Чтение онлайн

До Ллойда донесся топот шагов из коридора. Через несколько секунд детектив в штатском и двое патрульных вбежали в квартиру. Он вышел в гостиную, чтобы поздороваться с ними, и указал большим пальцем через плечо:

– Туда, парни.

Ллойд смотрел в окно на черное небо, когда услышал первые возгласы ужаса, а вслед за ними – звуки рвоты.

Детектив в штатском опомнился первым. Он вышел к Ллойду и с наигранной бодростью проговорил:

– Вот это жмур! А вы Ллойд Хопкинс, да? Я Лундквист из голливудского отдела.

Ллойд повернулся к высокому, преждевременно поседевшему молодому человеку, не обращая внимания на протянутую руку. Смерив его взглядом, он решил, что тот глуп и неопытен.

Лундквист поежился под пристальным взглядом Ллойда.

– Думаю, мы имеем дело с неудавшимся ограблением, сержант, – сказал он. – Я заметил следы взлома на двери. Считаю, надо начать наше расследование с облавы на известных нам взломщиков, использующих насил…

Ллойд покачал головой, и молодой детектив умолк.

– Ошибаетесь. Следы взлома совсем свежие. Стружки закурчавились бы от влажности, если бы попытка ограбления совпадала по времени с убийством. Эта женщина мертва по крайней мере двое суток. Нет, взломщик – это тот самый парень, что позвонил и доложил о трупе. А теперь послушайте. Сумка этой женщины лежит вот там, на стуле. Точная идентификация. Имеется также книга в бумажной обложке с двумя частичными кровавыми отпечатками. Отвезите в лабораторию, и пусть эксперты позвонят мне домой, когда что-то выяснят. Обыщите помещение и опечатайте. И чтоб никаких репортеров, ни одной задницы с телевидения. Вам ясно?

Лундквист кивнул.

– Отлично. А теперь вызовите медэксперта и криминалистов, пусть прочешут тут все сверху донизу на предмет отпечатков. Мне нужна полная обработка. Передайте медэксперту, чтобы связался со мной по домашнему и доложил результаты вскрытия. Кто старший в голливудском отделе?

– Лейтенант Перкинс.

– Хорошо, я ему позвоню. Передайте, что я веду это дело.

– Слушаюсь, сержант.

Ллойд вернулся в спальню. Двое патрульных глазели на труп и обменивались шутками.

– У меня когда-то была подружка, похожая на нее, – говорил тот, что постарше. – Я ее называл Кровавая Мэри. У нее месячные тянулись так долго, что мы с ней за месяц трахались недели две, не больше.

– Это еще что, – отвечал коп помладше, – это ерунда. Я знал одного ассистента из морга, так он в труп влюбился. Не давал коронеру ее резать. Говорил, что это ломает ему всю Романтику с большой буквы.

Старший коп засмеялся и трясущимися руками закурил сигарету.

– Моя жена каждый вечер ломает мне всю Романтику с большой буквы.

Ллойд кашлянул. Он понимал, что полисмены шутят, стараясь отгородиться от ужасного зрелища, и все же почувствовал себя оскорбленным. Ему не хотелось, чтобы Джулия Линн Нимейер слышала такие вещи. Он Порылся в платяном шкафу, нашел махровый халат, потом прошел в кухню и взял нож с зазубренным лезвием. Когда Ллойд вернулся в комнату и залез с ножом на залитую кровью кровать, коп помоложе сказал:

– Лучше бы ее не трогать до приезда коронера, сержант.

– Закрой хлебало, – буркнул Ллойд и перерезал нейлоновый шнур, которым Джулия Линн Нимейер была привязана за щиколотку. Он подхватил ее болтающиеся ноги и вспоротое тело и сошел с кровати, уложив голову к себе на плечо. Его глаза наполнились слезами.

– Спи, дорогая, – прошептал он. – И знай: я найду твоего убийцу.

