Чтение онлайн

— Билетов не было! — дыхнула она перегаром. — Пойдем, нам в конец терминала.

— А это что, летает? — саркастически спросила Ника, увидев серебристую «вонючку» с пропеллерами.

Хорошо, что напыщенный капитан воздушного суденышка не знал русского языка или знал, да не подал виду…

«Почему раньше не улетели? Почему раньше не улетели? — ворчала про себя Рашель, а именно так ее звали на маленькой родине под Одессой. — Потому что если бы купили билеты на боинг, мне бы никакого навара не осталось! Или вы думаете, я с вами буду нянькаться за одну зарплату? На чартере долетите. Не баре!»

Она плюхнулась в кресло позади своих подопечных и тут же захрапела.

Сквозь ее храп Ника едва улавливала шум мотора, который был на удивление слабым по сравнению с турбинами авиалайнера. Она сидела у окна и устало смотрела на отблески ночных габаритных огней в лопастях пропеллера. Ника никогда не летала на винтовых самолетах и была немало удивлена, что их здесь используют.

Плавное покачивание убаюкивало. В Питере уже светало, и организм уже не просил, а требовал сна. Она задремала на плече у Дениса. Ей снилось, что черная энергия, напавшая на нее над Атлантикой, снова атакует ее. Ника проснулась в холодном поту.

«Нет, это был не сон!»

Вокруг действительно то появлялись, то исчезали те самые сгустки, в которых она чуть не захлебнулась над океаном. Чем дольше они летели, тем чаще встречались завихрения чужеродной энергии. Сквозь подступающий страх Ника услышала объявление пилота о скором прибытии в Интернациональный Балтимор-Вашингтонский аэропорт. И тут ее будто током ударило. Она вспомнила тревогу Матрены:

— Тяжело тебе будет, девонька! Уж больно в неудачном месте тебе выбрали больницу!

— Что же в нем плохого? — удивилась тогда Ника.

— Уж больно там много выходцев с черного континента. И упаси тебя бог от поездок в Вашингтон.

— А как же столичные достопримечательности?

— Их главная достопримечательность в том, что негров там больше, чем белых! Шанс столкнуться с черными сестрами слишком велик!

— Что же делать?!

— На первых порах я тебе помогу! — Старуха зарылась под подушки и извлекла оттуда старинную книгу в черном переплете.

Края обложки были прошиты тонкими полосками мягкой кожи ягненка. Матрена выплела одну из них и трясущимися руками завязала на левом запястье девушки.

— Поначалу этот амулет защитит тебя! Но насколько его хватит, сказать не могу.

Ника знала, как дорога эта книга знахарке. Книга была семейной реликвией. Ее передавали из поколения в поколение, и именно из-за нее убили мать Матрены.

— Я никогда не рассказывала тебе, как эта книга вернулась ко мне, — поймав благоговейный взгляд девушки, сказала Матрена. — Присядем на дорожку!

Опять, как много лет назад, Ника завороженно слушала свою наставницу. А та рассказывала про деревенского бобыля, жизнь которого не задалась, и он потихоньку спивался. По осени, когда дачные собутыльники разъезжались, ему становилось совсем невмоготу. Однако той осенью ему повезло: по деревням ездил антиквар, которому бобыль сплавил свой семейный иконостас. На вырученные деньги он гулял аж до самых заморозков. А как деньги кончились, скрутило его не по-детски. Начал он шарить по пустым дачам, да и нашел бутылку спиртовой морилки. Опохмелиться-то он опохмелился, а на следующее утро чуть не спятил.

Проснувшись в нетопленном доме, он синими от холода руками затопил печь. Огонь согрел руки, но синева не прошла. Из засиженного мухами зеркала на него смотрело синюшное лицо висельника. Поход в туалет окончательно добил его: в синих пальцах грустно висел сморщенный баклажанчик! В отчаянии он схватил топор и понесся на выселки.

— Я тебе на всю зиму дров наколю, — вбежал он к дряхлой знахарке, — только изгони из меня дьявола!

— Никак морилки опился! — глянув на него, улыбнулась бабуля. — Присядь, милок. Найдем мы на твоего дьявола управу!

Старушка достала старинную книгу и начала ее листать, что-то пришептывая себе под нос. И тут в синего дровокола вселился дьявол посерьезнее.

«Будут еще иконы, звони!» — вспомнил он напутствие антиквара.

Мужик не сводил глаз со старинной книги: «Куда же я засунул клочок бумаги с телефоном маклака?»

«Место тихое, от деревни далече, — нашептывал ему бес. — Дело верное!»

Недолго думая, бобыль тюкнул бабулю обушком по голове, да и был таков. На улице сорвал пленку со старого парника и завернул в нее книгу. Спрятал сокровище под ватник и побежал в лес.

«Хоть уже и темно, но в поселок лучше вернуться с другой стороны, — рассудил убийца. — Да и топор надо закинуть куда подальше!»

Среди деревьев он не сразу заметил хлопья первого снега. Природа не простила душегуба. В тот год ранний снег занес все пути-дороги. Знакомые тропинки спрятались под пуховым одеялом, а холодный лес стегал его голыми ветвями.

«Это ничего! Пойду на шум дороги!»

Но дорога молчала, и он продолжал плутать по белому лесу. Когда сил совсем не осталось, вдали замерцал слабый огонек. Воспрянув духом, душегуб из последних сил побежал на свет. Сердце его готово было выпрыгнуть из груди, в ушах били медные колокола, а поджилки тряслись, как у паралитика.

Он уже еле дышал, когда уперся в частокол забора. Из глубины двора манило одинокое окошко. Оставив под забором книгу, бобыль побрел вдоль ограды в поисках калитки. Ноги уже не слушались. Он на что-то наступил и неуклюже завалился на бок. Только теперь мужик разглядел прислоненную к забору косу, лезвие которой было припорошено снегом. Душегуб в ужасе поднял ногу и понял, что не чувствует пальцев вовсе не из-за холода. В свете окна отчетливо виднелась нога без половины ступни…

— Прямо под нашим забором его и нашли, а книгу уже я нашла, когда приехала, — закончила Матрена страшную историю. — А в книге этой и сейчас есть капельки крови моей матушки. Как раз на странице со сборами от отравлений, — еле слышно добавила она.

Обе они прослезились.

— Так что береги эту тесемочку! — уже бодрым голосом напутствовала старуха вступающую на тропу войны викканскую сестру.

— Как же я забыла про амулет?! — Ника залезла под рукав полушубка и нащупала кожаную полоску.

Она высвободила ее и спустила на запястье.

«Не может же такая маленькая тесемочка нести столько белой энергии?! — пыталась она объяснить свое недавнее спасение. — Неужели Матрена так зарядила ее?»

Глядя на амулет, Ника снова вспомнила слова знахарки о Вашингтоне.

«Так вот почему черной энергии становится больше. Ничего удивительного — мы приближаемся к вражьему логову!»

Ее страхи тут же улеглись. Чужеродные потоки уже не пугали.

«У меня есть амулет!» — она подняла руку и показала невидимым врагам.

Успокоившись, она уже не пряталась от незнакомой энергии, даже наоборот! Она попыталась поглубже ощутить ее природу.

«А не такая уж эта энергия и незнакомая! Где-то я уже сталкивалась с чем-то похожим!» — думала она, беспокойно ерзая в кресле.