Чтение онлайн

– Видишь ли, я ведь тоже Писатель. Возможно мне бы тоже могло открыться то самое место.

– Не пугай меня, Котенок! – Мирах притворно изумился – Ты душевно больна?!

– Не смешно Мирах! Я вот только не знаю, как это сделать.

– Возможно, для этого нужно отправиться в Башню Видений - предположил Мирах.

Конечно, это было не предусмотрительно оставить в Московской квартире все зимние вещи. Но во-первых они с Гуэрсом не знали удастся ли попасть в Резервацию и оставляли квартиру так, будто собираются вернуться через неделю; во-вторых не предполагали,, что встретит их родина Хладными днями. Анелита много сейчас отдала бы за возможность надеть свои любимые черные ботфорты из текстиля и кожаный плащ с меховой оторочкой. Правда в Москве из-за повышенной влажности и плотного кокона смога накрывавшего Первопрестольную зимы были теплыми. Капюшон плаща согревал не много, но от ветра защищал надежно и шапок она не носила. Ботинки со шнуровкой до середины икр еще согревали ноги, а вот шерстяной кардиган и короткая болоньевая курточка, да и свитера уже нет.

" Пора навестить портниху." В сотый раз подумала она. – "И как эти полуптицы в доспехах умудряются не покрываться коркой льда на лету". – вспомнила Анелита гарпий.

Плащ Мираха: шерстяной и плотный ее, безусловно согревал, но в основном душевно, родным теплом и запахом любимого тела, но этого было явно недостаточно. В это тепло можно было закутаться и дремать возле камина, но не слоняться в три часа ночи по улице в остывшем поселении. Это еще хорошо, что Мирах не так высок , как отец или Гуэрс к примеру, и его одежда не волочется по земле, мешая передвигать ноги..

Как только Анелита обнаружила, что в ледяной почти ноябрьской ночи каждый вдох врывается в легкие осколком льда, а выдох клубиться облачками пара, она поняла, что идея отправиться в Башню Видений немедленно была не самой удачной. Мирах в своем летнем плаще из хлопка холод переносил равнодушно. Устыдившись своей нетерпимости к низким температурам, Анелита промолчала и крепко вцепившись в его руку терпеливо дошагала до Башни.

Здесь было не намного теплее.. Но все же стены хоть как –то охраняли от пробирающего до костей ветра. Мирах прижал ее к себе, посмеиваясь над тем,что ее зубы отбивают барабанную дробь. Она же прижалась в ответ к нему так, будто хотела забраться не под плащ , а прямо под кожу.

– Ты мой маленький. Дрожащий котенок! – произнес он.. Заправив ей локон за ухо.,он почесал ее там как кошку и добавил:

– Сейчас я что-нибудь придумаю!

Он достал из- внутреннего кармана два предмета угольно-черного цвета похожих на друзы минерала, стукнул друг об друга. Камни выбили искру. Мирах прошептал заклинание и она превратилась в шаровую молнию пустившуюся в полет по зале. По привычке приобретенной в Человеческой части мира, Анелита посторонилась. Мирах зажигал и расставлял по кругу свечи пока она следила взглядом за сверкающим шариком. Тот пошел по кругу, оставляя за собой быстро тускнеющую полосу света, постепенно уменьшаясь , словно светящийся клубок разматывало. Но дело он свое сделал. Анелита перестала отбивать дробь зубами, как чечеточник ритм по паркету..

Мирах расстелил алтарную скатерь на полу , а между двумя кубками водрузил грим муар Риотарума.

– Ну что. Наследие Мантикор, готова ли Ты испытать волшебную силу Зелья Видений.

– Нет. – честно ответила Анелита. – Никогда не пробовала эту гадость, но слышала, что эффект от почище чем от марихуаны будет.

– Ты пробовала марихуану(прим 1) - спросил Мирах.

– Нет, конечно. Но травку в студенческие годы мне как-то подсунули.

– Ну и как? – полюбопытствовал Мирах, это событие в ее сознании он как-то пропустил.

– Никак. – пожала плечами Анелита – Ну ,мир стал немного четче очерченным, звуки звучали громче и голова шумела. Но кайфа никакого.

Мирах почесал кончик носа, привычным движением сдвинул очки по переносице вверх:

– Интересно. Может у Тебя устойчивость к галлюциногенам природного свойства

– Ну не знаю! Алкоголь действует, обезболивающее тоже, так что с химией все как надо.

