Чтение онлайн

– Да, я ездил, – подтвердил сотник. – Но перстня при тебе не было, – Мулкус стукнул кулаком правой руки по ладони левой. – Украл, хитрый лис! Он не хотел отдавать и твои вещи, но я потребовал – слишком много золота мы ему отвалили. Отдал: две полные сумки, два меча и кинжал. Таких клинков я раньше не видел. Где их куют?

– В наших горах, из звёзд, что падают с неба, – ответил Лестер. – Спасибо, что вернули.

– А эта палка, которую дал нам Загус, ещё имеет над тобой власть? – спросил Аскул, хлебнув вина.

– Я освободился от её чар после первого поединка, и всё это время мог убежать.

– Почему же не убежал? – прищурился хан. – Ну, почему?

– Я дал слово сразиться за вас, – расправил плечи Лестер. – А слово мужчины твёрже гранита.

Степняки понимающе склонили головы.

– Могу я попросить тебя, великий хан? – Лестер сложил ладони вместе.

– Слушаю.

– Помоги найти колдуна. Он украл перстень, который очень важен для меня. Камень в нём – это частица Рубера. Частица меня самого.

– Хорошо. Завтра же следопыты разъедутся в разные стороны, а голуби полетят к соседям. Ты же, гость дорогой, пока дожидайся здесь. Даю Агаса тебе в услужение. Он хороший мальчик. Жаль, что его родителей уже нет в живых – их поразила неизвестная хворь. Ну да ладно: не пропадёт… А теперь давайте есть и пить, пока мои хозяйки не подумали, что пища, приготовленная ими, вам не по вкусу. Это опасно, по себе знаю, – Аскул посмотрел на жён и засмеялся. Его шутка вызвала улыбки на лицах женщин.

––

– Ну же, Торбор, целься лучше! – Агас мчался мимо северянина на расстоянии ста шагов. Он прятался за большой овальный щит, который служил мишенью. Его конь был облачён в железные доспехи, сберегающие от случайных ранений.

Стрела вырвалась из могучей руки Торбора. Но опережение было выбрано неверно, и цель успела проскочить мимо оперённой хищницы.

– Не пытайся всё просчитать, доверься телу, – сказал подоспевший к Торбору Лестер и, приняв из мощных ладоней лук, выстрелил, почти не целясь. Стрела безошибочно нашла дорогу и воткнулась в центр щита, скачущего в обратном направлении Агаса.

Торбор задумчиво почесал затылок. Стрельбу по неподвижной мишени из степного лука, который отличался от его северных аналогов прицельной дальностью, он освоил довольно быстро, а по двигающейся цели у него пока выходило плохо. Но Торбор был упрям…

– Всё равно научусь! – буркнул он.

– Конечно, научишься, – Лестер вспомнил, как на следующий день после их поединка Торбор, недолго думая, дал клятву жизни – в знак уважения к победителю, оставившему на его лбу тонкий, словно лезвие ножа, шрам. Смерти норт не боялся, как и другие представители его народа, но и не торопился в небесный чертог. Успеется: здесь ещё много интересного…

Лестер, находясь в стойбище Аскула, тоже не терял времени зря: изучал новые приемы джигитовки, хотя и так был прекрасным наездником и изумлял своим умением обращаться с конём даже бывалых степняков. А когда Лестер на полном скаку выпустил пять стрел точно в цель, превзойдя лучших кумчаков, хан подарил ему составной лук в кожаном, украшенном серебром и золотом налучнике, а также плоский поясной колчан, набитый стрелами с белоснежным оперением.

––

Лестер и Торбор обернулись, услышав стук копыт и голос всадника, понукающего коня. Молодой сын степи – посланник хана с тёмно-зелёным флажком, притороченным к седлу – осадил скакуна возле чужеземцев.

– Великий Аскул призывает тебя, славный Лестер! – прокричал он громко.

Наконец-то.

Лестер почувствовал, что пришли вести о колдуне, которых он ждал много дней после значимого для него пира за ханским столом. Вскочив на коня, он помчался к Аскулу.

––

Хан встретил его перед своей большой, убранной жёлтыми лентами юртой, гордо восседая на деревянном троне в окружении двух десятков приближённых.

Лестер спешился и поклонился:

– Приветствую тебя, повелитель!

– Здравствуй, – Аскул жестом призвал дарса подойти ближе. – След твоего обидчика-колдуна обнаружился недалеко от нас – в Охающих Горах. Люди из племени Моэ, с которым мы ведём торговлю, сообщили: неделю назад Загус с двумя проводниками и десятком наёмников подался на юг – за перевал Уныния, в Заповедные горы. Это путь к смерти: оттуда никто не возвращался и не пытался туда пойти уже давно. Что ему там надо? Не понимаю.

– Колдун хочет найти то, что очень важно для него, – произнёс Лестер. – И ему не обойтись, как он думает, без моего перстня. Может быть, там находится и то, что я ищу?

– Что ты решишь? – спросил Аскул.

– Хочу немедленно отправиться вдогонку.

– Один?

– Почему один? У меня есть должник жизни. Более храброго спутника трудно найти.

Аскул согласно кивнул. Его ладонь сильной птицей вспорхнула вверх:

– Бери всё, что нужно для похода: тебе ни в чём не будет отказа.

Хан вчера узнал, что две его жены беременны. Шаман высказался однозначно – сыновья. Вот она – шапка Кучула! Аскул полнился благодарностью к отважному чужеземцу за его победу в состязаниях и готов был помочь ему всем, чем мог.

– Также можешь взять с собой любого добровольца из числа моих воинов. Насчёт провожатых в горах мы договоримся с ханом Моэ, сейчас же отправлю гонцов.

– Благодарю, великий хан! Позволь покинуть тебя – чтобы собраться в дорогу.

Аскул наклоном головы разрешил.

––

На следующее утро племя Восточных Ветров провожало небольшой конный отряд, уходящий в сторону Охающих Гор. В отряде было три человека: непонятно чему улыбающийся Лестер, Торбор, восседающий на большом и выносливом жеребце, а также Мулкус, вызвавшийся в добровольцы. Решение молодого сотника стало неожиданностью для всех, особенно для хана, который им очень дорожил и не хотел с ним расставаться. Но слово есть слово, и повелитель скрепя сердце отпустил любимчика.

Был и ещё один доброволец – Агас. Но Лестер не захотел подвергать мальчика смертельному риску. Как тот ни просил, дарс был непреклонен.

Отряд уже почти скрылся из виду, но Аскул всё смотрел ему вслед. Сердце хана сжималось от тоски по ушедшей юности – когда груз ответственности перед племенем ещё не лежал на его плечах, и он мог отправиться в подобный поход.

*************** 2 ***************

Десять дней проводники из племени Моэ вели Лестера и его спутников между живописных гор. На одиннадцатый день старший из них объявил: