Чтение онлайн

Железный воин стал опять преследовать Гордона. Автомат двигался с ужасающей скоростью. Его страшное лицо казалось лицом дьявола. Снова и снова с невероятной скоростью и ловкостью Гордон уворачивался от него. Он опять подскочил к пульту, схватил топор и замахнулся. И подумал об ученом; мысли его были короткими и бессвязными: «Удивительная машина… если он сделал эту, то может сделать и другую».

Нанеся последний удар, бросил топор и проскользнул под рукой монстра. Однако на этот раз недостаточно ловко. Рука, сжимавшая сломанную рукоятку, нанесла ему удар плашмя, и Гордон пошатнулся. Тотчас другая рука прижала человека к металлическому корпусу.

Вокруг не было слышно никаких других звуков, кроме шарканья ног, треска сломанной мебели и слабого шипения внутри пульта управления.

Молча, яростно Гордон боролся со стальным чудовищем. Боролся, прилагая все свои силы. Но Железный воин продолжал прижимать его к себе.

Вдруг огромная рука ослабела, и Гордон упал на пол.

Он тут же вскочил и увидел, что автомат идет, спотыкаясь, по комнате, с бессильно свисающими по бокам руками. Движения замедлились… Гордон понял, что пульт управления полностью вышел из строя Очевидно, он сделал своим топором больше, чем предполагал. Железный воин остановился…

Действительно, сагиб, индусы — ужасные лжецы, особенно делийцы. Но ко мне это не относится: я родом из Марвари, штат Пенджаб, к тому же я сикх [47] . Клянусь своей саблей, я честный человек!

Произошло все так: в Мируте меня навестил мой дядя, богатый и известный ювелир… Я? Я, конечно же, воин, сагиб!

Так вот, однажды дядя пришел ко мне и сказал:

— Раджа прислал мне золото и рубин, очень крупный камень. «Сделай мне, — говорит, — кольцо необыкновенной красоты. Вот тебе сто рупий, и ты получишь намного больше еще, если кольцо мне понравится». Кольцо я сделал, но о нем, конечно же, немедленно пронюхали воры. И теперь, Дал Сингх, я боюсь идти с ним к радже. Но ты, племянник, — человек смелый, к тому же у тебя есть сабля, которой ты искусно владеешь. Прошу тебя, отнеси это кольцо радже.

Тогда я спросил дядю, хотя заранее знал, что он мне ответит:

— Но почему именно я должен это сделать?

Он и ответил:

— Я брат твоего отца и твой гость. Ты должен это сделать из уважения и преданности мне.

Я поразмышлял и согласился, но намекнул ему, что до дворца раджи далеко, а в пути меня может охватить жажда.

— Вот тебе десять рупий, — сказал он тогда. — И худо тебе придется, если не доставишь кольцо радже.

После этого он вытащил из-за пазухи кольцо, которое и впрямь оказалось необыкновенной красоты — резного золота, с огромным рубином, который сверкал так, что у меня в глазах потемнело.

— Бери его и неси во дворец раджи, — сказал он. — И не задерживайся нигде. А если ты по дороге напьешься, то ноги твоей больше не будет в моем доме!

Я пожал плечами и, спрятав кольцо в кушак, вышел. Настроение у меня было препоганое, и поэтому я совсем не удивился, когда рядом с базаром Гхулал Сингх ко мне привязался какой-то придурок. Это был Махратта из Дели, плюгавый недомерок с крысиной мордочкой.

— Эй, сикх, — хитро ухмыльнулся он. — Куда путь держишь?

— А тебе-то что за дело, о отвратительный потомок омерзительных предков? — как можно более вежливо ответил я.

— А не хотел бы ты заработать немного золотишка? — вдруг прямо спросил он. — У тебя мозги хоть и набекрень, но кое-что ты соображаешь, и у меня тоже есть…

— Прочь с дороги, делийская крыса! — гневно прервал я его. — Я воин, клянусь богиней Кали, и нахожусь на службе у самого раджи!

Честно говоря, я был в такой ярости, что чуть не выдал секрет, который доверил мне мой дядя.

— О, это уже лучше, чем пустые оскорбления, — вдруг вкрадчиво молвил Махратта. — И даже сикх знает, что на службе у раджи чаще видишь веревку, чем рупии. А я вот могу подсказать тебе, как получить много рупий.

— Ну давай, — усмехнулся я.

— Иди за мной, — многозначительно сказал он, и я действительно пошел за ним. Довольно долго мы плутали по улицам, пока не пришли в какой-то дом на берегу реки. Он уверенно вошел внутрь, а я осторожно последовал следом, сжимая рукоятку сабли.

Он повел меня по какой-то бесконечно петляющей лестнице, — я уже начал терять терпение, — как вдруг прервал свое восхождение, и мы очутились в довольно темном коридоре. Дом казался совершенно заброшенным, и подозрительность моя стала усиливаться с каждым шагом. Мы продолжали куда-то идти и наконец оказались в комнате, выходившей окнами на реку.

Тут он повернулся ко мне и, пугливо оглядываясь на дверь, торопливо заговорил:

— Ну давай теперь мне кольцо раджи. Он меня послал, чтобы встретить тебя.

— Ты меня что, за дурака считаешь? — Я просто не мог сдержать смеха.

— Ладно, давай поживее! — Он явно становился все более нервным и взбудораженным. — И не вздумай шутить.

— Ну хорошо, — усмехнулся я. — Если ты действительно его посланник, то почему ты мне плел какую-то чушь о веревках? И где тогда печать раджи?

— О веревках я говорил для того, чтобы сбить с толку воров, которые могли нас подслушивать, — продолжая оглядываться, зашептал Махратта. — А печать — ты сам понимаешь — очень опасно было приносить ее сюда.

— Ты не ответил на мой вопрос: я действительно похож на дурака? рассмеялся я ему в лицо.

— Я говорю правду! — воскликнул он. — Я доверенное лицо раджи!

— Конечно, — спокойно сказал я. — У тебя это просто на лбу написано.

— Ты дурак, если не поверишь мне! — В ярости он начал даже плеваться. — Еще раз повторяю, я доверенное лицо раджи!

Мне все это порядком надоело, и я с удовольствием бы ушел, но все же решил задать недомерку еще один вопрос:

— Раз тебя послал раджа, то у тебя, наверное, есть деньги, чтобы заплатить за кольцо?

— Вот теперь я вижу, что даже сикхи обладают кое-каким умом! обрадовался он, вытаскивая из пояса кошелек. — Вот деньги — пятьдесят рупий.

— Но раджа обещал заплатить двести рупий. — Я решительно замотал головой, но в этот момент дверь вдруг открылась, и в комнату ворвались какие-то люди. Чтобы получше сориентироваться в обстановке, для начала я прыгнул на Махратту — прямо как Шер Хан — и, покружив его в воздухе, выбросил в окно.

Но тут вновь прибывшие с озверелыми мордами бросились на меня. Одному я так ловко заехал по физиономии, что он грохнулся всем телом и затих; другого я схватил за горло и кушак и, подняв его, швырнул в остальных. Нападающие немного отступили, а я, вытащив саблю из ножен, прижался спиной к стене и стал ждать.

Несколько мгновений грабители топтались на месте, но затем один из них рванулся вперед. Он напоролся прямо на мой клинок; другой, который выскочил у него из-за плеча, получил то же самое, а третий — джат [48] со своей палкой заработал такой хороший удар по черепу, что забыл все на свете. Тут в драку влез здоровенный афганец из Аллахабада, но моя сабля была уже свободна, и он, погрустнев, упал.