агеева, глядя на нас. — Ну что с ним будешь делать!

— Налить еще? — предложил сосед Александра с улыбкой.

— Не советую, — с грозным видом сказала я.

Чтобы избавиться от неприятного вкуса водки, Александр запихнул в рот весь кусок торта целиком.

— Во дает парнишка, — хохотнул сосед.

Я протянула Александру салфетку.

— Вытрись, у тебя весь рот в креме.

Он послушно утерся.

Изрядно захмелевший Иван Глебович поднялся и громко объявил, что сейчас все попробуют вишневой наливки домашнего приготовления. Приготовила наливку мать невесты. Растроганный до слез Иван Глебович, обняв новоиспеченную родственницу, звонко чмокнул ее в щеку. Та зарделась, стала со смехом отбиваться. Пара официанток пошла от стола к столу, разливая наливку из графинов. Рядом с нами вновь появилась Инна с куском торта на тарелке.

— Вот, Саша, а то у тебя уже закончился. Может, хочешь конфет?

— Нет, я хочу потанцевать, — развязно протянул Александр. — Женя не хочет со мной танцевать, говорит, что я медведь.

— Давай я с тобой потанцую, — сразу же предложила Инна.

— Он вам ноги оттопчет, — предостерегла я ее, косясь на Александра.

— Ничего страшного, я потерплю, — бросила Инна. Я пожелала им удачи. Танцы закончились печально. Опьяневший Александр нечаянно ударил Инну в лицо, разбив ей в кровь нос. Иван Глебович мгновенно оказался рядом и врезал Александру в челюсть, размахнулся для второго удара, однако сделать это не позволила я, перехватив его руку.

Супруга Ивана Глебовича, вся в слезах, прикладывала к носу платочек. Платье ее окрасили капли крови. Александр тоже разревелся, закрывая лицо руками.

— Уберите этого придурка от моей жены! — ревел Иван Глебович, вырываясь из моего захвата.

Минуты через две мы уже ехали домой. Александр все ныл, обиженно восклицая:

— Он ударил меня, ударил прямо по лицу! Я же нечаянно тетю Инну стукнул. — По его щекам катились горючие слезы.

— Да хватит хныкать, как младенец! — прикрикнула я на него. — Ты же здоровенный лоб! Прекрати!

Александр замолчал. Я притормозила перед пунктом проката видеокассет и взяла для нюни сериал «Утиные истории».

В дверях квартиры мы встретили Рашида.

— Вы нас покидаете? — с надеждой спросила я.

— Не дождешься! — оскалился он. — Я — по делам и скоро вернусь. Попробуйте только не впустить! Я вернусь с милицией.

— Я в курсе, — пробурчала я. Он вышел. Я заперла за ним дверь.

— Поставь мультики, — попросил Александр, протягивая видеокассету.

— Пошли, — вздохнула я. Кассета была продолжительностью сто восемьдесят минут, так что три часа у меня освобождалось для работы. Потом должна была прийти Юлия, чтобы приготовить нам еду. Под звуки заставки мультяшного сериала, доносившиеся из гостиной, я проверила электронную почту. Ответа еще не было. Тогда, оставив компьютер, я решила заняться физическим самоусовершенствованием. Открыла окно, чтобы в комнате было достаточно воздуха, и начала с каты. Потом, учитывая стесненные условия, попыталась отработать некоторые удары из техники ближнего боя — «дуань да», следом серию «ате-вадза» — тычковые удары в уязвимые места, представляя себе при этом самодовольно улыбающегося Ивана Глебовича. Вылощенный чиновник произвел на меня самое неблагоприятное впечатление. Я не удивлюсь, если выяснится, что заказчиком убийства Ирины и попытки покушения на Александра является именно он. Приняв упор лежа, я отжалась сто пятьдесят раз на кулаках. Поднявшись, восстановила дыхание и повторила подход. Затем прокачала пресс простыми поднятиями корпуса, далее отжималась на одной руке. Когда мышцы стали подрагивать от напряжения, я прекратила упражнения, походила по комнате, выполняя наклоны, прогибы и махи с поворотом корпуса, а отдышавшись, пошла в душ. Александр, словно приклеенный, сидел перед телевизором. Похождения мультяшных уток его совершенно заворожили. После душа я присела рядом с Александром с чашкой кофе в руке.

— Я тоже хочу кофе, — сообщил, не оглядываясь, он.

— Допью и сделаю тебе, — буркнула я. Из спальни послышалась музыка из «Турецкого гамбита», означавшая, что мне на сотовый звонит Агеева.

— Посидеть не дадут, — проворчала я, вставая.

— Какой ужас! Всех отравили! — закричала в трубку Агеева, лишь только я ответила. — Сейчас оттуда людей выносят. Я не знаю, может быть, я тоже отравлена!

