Чтение онлайн

– Конечно. – Сирилла положила ему руку на плечо. – Мы же родом из Страны Мечты. Мы же воины! Для нас последней инстанцией всегда было и будет поле битвы. Если Невский убедительно одержит верх и его победу подтвердит Хранитель, то результаты голосования будут пересмотрены.

Фелан задумчиво произнес:

– В конце концов, сила всегда права.

– Этот обычай – один из древнейших. Он живет в душе нашего народа. – Сирилла глянула вдаль. – Понимаешь, Фелан, для нас сражение не заканчивается, когда мы выходим из кабины боевого робота. Мы всегда готовы к схватке. Тот, кто дает себе поблажку, – погибает.

Ставка Высшего круга Ком-Стара

Остров Хилтон-Хид, Северная Америка

Терра

5 марта 3051 года

Переступив через порог, регент по военным вопросам Ком-Стара Анастасиус Фохт склонился в глубоком поклоне. Это были личные апартаменты примаса ордена Миндо Уотерли. Она стояла посреди гостиной и выжидательно смотрела на гостя. Тот в ее присутствии явно чувствовал себя не в своей тарелке, с трудом сдерживал дрожь. Прежде чем начать, он позволил себе прочистить горло.

– Я тотчас отправился сюда... – как-то неловко сказал он и поспешно добавил: – Сразу, как получил ваш приказ, я немедленно отправился сюда.

Верховная руководительница Ком-Стара не ответила. Фохт уже было собрался попросить прощения за то, что не успел переодеться – так и явился пред светлые очи в своем рабочем армейском комбинезоне, однако Уотерли опередила его. Она приложила палец к губам, тем самым показывая, что необходимо оберегать тишину, скопившуюся в комнате.

Она стояла вполоборота к Фохту – наблюдала за тем, что происходит во дворе. Видно было, что она с трудом сдерживает гнев. Наконец она тихо и на удивление спокойно выговорила:

– Мне не нравится, что вы избегаете вызова по радио. Страдай я подозрительностью, я бы решила, что вам не по душе мои вопросы. Фохт, вы что, решили держаться от меня подальше? Так, что ли?..

Одета верховная руководительница была в обыкновенный полувоенный комбинезон – привычная форма служителей Ком-Стара, однако грива ее седых волос была куда длиннее, чем это полагалось по уставу ордена.

Анастасиус невольно зажмурил свой единственный глаз и отчаянно затряс головой.

– У меня, настоятельница, и в мыслях ничего подобного не было. Просто в тот момент мы проводили учебное занятие, которое требовало соблюдения полного радиомолчания. Это один из этапов подготовки в будущей кампании против кланов. Каждая мелочь должна быть отработана до автоматизма.

– Глупости! Наши войска никогда не будут сражаться с кланами.

– Простите, госпожа примас. Я полагаю, что выражение «наши» относится ко всем войскам Внутренней Сферы? Если нет, то я не могу себе представить, что в ближайшем будущем мы сможем договориться с кланами.

Ее улыбка стала подобна усмешке учителя, выслушивающего оправдания глупого мальчишки.

– Мы никогда не вступим в бой с кланами, по крайней мере, до той поры, пока существует хотя бы малейшая возможность их использовать. Они являются молотом, с помощью которого на наковальне истории будет выкован новый человек. – Она задумалась. – А что? Наковальня... Неплохое сравнение. Да, мы станем наковальней. В результате наших совместных усилий человек станет тем, кем он должен быть.

– Госпожа примас, я преклоняюсь перед глубочайшей истиной, которая заключена в ваших словах. Клянусь именем Блейка!.. Но разве это отрицает необходимость всемерно повышать уровень боевой подготовки? Нельзя расслабляться ни на минуту! Эти учения были призваны проверить кое-какие новые технические решения. Когда вновь начнется война, мы будем иметь небольшое преимущество в средствах связи. У нас будет что показать нашим союзникам. Теперь у меня есть основания сомневаться в том, что кланы одержат легкую победу. Особенно после того, как войска Дэвиона разгромили их при Туаткроссе, а Курита нанес им поражение возле Уолкотта.

