Чтение онлайн

— Что случилось, мама? — спросила Анна.

— Он упал с кровати. Вот и все. Просто упал с кровати. Ну, может, ударился. Ты же знаешь отца, с ним вечно что-то случается.

— Он поранился? — спросил я. — Господи Иисусе! Где же доктор? Кто-нибудь знает, что произошло?

Гаррет заплакал у Анны на руках.

— Не сейчас, дорогой, — принялась она утешать его. — Тише, любовь моя, тише.

— Я думаю, что он… — начала мама.

— Я хочу его увидеть, — сказала Анна.

— Они даже мне не разрешают к нему зайти.

— Это инсульт, да, мама?

— Чепуха.

— О, Стив…

Я позвонил Сэму.

— Это с моим отцом. Мы еще не говорили с врачами. Но, судя по всему, у него инсульт.

— Он умрет? То есть, я хотел сказать, он умер?

— Мы ничего не знаем. Нам не разрешают к нему входить. Мама говорит, что это пустяки.

— Хочешь, я приеду?

— Не могу тебя просить об этом.

— Так ты хочешь?

— Конечно, хочу. Бога ради. Да, да, да, да, да.

— Так я скоро буду.

— Когда.

— Через полчаса.

— Сэм, я…

— Молчи. Я люблю тебя.

Я почувствовал письмо в кармане. Прочти его сейчас, сказал я себе. Здесь в приемном покое, где твоя мать говорит сама с собой, Анна рыдает, Гаррет вопит, и бродит мрачный Стив. Прочти его сейчас. Дочитай историю до конца. У тебя есть она вся, ты же знаешь. В твоем кармане ответы на все вопросы. Дочитай историю до конца. Закончи ее.

Шепот Билли в моем ухе:

— Садись поближе, Доминик, еще ближе…

Нет, я не могу читать письмо. Не сейчас. Не сейчас, когда мой отец умирает или уже умер. Как я могу сидеть здесь и читать письмо моего Билли Кроу? Но я же хочу знать. Мне надо знать. Билли был, есть, вот он планирует отомстить Дэвиду и Тео. Что он затеял? Какой будет его месть?

Ответ был у меня в кармане.

Сэм вошел в комнату ожидания.

— Слава Богу! — я никому его не представил. — Пойдем отсюда.

— Как ты себя чувствуешь?

— Плохо. Но я не расстроен. Не по-настоящему.

— Ненавижу больницы.

— Не могу сказать, что я их очень люблю.

— Как она восприняла известие?

— Как она воспринимает все на свете. Алогично. Она убедила себя, что он ударился, упав с кровати. Она абсолютно убеждена, что в любую секунду отец выйдет из дверей с повязкой на голове, мы вместе пойдем домой, и она будет отчитывать его, как обычно. Это ее способ бороться с трудностями. — Я заглянул Сэму глубоко в глаза. Увидел свое расплывчатое отражение. Два Доминика смотрели на меня. — Знаешь, что я думаю, Сэм?

— Что?

— Думаю, что он умер. Просто знаю это. Он уже умер. Мы все это чувствуем. Моя сестра это знает. Знала еще до того, как мы сюда приехали. Я тогда еще не был уверен, а сейчас вполне. Он умер. Может, они еще пытаются его оживить. Но он умер. Я его больше никогда не увижу.

Он обнял меня.

— Все в порядке, — сказал я. — Я не расстроен. По крайней мере, я этого не чувствую. Просто надеюсь, что они нам скажут. Так что я смогу это преодолеть. Увезти Анну и маму отсюда. Они с ума сойдут от горя. Даже не думал, что Анна будет так реагировать. Никогда ведь не знаешь, никогда не знаешь.

— Когда умер мой отец, я плакал несколько месяцев, не переставая, — сказал Сэм. — Я просыпался в слезах. Странно это бывает. Во сне иногда видишь мертвых, и они как живые. Это очень грустно. Мне часто снится отец, и я ему говорю: "А я думал, что ты умер. — А он отвечает: Нет, сынок. Это все было ошибкой. Я снова вернулся. Извини за беспокойство". И во сне я обнимаю его, целую и говорю: "Я так рад. Так рад. Я так по тебе скучал". — А потом просыпаешься и понимаешь, что это просто сон, мертвые по прежнему мертвы, и ты их больше никогда не увидишь.

— Тебе он часто снится?

— Да. Часто.

— Не думаю, что я вообще буду плакать. Ужасно это, правда? Мой собственный отец умер, а я думаю об одном…

— О чем?

— Как бы пойти домой и дочитать письмо.

Сэм помолчал секунду. Потом улыбнулся.

— По крайней мере, есть за что благодарить Билли Кроу.

Я сидел в приемном покое. Мама и сестра всхлипывали. Гаррет спал на полу. В руке я держал вставший член Сэма. Внезапно открылась дверь, и вошел отец. У него была белая повязка на голове.

— Что я вам говорила! — вскричала мама.

— Простите за беспокойство, — сказал отец.

Он посмотрел на меня и улыбнулся. Кивнул.

— Папа, — начал я, — я всегда хотел тебе сказать. Я так тебя люблю. Я чуть сам не умер, когда подумал, что тебя уже нет.

— Подрочи мне, — закричал Сэм, — подрочи!

— Сегодня я пойду к Сэму.

Анна поцеловала меня.

— Мама поедет с нами. Как ты себя чувствуешь?

— Сам не знаю.

Анна плакала, не переставая.

Мы пошли к Сэму пешком.

— Ты знаешь, история жизни каждого человека может уместиться в одно предложение. Но это не значит, что такая жизнь. Просто это может случиться.

— Что ты имеешь в виду?

— Ну это как будто в истории говорится одно, а на самом деле получается что-то абсолютно удивительное.

— Понятно, — кивнул Сэм.

— И все истории — это всего лишь одна. Знаешь, мой отец дал маме дыню.

— Так они познакомились?

— Сегодня так тихо. Тишина, словно сейчас начнет играть оркестр.

— Расскажи мне об этом?

— О чем?

— О дыне, о том, как встретились твои родители.

— Ах это. Я не уверен, что это случилось на самом деле. Мне кажется, это просто была история, чтобы…

— Расскажи мне, Дом.

Дорогой Доминик, ты сел поближе? Ты должен быть как можно ближе ко мне, чтобы понять эту историю. Порой все слишком смешивается. Мечты, реальность, иллюзии, уверенность, все смешано воедино, сплавлено, неизменно и навсегда, стянуто в то, что мы называем жизнью — моей жизнью, твоей жизнью, их жизнью.

Помню, когда я был маленьким, я долго плыл на корабле. Я до сих пор помню все очень отчетливо: чайки, небо, огромное серое море. Правда, родители говорят, что этого никогда не было. Так что же, мое путешествие было выдумкой? Да, выходит что так. Но означает ли это, что его не было? Нет, для меня оно столь же реально, как и все, что я когда-либо делал. Я помню этот корабль. Он столь же реален для меня, как Дэвид и Тео Блю и…