– Вот-вот. С химией. Что ж! Посмотрим.

На всякий случай Мирах приготовил и свой кубок. И, хотя пить зелье он сегодня не собирался, наполнил водой оба кубка и в оба насыпал горький сбор.

– Значит так. Пьешь из кубка. А дальше по ситуации, хорошо?

Анелита молча кивнула.

Она сделала большой глоток, намереваясь осушить его в два приема, и едва не выплюнула на пол Залы Видений. Из глаз брызнули слезы и она с трудом удержала зелье за сомкнутыми губами, не решаясь его проглотить. Да! По сравнению с эти пробовать водку в первый раз детское развлечение.. Горечь трав даже сравнить было не с чем. Казалось бы зелье стремительно разъедает слизистую оболочку полости рта.

– Ну, давай же, глотай подбодрил Мирах, пряча улыбку в уголки рта. и безуспешно стараясь казаться очень серьезным. Ох! Анелита сказала бы ему насчет этого, если бы могла открыть рот. Впрочем насмешка Мираха ее подстегнула. Она проглотила ужасную жидкость и тут же отхлебнула второй глоток. К счастью переполненное горечью горло в этот раз уже не почувствовало ничего нового. Глоток дался намного легче. Мучительно хотелось все это запить ледяной чистой водом, но Мирах отрицательно покачал головой.

– Лучше сосредоточься на том , что видишь..

Анелита его послушалась и медленно обвела глазами залу. Окружающий мир покачнулся, то тут , то там начали вспыхивать маленькие искорки, словно ночные светлячки зажгли свои источники света. Но зала оставалась на месте. Она попыталась мысленно поискать Риотарума, очень надеясь увидеть его и образы тех далеких дней, когда он сидел в своем доме с оплывающей свечкой и писал свой гримуар.. Видений не возникало. То есть богатая фантазия рисовало эту картину, но самого воспоминания не было. От напряжения заболела голова и глаза так, словно она долго всматривалась во что-то неразличимое. А неразличимое тоже появлялось постепенно Нечто бесформенное, оно клубилось в воздухе белесым дымком.

– Продолжай думать о нем. – волнуясь , с придыханием прошептал Мирах.

– Так Ты тоже это видишь? – уточнила Анелита.

– да. Вижу через Тебя.

Его ответ натолкнул ее на мысль воспользоваться его даром, но пока не понятно какой будет результат, она отмела ее в сторону. Важнее сейчас был тот . кто пытался собраться из белого дыма, откликнувшись на ее призыв. Этот туман как будто сам волновался, перемещаясь, клубясь , смешивая маленькие облачка в более плотную форму и снова разрывая их. Постепенно силуэт начал приобретать отчетливые формы, затем уже можно стало различить тяжелую одежду Риотарума и черты его лица., очень напряженного от усилий. Видимо материализация давалась Чародею не без труда. Анелита и Мирах терпеливо дожидались окончательного проявления. В конце концов, Риотарума можно было рассмотреть достаточно подробно : каждую складку на полах расшитого серебряными лунами плаща и глубокие морщины испещряющие его руки крепко сжимающие волшебный посох. Он прожил много лет прежде чем " перешел завесу» и много после. Мало кто верил, что этот посох , увенчанный вставкой с крупным аметистом, исчерченный символами и обвитый по всей длине серебряной коброй с изумрудными глазами положили в гроб Риотарума.. Редкая мощь и магия заключалась в нем. Заполучить такой артефакт в свои руки желал бы каждый волшебник в Резервации, но никто не посмел нарушить последнюю волю величайшего из Чародеев и взять на свою душу тяжкий грех клятвопреступника. Несмотря на это Риотарум оставался полупрозрачным и бледно-сливочным как и положено призраку.

– Простите за любопытство. – обратилась к нему Анелита. – Я вот встретила недавно свою бабушку. Она была так реальна, словно никогда не жила в Стране Почивших. А, Вы, извините, как будто не доделаны слегка..

Мирах издал очень странный звук. То ли посмеялся над ее невежеством, то ли попытался таким способом заставить ее приостановить поток неучтивых высказываний. Ну, конечно! С Великими волшебниками так не разговаривают. Однако женское любопытство, всегда оказывается сильнее хорошего воспитания, даже если Ты из семьи ведьм. Но Риотаркум не обиделся и терпеливо пояснил: