Чтение онлайн

И в розыгрышах наших безобидных

Мы вечно докучали тут и там.

Но лишь несчастье постучалось в двери,

Нить дружбы разорвали города.

И, может быть, его уже не встречу…

Боюсь, что здесь застрял я навсегда.

Арев

Как звали друга вашего, скажите?

И где он жил? Быть может я смогу

Весть передать о том, по ком тужите.

Главарь

Свободу вам, увы, я не верну.

Арев

Ваш голос показался мне знакомым,

Я б выделил его среди других.

Главарь

Быть может так. Ну что ж, теперь посмотрим

В глаза тому, кто смело говорит.

Главарь мешок сорвал одним движеньем,

И свет ударил Арева в глаза.

Огонь плясал среди сухих поленьев

И в танце скупо освещал он зал.

Главарь стоял как будто в пёстрой маске,

Свет рисовал причудливый узор.

Но даже с ним увидел Арев ясно:

Главарь – Анес! И вправду! Это он!

Не сразу друга он узнал в пленённом,

Был удивлён до глубины души.

Анес стоял, смотрел заворожённо,

Шепча негромко только: «Это ты!»

Хоть легкий шок сошёл довольно быстро,

И Арев был развязан в тот же миг,

Терзали в глубине Анеса мысли

О том, что голос друга был забыт.

Анес

Глазам не верю! Как ты к нам добрался?

О многом расспросить хочу тебя.

Арев

Я тоже честно бы не отказался

Узнать, как ты и как твоя семья.

Печальный взгляд ответом был безмолвным.

Арев

Что здесь произошло? Поведай мне.

Анес

Идёт война с наместником короны…

И длится это уже много лет…

Уехали мы в спешке, ты же помнишь.

Отец гнал лошадей как никогда.

И Арасет увидели мы ночью.

Ах, если б знал, то не вошёл туда.

Наш новый дом стоял вдали от рынка,

Свои пожитки разложивши в нём,

Я побежал смотреть, так ли красиво

Блистает город ночью, как и днём?

В мгновение мечта осуществилась.

Я жил в огромном городе. Вокруг

Кипела жизнь. Меня она манила,

Но месяц не прошёл – тревожный стук

Раздался в дверь, когда луна всходила,

Хоть тусклый свет скрывал лицо гостей.

Отец дрожал, испуг в глазах таился.

Под чей-то злобный смех закрыл он дверь.

Он молча сел, за голову схватился.

Мы подошли неслышно, чуть дыша,

В руках лишь свёрток на свету лоснился,

На нём печать наместника была.

Отец

Вот эта вот бумага обязует

Уехать прочь, оставив весь товар.

А кто не подчинится, тот рискует

Лишиться своей жизни… Нет! Обман!

Недавно мы приехали, а нынче,

Собраться вновь в дорогу нужно нам?

Лишить товаров, как лишить нас пищи.

Черта такая свойственна ворам!

Я

Так что нам делать? Как нам быть сегодня?

Всё забираем и назад, домой?

Отец

Назад? Ни с чем? Нет! У меня есть гордость!

Быть может я, собрав людей с собой,

Смогу сменить решение Короны,

Приказ дурацкий будет отменён.

Торговый город жив своей торговлей.

Её не станет— город обречён!

Я

Я ознакомлюсь, если ты не против?

Приказ коснулся нас. Я должен знать.

Отец

Держи, читай, меня он не заботит.

Теперь не жить нам здесь, а выживать!

В бумаге той написано открыто:

«Приехавший недавно должен сдать,

То, с чем пришёл, и то, что здесь добыто.

Оставшись без всего прочь уезжать.

Кто проявляет неповиновенье,

Тот по утру лишится головы».

Боясь за жизнь родных и стать мишенью,

Все люди до восхода отошли.

Отец не смог поднять других на бунты,

Отъехали за стены, как и все.

Давило душу каждую секунду,

Не мог он оставаться в стороне.

За два-три дня безропотных сидений

Он смог найти поддержку у людей.

Похлёбки есть из ягод и корений

Не каждый мог из гордости своей.

Но с каждым днём к нам приходили люди.

Наместник так же прогонял купцов.

В казну кидали алчные судьи

То, что досталось им не их трудом.

Так медленно прошёл четвёртый месяц,

Три дюжины собрали мы семей.

И пища, что в ближайшем лихолесье,

Кормила всех нуждающихся в ней.

Я у отца просил домой вернуться,

Но он молчал и отводил свой взор.

В очередной раз только заикнулся,

Как очень резкий получил отпор.

Отец

Последнее что было, мы отдали!

Наш дом потерян нынче навсегда.

Что было раньше, то давно продали,

И не вернётся больше никогда.

Откуда деньги взял на то, где жили,

Покуда нас не выперли сюда?

Лишь мы одни есть друг у друга в мире.

Ты мне не веришь? Так разуй глаза!

В наш дом, в котором я рожден, где вырос,

Дорога позабыта, заросла.

Во мне кипела ярость, её выброс

Был очень близок, но сдержал себя.

С другими пообщался, у них то же:

Продав свой дом, пустились в Арасет.

Всё потеряв, подняться очень сложно,

И все устали новый ждать рассвет.

Наместник же, себе забрав добычу,

Как лютый зверь кричал на слуг своих.

Всё, что решил – собрать всю свою силу,

И вновь прибрать себе добро других.

Пустив шпионов, чтобы разузнали,

Когда удачный для атаки день.

Ах, если бы мы только это знали…