Чтение онлайн

Свернув под Сортировочный мост, Марк заехал на неприметную заправку. Четыре колонки, на двух из которых были оторваны пистолеты, горящие лампами дневного света окна кафешки «24 часа». Марк остановился возле павильона. Внутри было чисто и даже уютно, если бы не яркий свет, заставивший Марка на несколько мгновений зажмуриться. Пахло цитрусовым освежителем воздуха.

Служащий за стойкой из белого пластика был похож на недавно отсидевшего – пристальный взгляд в глаза, короткий ежик рано начавших седеть волос, синие наколки воровских перстней на пальцах, до черноты заваренный чай в кружке. Где-то под стойкой – ствол, это уж наверняка. Вопрос в бесцветных глазах сменился узнаванием. Легкий кивок головы. Марк махнул рукой и подошел к сидящему за одним из трех столиков человеку.

Барыга, у которого Аля время от времени брала фрибейс [14] . Называла его профессиональным медикаментом. Употребляла нечасто, но иногда устраивала себе выходные, забивая все поры тела наркотиками. Марк время от времени присоединялся к ней – просто для того, чтобы ей меньше досталось. Прозвище барыги Дарджилинг было странным, учитывая то, что дилер пил только кофе. Курчавые волосы, загорелое лицо, «тоннель» в правом ухе, военного покроя куртка и штаны карго с, кажется, миллионом карманов – чем-то Дарджилинг походил на растамана. Увидев Марка, он отложил поюзанный планшетник с затыканным жирными пальцами экраном, отодвинул тарелку с недоеденным сэндвичем с красной рыбой. След от зубов на бутерброде был вытянутым как укус волка.

– Здорово, мужик! – Дарджилинг протянул руку с серебряными перстнями на пальцах. – Как сам? Решили с Алькой крэком затариться?

– Нет, – Марк присел напротив, думая о том, что всего десять месяцев назад он бы приложил Дарджилинга лицом об стол и передал коллегам из Госнаркоконтроля.

Барыга, наверное, прочитал мысли Марка или что-то вроде этого, потому что задергался, заерзал. За спиной у Новопашина бывший зек за стойкой сделал какое-то движение. Марк не стал оглядываться.

– Не нервничай, все в порядке, – сказал он. – Хочу взять грамм дорогого [15] .

Дарджилинг подал знак тому, что был за стойкой, громко сказал:

– Сема, приготовь кофейку, – и Марку. – Решил крапаля оторваться по-взрослому? Сейчас все будет, мужик. Товар – высший сорт. Недавно доставили…

Зная, чего они стоят, Марк пропустил мимо ушей обычные прихваты драгдилера, вещавшего, что его орех – стопроцентно колумбийский, ну так, в Амстере немного разбодяжили спидами [16] , но там сделали это не от жадности, а чтобы кайф был лучше и дольше, сам увидишь, мэн. Говорят, сама нидерландская королева, вроде как любительница снифа [17] , долбит такой, чуешь?

Марк не стал говорить Дарджилингу, что Беатрикс, Королеве Нидерландов, больше семидесяти лет и что вряд ли она торчит на кокаине, который мутят в каком-нибудь подвале в Питере. Обидится. Он просто заплатил ему, подошел к стойке и получил от бывшего зека пакетик с порошком.

– Эй, как у Альки дела? – спросил у спины Марка барыга. – Нарыл тут один ролик. С ней и с еще одной девахой, чуть руки себе не стер, пока смотрел. Сайт «Firstanalquests», пять долларов пришлось заплатить. Смотрел и думал – неужели, действительно, фёст? – Дарджилинг рассмеялся неожиданным визгливым смехом. – Ты-то еще не начал сниматься в их кино? А что – и удовольствие, и деньги в семейный бюджет. Привет ей передавай! Пусть заезжает.

В машине Марк включил свет, высыпал «снег» на опускающийся подлокотник, попавшейся под руку пластиковой дисконтной картой заправок «ПТК» раздробил комочки, сделал дорожку и через свернутую сторублевую купюру втянул в нос порошок. Слизистую обожгло так, словно в этом и заключался весь интерес наркобаронов и пушеров, через которых эта порция кокаина дошла до Марка.