Ллойд опустил ее на пол и укрыл халатом. Трое копов смотрели на него не веря своим глазам.

– Опечатать помещение, – приказал Ллойд.

Три дня спустя Ллойд сидел на почтамте Голливуда, не отрывая глаз от стены, на которой располагались ящики с 7500 по 7550. Он уже знал, что Джулия Линн Нимейер размещала свои объявления в таблоидах вместе с высокой светловолосой женщиной лет сорока. Сотрудники редакций «Ночной линии» и «Жизнелюба» безошибочно опознали убитую женщину по фотографии на водительских правах и хорошо запомнили ее спутницу.

Ллойд заерзал на месте. Стараясь унять нетерпение, он начал перебирать в уме все уже известные к этому моменту неоспоримые данные об убийстве. Факт первый: Джулию Линн Нимейер убили мощной дозой героина и изувечили после смерти. Факт второй: патологоанатом установил, что убийство произошло за семьдесят два часа до обнаружения тела. Факт третий: никто из обитателей «Алоха ридженси» не слышал шума борьбы, никто ничего не знал о жертве, жившей на деньги из трастового фонда, основанного для нее родителями. Сами родители погибли в автомобильной аварии в 1978 году. Эту информацию предоставил дядя убитой, он узнал о преступлении из сан-францисских газет и вызвался дать показания. По его словам, Джулия Нимейер была «очень скрытной, очень молчаливой, очень умной и людей к себе близко не подпускала».

Убийство стало громкой газетной сенсацией. Репортеры подметили сходства с убийством Тейт – Лабьянка в 1969 году. Это вызвало целый поток непрошеных звонков, буквально затопивших коммутаторы департамента полиции Лос-Анджелеса. Ллойду пришлось посадить трех офицеров отвечать на телефонные звонки и подробно расспрашивать всех, кроме совсем уж откровенных психов.

Кровавые отпечатки на обложке книги – единственная материальная улика – были дотошно исследованы экспертами, введены в компьютер и разосланы во все полицейские участки континентальной части Соединенных Штатов. Результат ошеломил Ллойда своей стопроцентной отрицательностью. Частичные отпечатки указательного пальца и мизинца не числились ни в одной базе, их никому нельзя было приписать, а это означало, что их владелец никогда не подвергался аресту, никогда не был на военной или гражданской службе и не получал водительских прав в тридцати семи из пятидесяти штатов США.

Дело Джулии Нимейер все больше походило на то, что Ллойд в память о громком кровавом убийстве 1947 года, которое так и осталось нераскрытым, называл «синдромом Черной Орхидеи». Он не сомневался, что Джулия Линн Нимейер убита умным, образованным человеком средних лет с пониженным сексуальным потенциалом, который никогда прежде не убивал. Каким-то неизвестным образом этот человек вступил в контакт с Джулией Нимейер, и ее личность привела в действие пусковой механизм его подавленного до поры до времени психоза, после чего он тщательно спланировал ее убийство. Ллойд также знал, что этот человек физически силен и способен маневрировать в широком социальном контексте: тип благонамеренного гражданина, способного, однако, добыть героин.

На Ллойда произвели сильное впечатление и сам убийца, и головоломная задача его поимки. Он выборочно оглядел людей на почтамте и снова сосредоточился на ящике 7512. Его нетерпение росло. Если «высокая блондинка лет сорока» не появится к обеду, решил Ллойд, он взломает ящик и вырвет его из стены.

Она пришла час спустя. Ллойд узнал ее в ту самую минуту, как она вошла в широкие стеклянные двери, нервно огляделась и направилась к рядам ящиков. Высокая женщина с крупными сильными чертами лица. Но ее движения напоминали еле сдерживаемый крик. Ллойд буквально почувствовал, как напряглось ее тело, когда она снова с опаской огляделась по сторонам, вставила ключ в скважину, извлекла почту и выбежала обратно на улицу.