Чтение онлайн

Мне остаётся только одно — подпустить его к себе опрометчиво близко, как однажды подпустил меня к себе Тайлос.

Толстые пальцы обхватывают мою шею, толкают о стену, вызывая новую боль в плече, глаза горят безумием и жестокостью, губы растягивает хищный оскал. Кончик ножа упирается в грудь. Там, где сердце.

— Твоим дружкам не удастся убить всех, — шипит епископ мне в лицо. — Перед смертью ты узнаешь, что я возражу церковь. Она станет ещё могущественнее. Ещё сильнее! Потому что моими помыслами правит сам Бог. Обещаю тебе, жалкая полукровка, однажды я очищу мир от таких, как ты.

— Прямо в сердце, верно? — хрипло усмехаюсь я, лезвие моего кинжала находится в том же положении, что и его на моей груди. Его рукоять липкая от моей собственной крови, я чувствую, как моя сила увеличивается с каждой потерянной каплей. — Не ошибиться.

Епископ озадаченно опускает взгляд вниз:

— Ах, ты ж…

Договорить он не успевает — я толкаю руку вперёд, и вкладываю в удар всю свою силу. Заставляю лезвие загореться. И увеличиваю мощь огня до раскалённого состояния. Превращаю его в лаву, чтобы она растеклась у него внутри, спалив все внутренности.

Епископ захлёбывается собственной кровью, не в силах сделать вдох. Я коленом отпихиваю его от себя. Он делает ровно два шага назад, растерянно смотрит мне в лицо и наконец с шумом заваливается спиной на камни мостовой. Его грузное тело горит изнутри. Горит до тех пор, пока от него не остаются обугленные останки.

Я резко выдыхаю. Грудь пронзает острая боль. Из неё торчит нож епископа…

Впрочем, я знала, что такой вариант возможен. И я всё ещё жива.

Я выдёргиваю нож, зажимаю рану здоровой рукой и, шаркая ногами, отправляюсь искать Тайлоса. Я знаю — он мне поможет. Лишь бы был жив. Лишь бы я протянула ещё чуть-чуть.

Мне кажется, что проходят годы, когда я добираюсь до начала улицы. Голова кружится от бессилия, я часто спотыкаюсь о собственные ноги, но продолжаю упрямо идти вперёд. Сейчас, когда я теряю кровь, сила магии напротив увеличивается. Поэтому мне удаётся поддерживать себя воздухом.

Я иду на звуки сражения, которое, очевидно, ещё продолжается. Добираюсь до замковой стены. Переступаю через бездвижные тела. Столько смерти вокруг… Столько жертв… И всё из-за человека, возомнившего себя рукой Бога. Бога, которого, может быть, и не существует вовсе.

Впрочем, я не возьмусь это утверждать.

Я поднимаю глаза к небу и вижу, как дракон вновь планирует вниз, к королевской площади. Снова слышу гул раскалённого огня и крики людей. Они оглушает. И заставляют сердце сжаться от страха. Кто ещё, кроме врага, сгорит заживо, попав под удар?

Я наконец добираюсь до разрушенных ворот. Переступаю через обломки камней. И ищу глазами в мешанине тел фигуру Тайлоса. Всполохи магии и звон стали переплелись в причудливом танце сражения эльфов и людей. Я вижу принца. Вижу Витанью. Как и Сиариина с братьями. Все они сражаются, используя доступное им оружие.

И я вижу Тайлоса.

Он использует меч так же ловко, как магию. Его лицо сосредоточено, движения быстрые и чёткие. И это несмотря на ранение, полученное от огненного шара.

Я не зову его, никаким образом не даю знать о себе, но Тай словно чувствует меня. Или хорошо знает. Возможно, он видел, как я отправилась вслед за епископом, и ждал моего возвращения, иногда поглядывая в сторону ворот.

Наши глаза встречаются, я заставляю себя улыбнуться, а взгляд Тайлоса наполняет ужас. Очевидно, вид у меня не самый лучший.

И Тай напрочь отвлекается от схватки с Магом Крови.

Тот не медлит этим воспользоваться, заносит над головой меч…

Нет! Не позволю!

Я падаю на колени, перестав поддерживать себя магией, и направляю её всю в силу своего удара — посылаю мощнейшую круговую волну воздуха, центром которой становится любимый мужчина. Я выкладываюсь до последней капли магии. И волна сметает всех на своём пути. И людей, и эльфов. Они все подлетают невысоко и тут же опрокидываются оземь, как плоды фруктов с потревоженного деревца. Но меня волна не задевает. На губах появляется металлический привкус крови. В глазах темнеет.

Я из последних сил вынимаю из кармана вычурный крест и бросаю его на камни площади. Он со звоном падает на них и скрежещет, когда катится. Золото отражает в себе блики солнца.

— Ваш предводитель мёртв! — говорю я так громко, как могу. — Война окончена. Сдавайтесь или отправитесь вслед за епископом.

На последних словах я начинаю заваливаться вперёд, но рядом появляется Тайлос. Он падает на колени рядом со мной, подхватывает меня в руки, переворачивает лицом к небу. Веки меня не слушаются, становятся тяжёлыми и неподъёмными. Я почти не чувствую боли. Лишь облегчение оттого, что Тай жив.

— Ния, проклятье… Зачем? Я же просил тебя оставаться на балконе. Почему ты никогда меня не слушаешь? Почему рискуешь? Почему, не задумываясь, всё время подвергаешь себя опасности?

— А как ещё мы с тобой смогли бы встретиться?.. — шепчу я в ответ. — Как смогли бы полюбить?..

Тай прячет улыбку и предупреждает:

— Будет очень больно, Ния, потерпи, ладно?

— Тай…

— Не сейчас. Дай мне помочь тебе.

— Тай. Я не виню тебя за маму и не собираюсь вновь ненавидеть. Она не могла поступить по-другому. Прямо, как я недавно. Это был наш долг, по крови и по силе.

— Я рад, что ты это поняла. А сейчас помолчи.

— Я люблю тебя, мой беспощадный Маг Крови.

— И я тебя люблю, — касается он губами моего лба, — моя храбрая и дерзкая девочка.

А затем каждую клеточку моего тела пронзает такая нестерпимая боль, что я теряю сознание, потонув в собственном мучительном крике.

Я недовольно морщусь от резкого слепящего света сквозь веки; обоняния касается знакомый с детства аромат трав. Мама залечивала похожим снадобьем мои исцарапанные коленки и локти.

Мама…

Сердце наполняет глухая печаль, я сглатываю сухость в горле и открываю глаза. Королевские покои не изменились, но мебель теперь стоит на своих положенных местах. А у окна, где когда-то появилась мама, стоит Витанья.

Женщина поворачивает голову ко мне и тепло улыбается:

— С возвращением, Эания.

Мой голос хрипит, когда я спрашиваю:

— Всё закончилось, Витанья? Все живы? Как долго я приходила в себя? Тайлос? Он в порядке? А мои отец и брат?

Эльфийка подхватывает с подноса на столике чашку с чем-то дымящимся и направляется ко мне. Присаживается на край кровати, ласково гладит меня по щеке, а затем ждёт, когда я выпью отвар. Отставляет чашку на столик у кровати и наконец рассказывает: