Кровь на опавшей листве
Шрифт:
— Это еще кто? — Спросил толстый у качка, тот лишь пожал плечами, после чего мужик обратился ко мне. — Эй! Вась! Ты кто? — Он вытащил у меня изо рта полотенце, давая ответить.
— Сосед. — Еле выдавил я из себя и сплюнул кровь, плевок получился так себе, кровь, перемешанная со слюной, повисла у меня на подбородке. — Смотрю, дверь открыта, решил проверить…
— Проверил? — Ехидно поинтересовался толстый. — Вот она, цена любознательности. — И он, решив, что дальше со мной разговаривать бессмысленно снова засунул мне в рот полотенце, после чего обернулся к Ваське. — Ну а ты, красавица, не решилась? Так и продолжаешь дурочку из себя корчить?
— Да я же Вам говорю. — Срываясь на рыдание выдавила из себя блондинка. — Я не Марья, я Василиса!
— А ты упрямая! — Хохотнул толстый. — Вась. — Он обратился к напарнику. — Принеси полотенце. Похоже эту пташку надо простимулировать к беседе.
Его напарник тенью выскользнул из комнаты, а толстяк вальяжно подошел к Ваське и распахнул ей халат, обнажая крупную идеальную грудь. Довольно поцокал языком, потом облапал ее и присев на корточки, так, чтобы его глаза были на уровне глаз Васьки, елейно произнес.
— Жаль будет портить такую красоту. — Он провел пальцами по ее животу, от чего Васька дернулась. — Знаешь, что сейчас будет? Мои друг принесет полотенце, я заткну тебе рот, а потом, разогрею на плитке ножик и начну тебя прижигать и резать, первыми отрежу соски, они у тебя чудо как хороши. Эй сосед. — Он обернулся ко мне. — Ты же со мной согласен? Хороша девка? Жалко такую будет портить?
Я не мог ему ответить и все, что мне оставалось, это сверлить толстяка ненавидящим взглядом.
— Ну так вот! — Продолжил он. — Резать я тебя буду не долго, минут десять, но будь уверена, этого достаточно, и когда я вытащу кляп, то ты мне расскажешь все, что нужно. Поняла? А Маш? — Он почти нежно погладил Ваську по лицу. — Или мы можем всего этого не делать, а ты просто отдашь нам ключ, и мы поедем. Как ты насчет такого варианта?
— Да я же говорю, — Васька повысила голос, за что тут же получила оплеуху и снова снизила его почти до шепота. — Я не Марья. У меня нет ключа, да спросите хоть вот, у него. — Она кивнула на меня.
Тем временем вернулся здоровяк, принеся из ванной маленькое махровое полотенце
— Эх, Марья, Марья. — Толстый принял из рук напарника ткань, но продолжал тянуть время, давая Ваське возможность принять решение и обойтись без пыток, но та лишь беззвучно рыдала. В итоге, подождав с минуту толстяк вздохнул, встал и схватив девушку за лицо принялся запихивать ей в рот полотенце. — Вот ведь не хотел я… — Показательно вздохнул мучитель.
— Сиськи клевые. — Вмешался его напарник. — Петь, а может мы ее того? Ну это…
— Вася! — Толстый словно волк всем телом развернулся к напарнику. — Я тебе говорил, когда на дело идем я Вася, и ты Вася. Не надо лишней информации давать терпилам! А по поводу того, ты дурак? Следы оставишь, а по ним тебя менты на раз высчитают, нынче все эти анализы ДНК и прочее, о деле думай. Но девка да… Шикарная. — Он ухватил Ваську за волосы, задирая ей голову, а вторую руку запустил ей в трусики. — Но денег, что нам заплатят, на сотню таких хватит.
Он вытащил руку и продемонстрировал пальцы напарнику.
— Чего это у тебя? — Удивился здоровяк. — Прыщи?
