Кросс с подкруткой
Шрифт:
Маркот вылазит из холодильника:
– Ах, та... Когда ты у меня единственный здесь спасательный движок свистнул, схватил я ее, глядь - какой-то порошок белый. Думал отрава от тараканов. Ну я тебе вслед его и сыпанул весь. Чтоб наверняка. А ты смотрю выжил. (оглядывает его, пересчитывает пальцы на руках) Даже вроде не мутировал.
Аммоний Кобальтович начинает вслух пересчитывать пальцы на своих руках, потом у всех остальных, кроме Пахи и Маркота. Эдик садится и разувается, считает на ногах. Тянется к Сониным, но та убирает его руку и считает сама. Сбивается и начинает снова.
Паха смотрит на свои пальцы, сжимает их в кулаки:
– Придурок. Такой товар сгубил. Тридцать килограммов. Меня же братва замочит. (оглядывается) Даже здесь достанет...У, (хватается за живот) Есть что пожрать? А то я там (показывает наверх) изголодался совсем. Во (смотрит на свои босые ноги) мокасины из натуральной кожи бизона в сухомятку сожрал. (Снова хватается за живот) А ремень застрял напрочь. Торгаш мне один его толкнул: кожа, мол, снята на рассвете с туруханского козлодоя, живьем, ручная выделка, высококачественный товар. Теперь буду знать - не переваривается, значит. И протолкнуть нечем ...
Маркот подает ему хлеб, банку. Паха начинает жевать:
– У, хорошо пошло. Пошло поехало. (хватается за живот) Скоро я его выдерну оттуда. Ну я его... (продолжат есть и начинает осматриваться) вижу ты нехреново устроился. Дед Мазай в натуре. Я же тебя одного здесь оставил. А ты баб завел, Мичурин.
Аммоний Кобальтович:
– Позвольте, они не бабы...
Эдик:
– Не бабы.
Паха:
– И шестерок...
Соня:
– Они не шестерки...
Бизер:
– А члены команды.
Паха продолжает жевать и одновременно рассказывает:
– Ага, а я летел один, с курса, блин, сбился, заблудился, скукота. Но потом на меня какие-то придурки налетели, весело стало. Сначала думал, наша братва подвалила. Но те бы сразу замочили. А эти давай по карманам шмонать. Кинжалом махать. Концерт... Я отпихнул их и газу. И еще пип-шоу им устроил: задницу голую показал. Так они принялись из автоматов по мне палить. Движок спасательный (смотрит на лампу сквозь наложенные друг на друга пальцы рук) изрешетили напрочь, пришлось отстегнуться. Думаю, что так, что эдак - один хрен ногами вперед. А рядом оказывается такая жизнь... (икая) Запить?
Маркот:
– Пока есть.
Дает воду. Паха пьет, потом вытирает губы, смотрит на Соню и Бизер:
– Какие все-таки бабочки.
Маркот:
– Ничего.
Эдик и Аммоний Кобальтович:
– Они не бабочки.
Бизер:
– Мы члены общества, члены одной команды.
Соня, прикладывая руку к сердцу:
– Да.
Паха Маркоту:
– Обе твои?
Маркот:
– Нет.
Соня:
– Мы ничьи...
Паха:
– Значит не заняты.
Направляется к Соне. Эдик вскакивает на ноги и снова садится. Бизер:
– Гражданин, ведите себя в общественном месте соответственно...
Паха переводит взгляд на Бизер:
– А ты тоже ничего...
Бизер:
– Фу, я в определенном смысле не женщина...
Аммоний Кобальтович:
– Утверждение не лишено смысла.
Эдик:
– Согласен..
Соня:
– О чем вы?
Паха подходит к Бизер, разворачивает ее и осматривает сзади:
– А че, такие мужики мне тоже нравятся...
Маркот:
– Оставь ее...
Паха:
– А если по согласию?
Аммоний Кобальтович:
– Но она ведь не согласна...
Эдик:
– Да, еще не согласилась...
Соня:
– И никогда не согласится.
Паха тянет Бизер за переборку:
– А может согласитесь, мадам, (поглаживает ее по спине) соглашайтесь...
Бизер неожиданно прижимается к нему и тихо говорит:
– Да, я согласна.
Паха удивленно:
– Ну вот: ловкость рук и никакого насилия...
Уводит Бизер за переборку. Аммоний Кобальтович:
– Дела.
Соня:
– Что же вы, ей надо помочь
Эдик:
– Да-да, наверное.
Маркот:
– Помочь?.. Кто-то хочет участвовать в групповухе?
Соня:
– Как вам не стыдно, Маркот? Вы же журналист, такой высокий образованный человек.
Маркот:
– Мне - стыдно? Она же сказала, что согласна. Все вы такие... Чуть прижал, и я согласна, я - твоя, пользуйся на здоровье...
Соня:
– Не все.
Эдик:
– Конечно, конечно не все. Скажите Аммоний Кобальтович как наука...
Аммоний Кобальтович:
– Я не психопатолог. Но, конечно, должны быть исключения.
Соня:
– Как вам не стыдно? (смотрит на пристально глядящих на нее Аммония
Кобальтовича, Эдика, Маркота). Почему вы так смотрите на меня? Я, я вас боюсь. (Забирается в холодильник Маркота и захлопывается в нем).
Маркот:
– Ну вот уже и с законной территории выселили. Если так дальше пойдет, то и мне придется как Ларри вокруг да около скитаться "Кросс с подкруткой", "Двойной разворот"... (ложится рядом с холодильником)...
Эдик:
– Надо что-то делать.
Аммоний Кобальтович:
– Эдик, вы определенно возбуждены и озабочены. Расслабьтесь вон, как Маркот. Или подумайте о тяжелом физическом труде, об ударе электрического тока наконец...
Эдика вздрагивает:
– Подумал.
Снова вздрагивает. И еще раз. Аммоний Кобальтович, глядя на него, произносит:
– Эх, молодость-молодость...
Действие No3
Из-за переборки появляются Бизер и Паха. Бизер:
– Так на чем мы остановились, господа.
Паха:
– А, господа?
Маркот, глядя на них:
– Я отделяюсь, жертвую молодой паре спортивный отсек. Это тот, который вы уже обновили...
Аммоний Кобальтович:
– Я пока к ничьей команде не присоединяюсь...
Эдик:
– Я как Соня.
Соня высовывается из холодильника:
– А я, я теперь не знаю...
Бизер:
– Все высказались? Слушайте меня внимательно: никто ни от кого не отделяется. Наше спасение в объединении. Сейчас мы подготовим конституцию, проголосуем. Потом проведем выборы главы нашего маленького государства.