Кровавая правая рука
Шрифт:
– О, Боже!
– задыхаясь проговорила она.
– Док!
Видимо, она тогда подумала, что я собираюсь выбраться из машины и схватить ее. Хрипя и задыхаясь, она побежала вперед по дороге.
– Подождите минутку!
– крикнул я.
– Что с вами происходит, чёрт возьми!
Есть только один способ прекратить истерику - резко пресечь ее. Чем бы ни был вызван дикий испуг девушки, ее необходимо было остановить, пока она не причинила себе вреда, Я открыл дверцу и бросился за ней.
Девушка была слишком измучена, чтобы убежать далеко. Проковыляв не больше десятка шагов, она с рыданием упала на дорогу.
– Вставайте, - я стал поднимать ее за руки.
– Вы не ушиблись? Я поставил девушку на ноги и повернул лицом к себе, все еще продолжая держать за руки. В лице ее не было ни кровинки. Она стояла, покачиваясь, и не падала только потому, что я ее удерживал.
– Придите же наконец в себя, - сказал я.
– Я не привидение, и с вами все в порядке. Никто не сделает вам ничего плохого.
Я осторожно отпустил девушку, испуганно глядевшую на меня. Глаза с расширенными зрачками внимательно осмотрели каждую черточку моего лица.
Ну, конечно, - сказала она.
– Это не вы.
Сильнейшая дрожь сотрясла тело девушки, ее застывший взгляд словно оттаял.
– Ну, конечно, нет, - сказала она.
– Извините. Тот человек был гораздо ниже и старше вас, растрепанный и небритый: Он был так необычно одет. Но я слегка близорука, и когда вы заговорили со мной, ваш голос…
Слегка близорука! Да у нее, наверное, сильнейшая миопия.
– Я доктор Ридл,- поклонился -я.
– Доктор Гарри Ридл из Нью-Йорка. Так вы говорите, что у вас украли машину и похитили жениха? Это был серый фаэтон "Кадиллак" с красной обивкой и с номерным знаком ХР?
– Да,- воскликнула девушка. Это наша машина. Вы видели, как она проехала мимо вас?
– А вашего жениха зовут Инис Сент-Эрм?
– продолжал я.
– Черноглазый, довольно высокий, черноволосый, с черными усами, в сером габардиновом костюме и в панаме?
– Да, - все еще несвязно заговорила она.
– Вы знаете Иниса? Я - Элинор Дери. Мы ехали в Вермонт, чтобы там пожениться. А как вы узнали, кто я? Мы подобрали этого хич-хайкера (Хич-хайкер - человек, путешествующий бесплатно на попутных машинах (Прим. пер.)) за Данбери. Этот маленький человечек жутко выглядел. Трудно себе представить…
– Маленький красноглазый бродяга с длинными спутанными каштановыми волосами?
– перебил я.
– С острыми зубами и -порванным левым ухом? Ростом пять футов три дюйма. Одет в спортивный костюм в белую и черную клетку, зеленую рубашку и ярко-голубую фетровую шляпу с полями, вырезанными зубчиком по всему кругу.
– Да, это был он!
– воскликнула девушка.
– Вы знаете этого человека? Что он сделал с Инисом? Пожалуйста, скажите мне! Где сейчас Инис?
– Не знаю, - ответил я.
– Я его не видел.
– Так его уже не было в машине, когда она проехала мимо вас? Это значит…
– Я не видел вашей машины, - ответил я.
– Вы ее не видели?
– Не видел. И вашего жениха я тоже, к сожалению, не видел. Не видел я и бродягу. Но он точно проехал по дороге и с ним сидел ваш жених. Садитесь в машину, -я сейчас развернусь. В нескольких милях отсюда есть дом с телефоном. Я думаю, что полиция уже оповещена. Он убил человека - переехал его машиной. Нет-нет, не вашего жениха. Какого-то случайного пешехода. Не беспокойтесь. Может быть, все еще закончится хорошо. Вашего жениха найдут.
Я усадил ее в машину и покатил по дороге, высматривая место, где можно было бы развернуться. Мои утешения, пустые и банальные, как ни странно, помогли ей успокоиться. К тому же подействовало, конечно, и то, что теперь она сидела в машине и куда-то ехала, а не брела одна по пустынной ночной дороге.
– Надеюсь, я не очень нарушила ваши планы?
– произнесла она извиняющимся тоном.- Наверное, очень глупо, что я так испугалась. Но он что-то сделал с Инисом и увез его на машине. Вы уверены, что вам не нужно никуда спешить и вы можете уделить мне время?
– Все в порядке. Я просто возвращаюсь домой из Вермонта.
– Мы тоже ехали в Вермонт, - сказала девушка.
– Мы собирались там пожениться. Вообще-то, мы хотели обвенчаться в Данбери, но оказалось, что там нужно ждать пять дней. Мы поехали дальше, и сразу за Данбери встретили этого бродягу…
– Возьмите в этом ящичке бутылку спирта и стерильные салфетки, - перебил я.- По-моему, там есть и расческа. Вы освежитесь и сразу почувствуете себя лучше. Сейчас я поверну к вам Зеркало. Вот так достаточно? Попробуйте пока не думать о нем. Подумайте о себе или обо мне. Может быть, все еще обернется К лучшему. Давайте предоставим полиции заняться расследованием.
Я включил лампочку в салоне. Девушка послушно смочила салфетку и протерла ею лицо, а потом с серьезностью умывающегося котенка стала вытирать руки. Она нашла расческу и причесала свои темные волосы. Это одно из самых приятных и успокаивающих занятий для женщины, так же как и для того, кто находится с ней рядом.
– Вы очень добры, - сказала девушка. Ее нижняя губа все еще дрожала.
– Вы сказали, ваша фамилия Ридл? Знаете, я работаю у человека по фамилии Ридл. Мистер Пол Ридл, владелец страхового агентства на Сорок Четвертой Восточной авеню. Ведь Вы тоже из Нью-Йорка? Вы действительно врач?
– Да, - ответил я.
– Доктор Гарри Ридл из медицинского центра Сент Джона. Живу в доме 511 на Одиннадцатой Западной улице. Вхожу в университетский клуб, в "Скальпель" и в "Детч Трит" ("Детч трит" - клуб "Вечеринки вскладчину".) Я белый, принадлежу к республиканской партии. Троюродный брат моего отца по имени Пол Ридл, кажется, имеет страховое агентство. Я с ним не знаком, но тем не менее мы родственники. Может быть, это поможет нам с Вами лучше познакомиться.
– Дом 511 по Одиннадцатой Западной?
– удивленно переспросила она.
– Вы действительно там живете? Да это же большой многоквартирный дом как раз напротив меня. Я живу в пятьсот четырнадцатом. Может быть, вы обращали внимание: такой старый дом из коричневого камня. Не удивительно ли? Я живу там уже четыре месяца. Оказывается, мы с вами почти соседи. Но ведь я вас никогда раньше не видела.
– Насколько я знаю, нет, - улыбнулся я, - я вас во всяком случае не видел. В Нью-Йорке такое случается. Мы с вами живем напротив, но, чтобы познакомиться, нам понадобилось очутиться на пустынной дороге в сотне миль от города.