Чтение онлайн

Никакой автаркии, конечно, для России и Евразийского экономического союза нет. Автаркия – это вообще не абсолютная закрытость, а оптимальная норма внешнеторгового оборота. Экономика любой страны производит, распределяет и потребляет на ее национальной территории, но часть экспортируется, за счет чего получается валютная выручка, позволяющая осуществлять импорт.

Зачем экспортирует? Зачем импортирует? Есть мировое разделение труда. Есть различие в климате и специализации производимых на территории товаров, и это естественный процесс. Ограничения, как в сторону полной закрытости, так и в сторону полной открытости, вытекают из требований суверенности национальной безопасности. На сегодня Россия пренебрегла этими требованиями, она гипертрофированно нарастила одну товарную группу в своем экспорте и попала в жесткую зависимость от мировой конъюнктуры. Это нефть и газ.

Сброс цен на нефть показал России, насколько ее экономика несуверенна и уязвима. К сожалению, реального понимания и мер по изменению отраслевой структуры в российской экономике не происходит. Похоже, правительство и президент России полагают, что им удастся «пересидеть», как это получилось в кризис 2008–2009 годов. Политический прогноз показывает, что в этот раз это сделать не удастся. Запад консолидированным образом поставил задачу масштабов СССР «горбачевских» времен: задачу уничтожения России как геополитического субъекта. Так что «пересидеть» не удастся.

Поэтому общий анализ геополитического разворота на Восток тревожен. Он выглядит как реакция на западную атаку. Но не демонстрирует никаких обстоятельных перемен внутри деформированной экономики и финансов России, а также направления восстановления суверенности и позитивной динамики развития. Ситуация очень тревожная.

2015 г.

Странное это слово в устах президента – «партнеры». Партнеры санкций не накладывают. Накладывают противники.

Последние 25 лет российская стратегия и практика государственного строительства, внешнеполитического движения заключалась в попытке «раствориться» в Западе – в западной цивилизации, в западном геополитическом альянсе. На этом пути были дезавуированы собственные национальные интересы и безопасность, уникальность русской, российской цивилизации, был выдвинут лозунг «Россия – это Европа, наши ценности не отличаются». Поэтому, когда наступил крах этой навязанной извне, вторичной, провокативной стратегии, а наступил он мгновенно, как только в 2007 году и в 2014 году президент РФ выступил против линии Запада, такого своеволия ему не простили.

Любому здравомыслящему человеку, который и до этого понимал, что геополитический противник России – это американоцентричный мир, сегодня очевидно, что это было цивилизационное противостояние Запада и России, российско-русской цивилизации против западной. Но вы не найдете отражения этой очевидности ни в военной доктрине, ни в «Стратегии национальной безопасности», ни в политической риторике. Запад накладывает санкции на Россию, наносит ей ущерб в сотни миллиардов долларов, а Россия повторяет: «Это наши партнеры».

Россия на определенном этапе послемайданной «истерики» заявляла о фашизме на Украине, о самозванцах в Киеве. Сегодня это уже партнеры, с ними ведется торговля, им делаются скидки на газ, отменяются штрафы. Это двурушническая, нестратегичная, провальная линия является продолжением несуверенной стратегии России, и в ее рамках адекватных оборонительных стратегий, геополитических стратегий, геоэкономических стратегий ожидать не приходится.

Все больше свидетельств находится в пользу существования двух блоков в механизмах политического управления России. Один связан с национальными интересами и безопасностью страны, с ее цивилизационной идентичностью, с пониманием факторов успешности нашей страны, и иногда этот блок побеждает. Но уже ставший традиционным 25-летний блок пятой колонны, агентов влияния, управления из-за рубежа, колониального, полуоккупационного управления Россией до сих пор существует и зачастую начинает преобладать.

Например, в Крыму, на Востоке Украины, в экономике, финансах, стратегии экономического развития страны преобладал именно он. Поэтому ожидать адекватных, ответственных и конструирующих развитие страны определений, кто есть друг, а кто – геополитический противник, не приходится. Полусуверенная Россия не сможет решиться на открытую, самостоятельную, ответственную стратегическую позицию.

2015 г.

Я с интересом прочитал пост Андрея Мясникова , называющего себя философом, после того, как он якобы прочитал нашу работу «Национальная идея России» в шести томах, вышедшую в 2012 году. Напомню, что этот труд очень объемный – он составляет более четырех тысяч страниц. Однако наш оппонент (господин Мясников) нашел в нем одну-единственную цитату, по поводу которой решил развернуть полемику. Но об этом чуть дальше.

Идея противопоставления государства и человека или стара, или лукава, или бессмысленна и бесполезна. Она используется как политический трюк для того, чтобы обосновать либеральную идею минималистского государства. Для этого государство традиционно представляют институтом насилия, забывая, что таковым оно было на исторической заре возникновения этого института. Сегодня это всего лишь одна и далеко не самая главная функция.

Поэтому государство превращают в коммерческий ларек, оказывающий услуги, а население расплачивается за это налогами. И эти ограниченные представления, конечно, сегодня далеки от современного облика государства, а главное – его динамики и устремленности к будущему формату. Наиболее точно этот формат характеризует формула: государство – это высшая социальная оболочка, созданная обществом во имя всеобщего блага и интересов.

Разумеется, эта формула противоречит либеральной идее, обслуживающей интересы специфического, а именно богатого, меньшинства. Наша реконструкция доказуема, и сослаться я могу на сайт Центра научной политической мысли и идеологии rusrand.ru, где размещен соответствующий видеоролик, носящий название «Либерализм».

Научный же анализ показывает, что постановка вопроса «или государство, или человек» не ведет никуда, консервируя сегодняшнюю западно-либеральную минималистскую модель в угоду интересам богатого меньшинства.

Однако если ставить вопрос так, как это делаем мы, то вопрос о доли государства в экономике, социальной политике, делах личности, определяется каждый раз по-разному. В экономике – это доля госимущества в структуре основных фондов, доля госрасходов в ВВП и проч. И для нашей страны, как и для северо-западных европейских государств, эти показатели выше 50 %. А в России их уже загоняют на уровень ниже 30 %, что означает: еще чуть-чуть, и государства просто-напросто не станет. Потому что для существования государства нужен бюджет, нужна доходная база, нужны критические, чувствительные имущественные комплексы, от радиационных материалов до ядерного оружия, от психотропных препаратов до социально ответственных, инфраструктурных, государствообразующих и т. д.

Поэтому цель ослабления государства известна. Она преследуется с 1991 года – стереть с геополитической карты Россию как большую, мощную и, безусловно, цивилизационно определенную, имеющую будущее страну. Стереть ее хочется давно. Западный проект «стереть Россию» насчитывает не десятки, а сотни лет. В этом нет ничего нового, но и умного также не наблюдается, когда для интеллектуального потребителя предлагаются такие упрощенные формулы, как «государство или человек». Совершенно ясно, что и государство, и человек. И если закончить этот короткий экскурс, то наша формула включенности государства в наиболее чувствительную и интимную область жизни человека отличается от действующей в нынешней либеральной конституции России. Напомню, что в основном документе от 1993 года записано, что государство «ведает» теми или иными вопросами, значит – не отвечает за то, что получится. В итоге конституцию это не волнует, да и нынешнее государство тоже.