— Какие еще прыщи? — Толстый посмотрел на пальцы и глаза его расширились от удивления, переходящего в ужас. Его рука с невероятной скоростью покрывалась гнойными прыщами, причем процесс этот буквально за секунду покрыл всю кисть злодея, и зловещая язва поползла под длинный рукав рубашки и спустя каких-то секунд двадцать, гнойники появились на шее и полезли на лицо. — Что за… — Взвизгнул толстый и упав на пол принялся яростно чесаться, забыв и о пленниках, и о напарнике. Прыщи на лице лопались, стоило злодею лишь коснуться их ногтями и оттуда начал сочиться гной вперемежку с кровью.
— Какого хрена! — Заорал его напарник и выхватил пистолет, но тут же неловко споткнулся о толстяка упал на него сверху и падая нажал на спусковой крючок. Грохнул выстрел, и мозги здоровяка окрасили мой холодильник.
— Дима?! — На подоконнике показалась Юна, она соскочила на пол кухни и цокая коготками по линолеуму зашла ко мне за спину, после чего я тут же почувствовал облегчение, мои руки были свободны. — Ты в порядке? — Я вскочил со стула и вытаскивая изо рта полотенце отвесил пинок скулящему на полу толстяку.
— В порядке! — Освобождая Ваську я поднял ее со стула и заключил в объятия, девушка находилась в состоянии истерики, она рыдала и скулила, крепко вцепившись в мою шею, и мне стоило огромного труда от нее освободиться. — Что это с ним? — Я кивнул на толстяка, находящегося судя по издаваемым звукам уже при смерти. То, что это дело рук Юны, я не сомневался, вот только как это она его.
— Проклятия. — Легко пожала плечами птица, и ее человеческое лицо при этом было таким невинным, словно ничего особенного и не произошло. — На толстого, проклятие гнили, на здорового, неудачи. Эх. — Она глянула на холодильник, теперь это все отмывать.
Я не стал ее расспрашивать, отвел Ваську в спальню и набрал Сан Саныча.
— Да! — Раздался в трубке неприязненный голос капитана.
— Сан Саныч, добрый вечер. — Начал я.
— День еще. Дим, что надо, давай быстрее. — Перебил меня Орлов.
— На меня тут покушение… — Я прекрасно понимал, что трупы в моей квартире еще больше ухудшат мои отношения с полицейским. — В общем у меня в квартире два трупа.
— Доигрался! — Скрежетнул зубами капитан. — А я тебя предупреждал… Жди! Высылаю к тебе группу.
Все время, пока я ждал опер. группу, я сидел в обнимку с рыдающей Васькой и пытался с одной стороны ее успокоить, с другой выяснить, что же именно произошло.
Получалось, что незадолго, до моего приезда, в дверь позвонили эти двое, и блондинка, ничего не подозревая, открыла дверь незнакомцам. Здоровяк ее вырубил с порога, примерно, как и меня, после чего отволок на кухню и привязал к стулу, попытки кричать, были грубо пресечены и девушке популярно объяснили, что, если она станет шуметь, это плохо отразится на ее здоровье. Ну а потом все по кругу, все одно и тоже. Бандиты думали, что она, это Марья и не хотели верить в обратное, нужен им был какой-то ключ, что за ключ, блондинка не поняла, зато натерпелась страха и получила пяток ощутимых пощечин. А потом приехал я, и оставшаяся сцена разворачивалась уже на моих глазах.
— Тук тук. Хозяин ты дома. — Раздался из коридора голос Орлова, и я вспомнил, что не закрыл дверь. — Ох ты ж ёжики. — Это он видимо зашел в кухню.
— Сан Саныч, мы тут. — Крикнул я, и через пару секунд в спальню вошел Сан Саныч.
— Ребята, работайте. — Дал он распоряжение. — Ну а ты мил человек рассказывай. — Обратился он ко мне присаживаясь на угол кровати. — Вась привет, а ты чего такая зареванная?
Наш с Васькой рассказ не произвел на капитана ровно никакого впечатления, казалось, он для себя уже решил, что в этом деле он просто назначит крайним меня, поэтому и слушал в пол уха, и постоянно сыпал колкостями и подначками в мой адрес, а напоследок и вовсе, защелкнул на моих руках наручники и лично сопроводил в служебную машину.