Миндо кивнула и повернулась к окну. Коснулась какой-то кнопки на панели управления, которая была встроена в стену, – медленно начала опускаться штора. Как только дневной свет угас, в помещении вспыхнуло искусственное освещение. Яркие отблески легли на полированные дубовые панели, которыми были отделаны стены, и на зеркально отсвечивающие плиты на полу.

– Я одобряю, регент, ваши усилия по поддержанию боевой подготовки наших войск. Да, эта задача – одна из главнейших. Мы должны сохранить нашу армию в целости и сохранности до того момента, когда кланы замахнутся на что-то большее, чем им дозволено. Однако, мне кажется, вы несколько недооцениваете необходимость ослабления тех, на кого кланы собираются направить свой главный удар.

Фохт позволил себе с некоторым недоумением глянуть на примаса Ком-Стара. Губы его при этом сжались – он помрачнел.

– В настоящее время, повелительница, кланы имеют возможность захватить любой мир, какой они пожелают. Им не надо в этом помогать. Погиб ильХан, и они приостановили наступление. Их войска – их главные ударные части – накапливаются где-то за границей Периферии. Дело в том, как я понял, что многие воины из элитных частей имеют родовые имена – то есть право их носить – и вследствие этого обязаны принять участие в выборах нового ильХана. Выборы будут проведены в два этапа: сначала выборы новых Ханов родов или подтверждение мандатов нынешних. Затем Ханы изберут нового предводителя. Это достаточно долгая история... Тем не менее те части, которые оставлены в пределах Внутренней Сферы, тоже обладают большим наступательным потенциалом и вполне способны проводить местные операции с целью увеличения владений, принадлежащих кланам.

Миндо указала на экран в углу комнаты:

– Это все мне известно, регент. Я читала ваши доклады. Они всегда толковы, информативны, дают возможность оценить перспективу. Хочу заметить, что мы с вами расходимся только в оценке направления их новых ударов.

– Я не совсем понимаю вас, госпожа примас. – Фохту было нелегко выговорить эти слова. – В этом вопросе, по моему мнению, не может быть расхождений. Удары будут нанесены по тем мирам, которые обладают богатыми ресурсами, где развита промышленность, где невелико население. Там и следует разместить гарнизоны. Мы сами так поступаем. Подобные звездные системы всегда первыми подвергаются удару.

– С военной точки зрения может быть и так. – Настоятельница пристально посмотрела на регента. Ее голубые глаза были холодны как лед. – У нас же, у Ком-Стара, совсем другие интересы. Вдумайтесь, кланы – боевая раса. Их цель – война. Захватить территорию и миры – это в их власти. Но как управлять ими? Кто будет осуществлять посредническую миссию между захватчиками и покоренным населением? Кто должен привести народы к покорности? Так что ваши доводы, Фохт, для Ком-Стара мало что значат. Здесь открывается поле для более широкой и масштабной игры. Именно мы должны стать защитниками побежденных. Как следствие этого постулата – мы должны любыми путями направить кланы на планеты с наибольшим количеством населения. Тем самым в миру станет куда больше желающих внимать Заповедям Блейка.

Регент по военным вопросам задумался, пожевал губами, позволил себе сложить руки за спиной. Наконец осмелился подать голос:

– Настоятельница, я восхищен вашим страстным желанием нести святое слово как можно большему числу людей, особенно на завоеванных территориях. Однако, оправдывая злодеяния кланов, прощая захватчикам все ужасы войны, не увеличиваем ли мы тем самым страдания невинных жертв? Не вносим ли избыток горя и бедствий в наш не такой уж безмятежный и сладкий век?

– Ты видишь здесь какое-то противоречие? – Примас Ком-Стара удивленно посмотрела на Фохта. Глаза ее широко открылись. – Да будет тебе известно, что кровопускание является лучшим средством, способным вывести людей из состояния благодушной эйфории, сентиментальных иллюзий, призрачных надежд на светлое будущее. Чем больше жертв, тем больше возмущения против захватчиков, тем важнее наша роль как спасителей и посредников между униженными, оскорбленными и их поработителями. О-о, это великий шанс, история нам не простит, если мы упустим его. Пойми, если кланы предстанут в образе абсолютного зла, то мы станем служителями абсолютного добра. По контрасту. Чаяния людей станут нашими чаяниями. И наоборот... Понимаешь? Наша вера станет верой всех людей. В подобных условиях куда легче просвещать темные человеческие массы.