Чтение онлайн

— И на чем основана такая уверенность, можно узнать?

— Госпожа Халевейн выяснила, что суккубом меня сделали всего полгода назад, а значит… Я не могла быть с другими мужчинами только из-за твоего проклятия.

— Отлично у тебя работает фантазия, — отозвался я, невозмутимо продолжая ужинать.

— Ты тогда оскорбился, что я не захотела дальше встречаться с тобой, потому что думала, что ты не был аристократом. Я задела твое мужское самолюбие…

— Мое что? — я самым неприличным образом расхохотался. — Весьма наивно так думать.

— А еще ты мне мстишь, встречаясь со всеми подряд! — воскликнула она, рассердившись. — В довесок к проклятию. Знаю, что оно есть. Ведь проклятия черного мага никто из светлых заметить не может. Только ты его видишь!

Я, прикрыв лицо ладонью, отвернулся от Маргарете, встретился взглядом с остановившейся недалеко Маделиф. Думаю, мой взгляд красноречиво вопрошал, почему я должен слушать весь это бред? Маделиф нахмурилась, но решила не вмешиваться.

Я выдохнул сквозь зубы, повернулся обратно к Маргарете.

— Хочу напомнить, что два года назад мои магические способности, мягко говоря, были сильно ограничены. Даже если теоретически допустить возможность проклятия, оно бы не сработало. Так что, Гретке, ты о себе всего-навсего слишком высокого мнения.

Маргарете кусала губы.

— Давай как тогда, — сказала она таким тоном, будто мы играли в карты и она выкинула козырь. — Кто проиграет — уступит.

Я подпер подбородок рукой. Чем дальше, тем «интереснее» становилось. Что за навязчивая идея забраться в постель к собственному супругу? «Эхо» сущности суккуба?

— Мы два года назад уже выяснили, что я стреляю лучше тебя, — произнес я. — С тех пор вряд ли что-то поменялось.

— Я вчера заметила, что на этих рыцарях есть заклятия.

— Заметила? Неужели? Ты за один день колдовать научилась?

— Немного. Поделим рыцарей на два войска, деремся до последнего «живого», — предложила Маргарете.

— На рыцарях мои детские заклинания, далекие от совершенства, — заметил я.

— Но управлять ими же можно?

Я на миг задумался. Все маги, словно позабыв о поиске магического следа, с интересом наблюдали за «семейной» драмой. Я подумал, что окажись тут ведущая шоу «Звезды Ленели», она прыгала бы от восторга, как и любая другая журналистка бульварной прессы. И следом представил соответствующие подобным медиа заголовки: «Лед в отношениях герцога и герцогини никак не растает», «Герцогиня в отчаянии от измен супруга», «Они встречаются только на официальных мероприятиях»… Хм, а последнее было бы неплохо.

— Проиграешь — вернешься во Фризию и мы будем видеться только на официальных встречах, — сказал я.

— Договорились, — Маргарете протянула мне руку.

Я сжал ее так, что она охнула и спешно выдернула руку из моей ладони.

— Эгихард, ты серьезно? — тихо произнесла Цецилия, посмотрев на меня с неодобрением. — Это же ребячество чистой воды.

— Заодно развлечемся. Или у вас есть идеи получше?

Она пожала плечами. Я закончил с ужином и поднялся из-за стола.

— Ноткер, убери со стола, да и сам стол со стульями. А то разнесем тут все в щепки.

Кобольд глянул на меня чуть ли не с ужасом, позвал остальных своих собратьев. Они все вместе куда-то телепортировали мебель.

— Выбирай, — сказал я Маргарете.

Она указала на рыцарей, которые выглядели более внушительно. Я лишь только про себя усмехнулся и вывел пальцем заклинание. Манекены в рыцарских доспехах, поделившись на две группы, разошлись в противоположные стороны. Я озвучил команды, которыми управлялись рыцари, и следом воздвиг между собой и рыцарями защитную невидимую стену. Маргарете чуть растерянно взглянула на меня. Но к ней ушли все светлые маги, и Маделиф создала аналогичную стену.

— Интересный расклад, — заметил я. — Можно вас на пару слов, госпожа Халевейн?

— После окончания боя, — Маделиф едва заметно улыбнулась.

Я поглядел с подозрением на нее, а потом на Маргарете, в глазах которой сверкало торжество, словно она уже выиграла. И я понял, что эту чертову битву однозначно подстроили.

Внутри темной волной всколыхнулась ярость, но я безэмоционально произнес:

— Я считаю до трех и мы начинаем. Раз, два, три.

С разных концов столовой, бряцая доспехами, рыцари двинулись навстречу друг другу. От их тяжелой поступи трещал и ломался паркет. Манекены шли по двое в ряд, с мечами наизготовку. Где-то в середине комнаты первые две пары сшиблись. Охнул позади меня вернувшийся Нокер: видимо уже представил, какой разгром тут будет после битвы и сколько придется чинить. Я быстро оглянулся, посмотрел мельком на Цецилию и Финбарра, стоявших за моей спиной и зажавших от грохота ладонями уши. Твари из Гретзильского болота, недовольно запищав, сквозанули прочь в спальню.

Я вернул свое внимание к битве, произнося команды для двух первых рыцарей. Но воины Маргарете напирали, безостановочно нанося удары. На моих рыцарях смяло забрала, полетели прочь наплечники, наручи и латные рукавицы, а следом — щепки от дерева.

Смотря, как Маргарете атакует, я подумал, что похоже за те два года, пока мы не виделись, она освоила еще и фехтование, в том числе историческое. Что только она ни делала, чтобы выглядеть достойнее своих братьев и чтобы на нее наконец обратил внимание ее отец, старый герцог! Но похоже и фехтование ей тоже никак не помогло. Герцог умер, а Маргарете осталась с кучей навыков, которые ей бы больше никогда в жизни не пригодились. Хотя…

В сторону отлетел железный воротник моего правого рыцаря, а следом в воздухе пронеслась деревянная голова манекена, с которой через миг отвалился шлем и, громыхая, покатился по паркету.

Ноткер издал стон, видя какие царапины появляются на полу. Да и не только царапины. Рыцари, напирая друг на друга, сдирали паркет железными башмаками — во все стороны брызнули наборные дощечки.

Моя нечаянная супруга между тем крошила рыцарей в капусту, а я сделал вид, что с трудом отбиваюсь и нахожусь на грани бешенства. Это подстегивало ее и раззадоривало еще больше. Нет, я не собирался сдаваться, решив всего лишь наблюдать за тактикой ее боя. К тому же Маргарете сперва бросила в бой лучших, а я сделал все наоборот, оставив лучших на финал.

На пол сыпались оторванные части доспехов, деревянные обрубки рук и ног, катились головы. В бою мы разбили пару витражных окон и через них стало заметать снег. Пара брошенных об стену манекенов проломили там деревянные панели и обрушили с потолка часть штукатурки и люстру — хрустальные стекляшки разлетелись по всей комнате.

В итоге из моих рыцарей остался один — деревянный болван из черного дерева, из доспехов на котором имелся только шлем, а из оружия — моргенштерн. У Маргарете остались трое рыцарей, со смятыми нагрудными пластинами, порванной кольчугой, двое остались однорукими, третий без головы, но все еще способный драться.