Чтение онлайн

Повинуясь аккуратности чужих пальцев, подхватившись мою ладонь, я в крайне растерянном состоянии покинула Виндэм-холл, устраиваясь, как по случайности, в двухместной карете. Прямо рядышком с Дрэго, который вновь начал привычно для себя улыбаться, сосредоточенно глядя на дорогу.

Даже прыгая через изломы, я не могла перестать думать о его словах, то и дело ловя себя на задумчивых взглядах, устремленных в вампира.

Я все понимала. И все чувствовала уже давно.

Листет всегда был рядом — даже больше, чем того требовалось, и как-то незаметно стал неизменной частью семьи, деля с нами ужины и обсуждая ближайшие планы. Он даже помогал мне с выбором платья и милостиво выполнял любые, даже самые глупые просьбы.

Он всегда был рядом, так или иначе опекая своим присутствием.

— Лис…

— Ты не отстанешь, верно? — усмехнулся он, резко тормозя коней.

Мне оставалось только интенсивно закивать, подтверждая его слова.

— И что ты хочешь услышать, женщина моей души?

— Как… почему ты решил, что я…

— Рори, я одиночка, понимаешь? У меня не было братьев или сестер, как и шансов создать семью, не говоря уже о том, чтобы найти свою единственную. Я знаю свою роль и приемлю ее такой, какая она есть. Но…

— Но?..

— Но я хочу видеть, как ты улыбаешься, хочу бежать к тебе всякий раз, когда ты зовешь. Хочу слушать, как ты читаешь сказки вслух, и наблюдать, как странно ты ешь спаржу, разрезая ее на малюсенькие кусочки. Если это не предназначение, то что? Любовь? Я и сам растерян не меньше, чем ты, даже Мариус сказал…

— Ты говорил об этом с Мариусом? — возмутилась я. — Издеваешься?

— Ничуть. Уж лучше он оторвал бы мне голову, чем распотрошили бы братья Энеску. Они изощреннее, а Мариус импульсивный, смерть была бы быстрой. Но неважно. Рори, я не знаю, то ли это чувство, что они испытывают к тебе, но я уверен на сотню процентов — мое не меньше. А теперь я скажу кое-что один-единственный раз, и больше никогда не повторю этого вновь — даже если ты позволишь любить себя лишь издалека, я никогда не уйду. Я верен, и в этом моя сущность. Можешь даже не обращать на меня внимания, но знай: я уже все решил.

Огорошив меня этими словами, юноша несколько секунду изучал мое лицо. Громко и измученно вздохнув, прошептал:

— Отомри, звездочка.

Короткий, почти неощутимый поцелуй обжег губы, распахивая мои глаза и заставляя возмущенно приоткрыть рот для гневной тирады.

— А ну прекрати! Что за привычка у вас, де Романус, — целовать не спрашивая?!

Листет громко рассмеялся, вновь щелкая поводьями, и устремил карету в последний излом, явно наслаждаясь моей растерянностью и негодованием.

И, как назло, это оказался последний излом перед тем, как карета выкатилась на чудесную полянку между высоких зеленых кленов, на которой нас уже ждали братья Энеску и Мариус.

Адриан и Амадей сегодня предпочли классически-строгие наряды цвета вороного крыла, украсив лацканы сюртуков родовыми фибулами. Князь решил себе не изменять, облачившись в серый костюм с серебристой вышивкой на плаще, пристегнутому к эполетам на плечах.

Красивые до влажной пленки в глазах.

От одного вида на них сердечко сжалось от сладкого трепета и желания как можно скорее преодолеть расстояние между нами, погружаясь в кокон их невероятной ауры.

Позволив Листету поддержать меня за локоть, я медленно шла вперед, всем телом чувствуя устремленные на меня взгляды и прислушиваясь к тихому, словно случайному разговору.

— Думаешь, сказал?..

— Уверен. Ты только посмотри на него.

— А звездочка не теряется.

— Посмотри на ее румянец.

— Господа! Вот и ваша невеста, — объявил Лис, как только мы оказались рядом.

— Ты прекрасна.

Мариус протянул мне ладонь. Риан язвительно выгнул бровь, сверля Лиса взглядом, а Дей многозначительно фыркнул, озвучивая свое недовольство.

— Не сдержался, значит, — прочистив горло, невзначай бросил Адриан.

— Будто бы вы сдержались, если бы Рори попросила вас помочь справиться со свадебным платьем, — не остался в долгу вампир, скрещивая руки на груди. — И, между прочим, — я очень старался, но звездочка сногсшибательна даже для моей стойкой натуры.

— Секундочку, — мстительно прищурившись, я оглядела пронзительным взглядом лица мужчин. — Позвольте узнать — это заговор?

— Брось, Рори, — Риан поймал пальцы моей второй руки и подтянул поближе. — Скорее жалость. Смотреть на его страдания оказалось куда более раздражающим, чем на вечно ухмыляющуюся физиономию.

— Так вы знали!..

— Еще бы, — не растерялся Амадей. — Удивительно, что ты игнорировала его «дружеские» посылы. Кремень, любимая. Ты настоящая неприступная крепость.

— Мариус!..

— Я тоже крайне удивлен твой несообразительностью, — парировал вампир, подводя меня как можно ближе к братьям. — И терпением Лиса я поражен не меньше.

— Просто удивительно, как вы не выносили друг друга и как оказались едины в благодушии к Листету!

— Любовь к тебе объединяет, — парировал Дей, накрывая наши сведенные в центр ладони. — Но давай уже скорее покончим с твоей мнимой свободой и поедем домой.

Припомнив мне высказывание о том, что без свадьбы наши узы едва ли можно назвать законными, на мой взгляд, вампир позволил брату и князю закончить башенку из ладоней и глубоко вздохнул.

— Помнишь слова? — спросил Мариус. Я молча кивнула, слушая, как одновременно заговорили мужчины, сливаясь голосами, которые ветер, гуляющий среди крон, поднимал в воздух и разносил по всей земле вампиров.

— Promit sa o iubesc, sa o pastrez si sa o protejez. Promit sa traiesc o mie de zile si sa dorm intr-o singura noapte (*рум.
– Обещаю любить, хранить и защищать. Обещаю прожить тысячу дней и уснуть в одну ночь...)…

Адриан давно перевел мне слова их клятвы, и слушая, каким тоном, с какими взглядами они их произносят, вновь ощутила пощипывания в носу, с трудом проглатывая подступающий ком в горле.

Произнося свою клятву, я то и дело всхлипывала, чувствуя, как дрожат губы.

— …Promit sa traiesc o mie de zile si sa dorm intr-o singura noapte (*рум.
– Обещаю прожить тысячу дней и уснуть в одну ночь...)…

Между прижатых друг к другу ладоней пронеслась искра, ударив каждого из нас по пальцам и растворяясь в линиях на руке.

Лощина услышала, Лощина запомнила и приняла новую странную семью Романус-Энеску в своей обители.

— Вот и все, Рори, теперь ты не можешь говорить, что ты нам не жена, — осторожно улыбнувшись, произнес Амадей.

— Поддерживаю, — поспешил добавить Мариус, Адриан же просто кивнул, соглашаясь с мужской половиной нашей семьи.

— Уговорили, — улыбнулась я, негромко рассмеявшись.

— Теперь домой?

— Домой.

Эпилог

Очень много лет спустя…