— Успокойтесь, если вы со мной разговариваете, значит, все в порядке, — сказала я ровным голосом.

— Вы думаете? — с надеждой спросила она.

— Несомненно. Постарайтесь собраться и объяснить, что случилось, — ответила я.

— Вы ушли, а я осталась на торжестве. И вот, примерно полчаса назад, Ивану стало плохо, потом — его жене и нескольким гостям. Вызвали «Скорую». Иван даже не мог идти. Его вынесли. Только что еще пятерым стало плохо. Среди гостей паника. Кто-то сказал, что, наверное, это из-за вишневой наливки, что если ее передержать, то можно отравиться.

— Ну, это очень сомнительно, — сказала я, осмысливая услышанное. Что это? Массовое отравление или случайность? Мысли вернулись к повесившейся Ирине и дочери Ивана, погибшей от сердечного приступа. Сколько случайностей!

— Я даже не помню, пила ли я эту чертову наливку! — воскликнула в отчаянии Агеева. — Пила какое-то вино, а наливку — не помню. Вот черт!

— Спокойнее, — повторила я в очередной раз. — Если там есть врачи, то попросите вас проверить, на всякий случай.

— А с вами и с Александром все нормально? — спохватившись, спросила она.

— Да, мы чувствуем себя отлично, — рассеяла я ее тревогу. — Саша мультяшки смотрит. Ни он, ни я наливки не пили, но я думаю, что дело не в ней. Милицию вызвали?

— Да, Иван сразу стал орать, что его отравили враги. Половина гостей, смекнув, что дело пахнет керосином, кинулась промывать желудки. Тут такое творилось! Ладно, я пошла к врачам. До свидания.

Я выключила телефон и посмотрела на Александра. Почувствовав мой взгляд, он повернулся и спросил, улыбнувшись:

— Женя, ты чего?

— Ничего, — пробормотала я, вспоминая одну из своих версий, что некие люди хотят запугать Ивана Глебовича. Но зачем же тогда травить всех скопом, включая сам объект запугивания? Это нелогично. Может, они что-то не рассчитали? Рассуждать впустую — без толку. Надо дождаться информации от Юзера, тогда посмотрим, каких врагов заимел себе заместитель мэра, от этого и будем плясать. Мои размышления прервал вернувшийся Рашид. Он притащил огромный пакет фруктов и поставил их перед Александром.

— Это тебе, лопай!

— Бананы! — воскликнул Александр, запуская в пакет обе руки.

— С чего это такая щедрость? — спросила я с подозрением.

— Может, я хочу исправиться, — хитро посмотрел на меня Рашид. — Пришел товар, вот я и захватил малышу.

— Как трогательно с твоей стороны, — с деланым умилением сказала я, направляясь к двери. Дверной звонок надрывался «Подмосковными вечерами». Пришла Юлия готовить нам ужин.

Сообщение от Юзера пришло около одиннадцати. Многие мои догадки подтвердились. Во власть Иван Глебович прорвался на спинах бритоголовых качков, рассыпая направо и налево «грязные» деньги. Не было в области чиновника, обросшего таким количеством скандалов. Бюджетные деньги, выделяемые на ремонт дорог, развитие транспорта и инфраструктуру, таинственным образом исчезали. Дороги ветшали. Некоторые вообще нельзя уже было назвать дорогами. После недавнего визита президента за Ивана Глебовича взялись всерьез. Президент поехал не по подготовленной для него дороге, а совсем другим путем, и это стало началом конца Ивана Глебовича. В город понаехали разнообразные комиссии. Против него началось расследование. Заговорили об отмывании «грязных» денег. В общем, дни Ивана Глебовича были сочтены. Впереди его ждал тюремный срок. Люди, связанные с ним, могли решить, что во время следствия он наболтает лишнего, и задумали его запугать, чтобы Иван Глебович, бросив все, бежал за границу. А когда он не побежал, поняли, что надо его устранять, и организовали массовое отравление.

— Версия, по-моему, неплохая, — сказала я себе, пролистывая файл. Другого просто в голову не приходило. Например, Константин Илларионович Хмуров по кличке Хмурый, в прошлом — главарь преступной группировки, сейчас владелец Тарасовского лакокрасочного завода, или, вернее, того, что от завода осталось. Иван Глебович работал техническим директором лакокрасочного, затем Хмурый протолкнул его в предвыборный штаб мэра города. Хмурый точно не хочет, чтобы подробности тех выборов всплыли наружу. Еще хозяин фирмы «Правильный путь» Бондарев, также с криминальным прошлым. Его фирма занималась ремонтом дорог. Как они ремонтировали дороги, понятно каждому автомобилисту Тарасова. Дороги, как сказал президент в одном из своих выступлений, кое-где в России превратились в направления, словно во времена Великой Отечественной войны. И вот один из этих деятелей нанял Кота с Баптистом, чтобы не подставлять своих.