Чтение онлайн

– Алекс, ты из Галифакса.

– У меня есть более глубинные корни, чтоб ты знал. – Он подтолкнул не столь высокого Генри вперед и уже без акцента добавил: – Держи – коротышка, как заказывали.

На ступеньках, ведущих в запертую студию Алекса, сидела женщина. Когда она поднялась, то оказалась ростом куда ниже Генри с его метром шестьюдесятью семью сантиметрами. Недостаток роста вкупе с мешковатыми джинсами и свитером оверсайз делали ее похожей на бродягу, что никак не вязалось с коротко стриженными платиновыми волосами и пронзительным взглядом.

Выскользнув из объятий Алекса, Генри склонился в идеальном дворцовом поклоне шестнадцатого века – не то чтобы кто-то в клубе смог бы это оценить.

– Изабель, – серьезно сказал он.

Изабель фыркнула, схватила его за лацканы куртки и впилась в его губы.

Генри с энтузиазмом ответил на поцелуй, мастерски не давая ее языку коснуться острых кончиков зубов. До сих пор он не был уверен, станет ли кормиться сегодня ночью. Теперь он решился.

– Ну, если вы двое собираетесь столь яро предаваться гетеросексуальности, да еще и в моем доме, то я пошел.

Преувеличенно вяло Алекс взмахнул рукой и скрылся в толпе.

– Он нацепит другую личину прежде, чем достигнет дверей.

Генри наблюдал за Алексом, пока садился на ступеньку. Их бедра соприкоснулись, и он ощутил растущий голод.

– У Алекса больше масок, чем у кого бы то ни было, – согласилась Изабель, вновь схватилась за бутылку пива и принялась отдирать этикетку.

Генри провел пальцем по изгибу ее брови. Она их выбелила, чтобы те соответствовали цвету волос.

– Мы все носим маски.

Изабель подняла бровь.

– Какая глубокая мысль. И что, мы все снимаем маски в полночь?

– Нет.

Генри не сумел сдержать меланхолии в голосе, когда вдруг понял, что служило причиной его недовольства в последнее время. Он уже так давно ни с кем не делился, кем был на самом деле и что это значило. Он так давно не мог найти смертного, с которым его свяжет нечто большее, чем секс и кровь. Из такой вот глубокой связи между вампиром и смертным мог родиться ребенок, прежде чем связь будет разорвана. Осознание этого обостряло его одиночество.

Он почувствовал, как Изабель провела ладонью по его щеке, прочел удивление и сочувствие на ее лице и выругался про себя, когда понял, что во второй раз за вечер снял маску. Генри боялся, что, если в скором времени он не найдет человека, который примет его, ситуация выйдет из-под контроля и он выдаст себя, сам того не желая.

– Так как прошло выступление? – Он усилием воли вернулся к реальности.

– Март. Садбери. – Она пожала плечами, возвращаясь к воспоминаниям, раз уж он того хотел. – Больше особо добавить нечего.

Если не можешь разделить с кем-то свою реальность, есть вещи похуже, чем делить с кем-то маски. Взгляд Генри упал на бледную синюю линию, исчезающую под свитером, и от мысли о крови, бегущей столь близко к поверхности кожи, его дыхание стало прерывистым. Он испытывал голод, не страсть, но в конечном итоге они не сильно отличались.

– Как долго пробудешь в городе?

– До завтра.

– Тогда не стоит терять времени.

Она переплела свои пальцы с его, аккуратно проигнорировав перевязь, поднялась и потянула его за собой.

– Думала, ты никогда не предложишь.

В 23:15 субботним вечером Норман вдруг обнаружил, что у него нет угля для хибати [3] , а единственный местный магазин, в котором его можно было купить, закрылся в девять. Он прикинул, чем его заменить, но решил, что лучше не нарушать уже проверенный способ.

Субботняя ночь прошла без приключений.

Ночью в воскресенье…

– Черт. Черт! ЧЕРТ!

Миссис Кополус цыкнула и нахмурилась. В другой день причиной ее неодобрения стали бы ругательства Вики, но сегодня ее беспокоил заголовок газеты, лежавшей перед ней на прилавке.

«ВАМПИР УБИЛ СТУДЕНТА: в Йорк-Милс обнаружено тело обескровленного молодого человека»

– Боже правый, да вы только посмотрите на старину Нормана.

– А что? – Роджер, копавшийся в своем шкафчике, обернулся. У него в самом буквальном смысле отвисла челюсть.

– «Боже правый» и вполовину не отвечает ситуации, брателло. Жаль, что Билл этого не видит.

– Где он?

Роджер пожал плечами, не отводя взгляда от роскошной портновской обновки Нормана Бедуэлла.

– Понятия не имею. Но он обосрется, если пропустит это зрелище.

Чувствуя на себе взгляды, Норман зашагал еще развязнее. Свисающая с новой черной кожаной куртки цепочка хлопала его по низу спины. Он взглянул на покрытые серебром 925-й пробы носки настоящих ковбойских ботинок и подумал, что стоило попросить в придачу шпоры. Новые черные джинсы – таких облегающих он еще не носил – издавали шуршащий звук, когда внутренние швы терлись друг о друга. Это было почти по-щегольски.

Он всем им еще покажет. Думали, он не крут? Думали, он какой-то там ботаник? Что ж, теперь они будут думать иначе. Норман задрал подбородок. Им хотелось крутизны? Что ж, он покажет им крутизну. Сегодня он попросит о красном «порше». Водить научится позже.

– Что за черт?

Роджер ухмыльнулся.

– Что, рад, что не пришел позже? – спросил он, по-дружески пихая Билла локтем под ребра. – Дух захватывает, верно?

– Если ты о том, что мне хочется блевать от одного вида, ты недалек от истины. – Билл прислонился к шкафчику и покачал головой. – Откуда он бабло берет?

– Пойди и спроси.

– А почему бы и нет…

Билл выпрямился и сделал шаг вперед как раз в тот момент, когда Норман проходил мимо.

Норман заметил его, на мгновение их взгляды встретились, затем он двинулся дальше, похихикивая про себя: «Ха! Утер вам нос. Посмотрим, как вам это понравится».

Вопрос о деньгах застрял у Билла в горле. Он стоял и смотрел, пока не подошел Роджер и не потянул его за руку.

– Эй, в чем дело?

Билл покачал головой.

– Что-то переменилось в Бедуэлле.

Роджер фыркнул:

– Ну да, новые шмотки и осанка. Но под этим всем прежний ботан Норман.

– Да, пожалуй, ты прав.

Но Роджер ошибался. И Билл не мог этого объяснить. У него было ощущение, будто он запустил руку под кровать и что-то гнилое проскользнуло между пальцев – обыкновенная рутина вдруг пошла наперекосяк.