Чтение онлайн

— Они идут сюда, — произношу я. — Именно поэтому слабых и беженцев они убивают. Чтобы не мешались. Не путались под ногами и не пытались перебежать на нашу сторону.

— Откуда ты это знаешь? — раздражённо уточняет Кали.

Он скрещивает руки на груди. Не доверяет мне. Но мне сейчас плевать, примет ли он мои слова за чистую монету. Из присутствующих мне будет достаточно убедить в своей правоте Бена и Лену. За ними, я знаю, потянутся многие.

— Они винят стражей в том, что произошло между ними, — отвечаю я. — Последней каплей, я полагаю, стало убийство Дэвона.

— Ты полагаешь, — вторит Кали, выделяя голосом мои же собственные слова. — Теории всегда остаются теориями, Романова, если только у тебя нет доказательств.

— Её слова имеют смысл, — на мою защиту вступает Лена. — Когда мы с Ваней проводили осмотр тела Дэвона, он рассказывал мне нечто подобное… Об авторитете покойного среди своих сородичей, о том, что тот был преступником только для нас — своей стае Дэвон приносил одну только выгоду, пусть и ставил под сомнение их честность. Амадеус никогда не одобрял его методов заработка, но, при всём к нему уважении, никогда не брезговал воспользоваться тем, что Дэвон находил на межмировом чёрном рынке.

— Из-за нас погибла одна из главных единиц стаи, — говорю я, когда Лена замолкает, чтобы перевести дыхание. — Да, отставная, но, могу поспорить, его знания были даже ценнее его практической работы. И пусть не мы его убили, но ещё мы не сделали ничего, чтобы остановить его убийцу.

— Общая трагедия переключила внимание двух враждующих сторон на третью, — кивает Лена. — Им больше не придётся искать противника друг в друге, но при этом будет на ком выпустить пар.

— Прекрасно! — вздыхает Кали. При этом одаривая меня таким взглядом, словно это я во всём виновата. — Просто… прекрасно.

— Я останусь здесь, нужно всё хорошенько проверить, — Лена прикрывает краем мешка окровавленный обрубок на месте шеи. — Позову Ваню, он хорош в генетических экспертизах.

— Фу, — Бен морщит нос.

До того, как он делает это, я и не думаю воспринимать слова Лены как-то иначе, чем то, как они звучат, но после едва сдерживаю смешок.

— Ваша помощь, которую вы и не оказали толком, больше не понадобится, — говорит Кали, обращаясь к нам.

— Вообще-то, рапорт, — напоминает Лена. — Без них он будет неполным. Но это позже, а сейчас…

— Я займусь этим, — вызывается Полина. — Набросаю черновик, а ты потом оформишь всё по правилам.

— Отлично. Спасибо.

Мы втроём покидаем морг тем же путём, как и попали сюда. Самые напряжённые секунды выпадают на время, которое мы поднимаемся в лифте. Я жалею, что здесь не играет отвлекающая музыка. Воздух от напряжения наполняется электрозарядами. Я встаю между Полиной и Беном не специально, но, кажется, к счастью, иначе беды было бы не миновать.

— Ответите на пару вопросов и можете идти отдыхать, — говорит Полина, когда мы выходим из лифта и спускаемся пешком на этаж ниже — в общую гостиную.

— От меня, скорее всего, будет мало толку, — произношу я немного виновато. — Мне так и не удалось подойти ближе, толпа мешала. А вот Бен прибыл на место вовремя и что-то должен был увидеть.

— Мне просто нужно всё, чему вы стали свидетелями, — говорит Полина. — А кто рассказывать будет — не так уж и важно.

Ложь. Мы идём друг за другом, и я замечаю, как Полина чуть поворачивает голову, чтобы быстро глянуть на Бена. Я иду последняя, поэтому никто не ловит меня на притворстве, когда я достаю из кармана телефон и включаю на нём музыку, имитируя входящий звонок.

— Алло? — говорю в глухой динамик, отвечающий мне мёртвой тишиной.

Бен с Полиной притормаживают.

— Да, конечно! Сейчас подъеду. Как ты себя чувствуешь?

Бен разглядывает меня, прищурившись. Он просто так не отпустит меня, и я решаю уйти, не прекращая разговора. Лишь машу Полине рукой и шепчу:

— Идите без меня. — Указываю на телефон, зажатый между щекой и плечом. — Это надолго!

Полина кивает. Она мне поверила. Но Бен не так прост. И я чувствую на себе его пристальный взгляд до самого конца — момента, когда исчезаю за лестничным пролётом. Быстро свожу ненастоящий разговор на нет, бросая никому в телефоне короткое «Пока». А когда сую его обратно, нахожу в кармане ещё один, мне не принадлежащий.

Зато теперь я знаю, куда мне идти.

Один — вот, сколько раз я успеваю вжать кнопку звонка на воротах, чтобы те распахнулись, а из динамика раздалось: «Наконец-то!». Я прохожу по подъездной дорожке к крыльцу и едва останавливаюсь перед самой дверью, преодолевая несколько невысоких ступенек, как та распахивается, а на пороге, в одном шёлковом халате чёрного цвета с вычурным розовым кружевом по подолу, предстаёт Лия.

— О! — удивлённо выдыхает она, видя меня. — Я думала, ты разносчик пиццы. Заказала её полтора часа как, всё не могут привезти.

— Извини, — я пожимаю плечами. — Но это всего лишь я. И без пиццы.

— По крайней мере, не предки, — Лия делает шаг в сторону, тем самым приглашая меня войти. — Тебе я тоже рада.

Я сразу замечаю изменения, произошедшее в доме Лии. Все окна зашторены, как и стеклянная дверь, ведущая на задний дворик. От кромешной темноты спасают только свечи, расставленные на столике в коридоре, барной стойке в кухне и крышке рояля.

— Мрачновато, да? — спрашивает Лия, ловя мой изучающий взгляд. — Те парни, которых ко мне приставили на двое суток, сказали, что это пойдёт в качестве маскировки. Мол, никого дома нет. — Лия фыркает, смахивая волосы с плеча. — Что за глупость? Словно я прячусь от грудничков или попугаев, которые не отличают день от ночи.

Я оставляю сапоги и куртку в коридоре, и Лия провожает меня в кухню.

— Чай, кофе? Если вскрыть родительскую комнату, можно найти и что покрепче.

— Мне исполнится восемнадцать только через полторы недели, — сообщаю я. — Так что пока остановимся на кофе.

— Точно! — Лия щёлкает пальцами. Вместе с этим включаются маленькие встроенные в кухонный гарнитур белые лампочки. — Ты же родилась в первый день зимы. Помню, как в девятом классе ты целый день ходила по школе с огромным букетом цветов, который подарили тебе Ваня и Даня.

Я улыбаюсь воспоминаниям, которых не существует в моей голове. Дело в том, что они слишком похожи на правду; я даже могу представить, что это были за цветы — наверняка хризантемы. Даня обожает хризантемы.

Лия включает кофемашину, и кухня наполняется её тихим жужжанием.

— Я заказала пиццу, потому что из еды в доме только пельмени, — Лия морщит нос. — Поэтому к кофе мне предложить нечего. Последние сладости доел тот, который крупнее и носит бейсболку чуть на бок.

— Бе…ндрей, — я откашливаюсь. — Андрей его зовут.