– Откуда он здесь?

– Кто-то забыл, наверное, слушай.

– Забыл? – Жека посмотрел на Эргаша. – Как забывают зонты в транспорте, ты про это, что ли?

– Э, слушай, Жека-джан. Что зонты? Ну, есть у тебя зонт, а тут солнце светит – и что толку в твоем зонте? Только мешается под рукой. А дождь полился, ну, пришел домой, голову тряпкой вытер, если тюбетейку забыл – вот и все, да? Зачем, вообще, тебе зонт? Он же на поле как хлопок не растет, да? Надо покупать, деньги тратить. А ты в следующий раз будь хитрым как Алдар Куса и на эти деньги лучше пашмак купи, скушай и меня вспомни – ай, Эргаш-джан, научил, молодец! А вот я однажды забыл сдачу в магазине, тридцать рублей. Так обидно было – вах! – как если бы ты десять зонтов забыл, да?

– Он точно мертвый? Вы проверяли? – перебил россказни молодого узбека Жека.

– Э, мертвый. Он же не Жидкий-Терминатор-джан, да? Дырка в нем, большая. И холодный такой – как холодильник на Северном полюсе, слушай. А еще молчит. Вот музыку ты слушал, «Radiohead» например. Знаешь ведь, да? Том Йорк-джан поет еще там. Вот слушал и выключил, надоело, слушай. Молчит музыка, да? Так вот он молчит как эта музыка, слушай.

Жека вздохнул.

– Ладно, Эргаш, где Темир?

– Сейчас будет, я ему уже звонил… Пойду чайнику горячо сделаю, да? Темир сказал, что ты кофе не успел попить, да?

Жека вспомнил, как он что-то сумбурно говорил Насте, придумывая срочную причину для своего бегства, и какой удивленный у нее был взгляд.

– Я позвоню завтра, – сказал он на прощанье.

Настя не ответила, только махнула рукой и уклонилась от поцелуя в щечку.

По шаткой металлической лестнице Эргаш поднялся на второй этаж и скрылся за дверью. Жека остался возле угнанного вечером «лексуса», в открытом багажнике которого лежал труп. Это был – именно, что был – невысокий кавказец лет сорока пяти или старше, свернувшийся в багажнике с прижатыми к груди коленями. Его смуглое лицо с щетиной на подбородке было видно только наполовину, но по умиротворенному выражению и по позе эмбриона, в которой он лежал, у Жеки создалось ощущение, что кавказцу хорошо и лучше бы его не трогали вообще.

– Проблема, Жека-джан, – сказал неслышно подошедший со спины (Жека вздрогнул и обернулся) Темир. – Не пугайся, дорогой… Надо от него избавиться.

– Как избавиться? – спросил Жека.

– Я не знаю – как, – пожал плечами Темир. – Выкинуть на свалку, закопать, скормить собакам. Знаешь, какие тут псы–социопаты бродят, мигом съедят… В общем, как сам захочешь.

Как сам захочешь, подумал Жека. Полчаса назад он, сытый и довольный жизнью как объевшийся сметаной кот, собирался идти в гости к красивой девушке, пить кофе на ночь глядя – чтобы под этим ни подразумевалось. Теперь он слушал варианты избавления от тела убитого человека, которые на-гора выдавал ему бывший инженер-электрик муйнакского консервного завода (это там, где пестицидные бури над высохшим дном Арала и ржавеющие в песках корабли) в грязном кирпичном, провонявшем пловом и соляркой, тускло освещенном боксе.

– Амиго, а как то, что ты советуешь скормить труп собакам, соотносится с твоей верой? – съязвил Жека.

– Ну, не я буду это делать, – развел руками Темир. – Аллах милостив.

– Темир-ака, но вы же мне поможете? – заволновался Жека.

Еще чего не хватало – в одиночку волохаться с мертвым телом. Как он, вообще, прилип на это? Труп в багажнике «лексуса» – как он там оказался? И почему это его проблемы? Он, что ли его туда положил? Но до Аббаса не дозвониться, его номер не отвечает.