Кровавая прогулка дьявола
Шрифт:
В прошлый раз, когда мы разговаривали, Роза сказала, что у меня страх перед обязательствами, и, возможно, она права, в какой-то степени. Но дело не только в этом. Как сказала малышка, Роза спасла меня, но тем самым она приоткрыла мне глаза на Ад и отдалила от Рая. У меня возникли трудности с перевариванием всего этого, но я больше не буду использовать это как оправдание, даже если мне придется перестроить свой мозг, чтобы это сработало.
Тем не менее, доклад малышки многообещающий.
— Я ей просто нравлюсь? — спрашиваю Диану, умолкая, когда официант приносит наше вино.
— Не мне об этом говорить. Но тебе повезло, что она осталась с тобой. Она хорошая.
Я смотрю, как официант наливает, и не могу не согласиться. Сквозь окна ресторана туман сгущается, клубится и прижимается к стеклу. Больше никто этого не замечает.
Я сделаю все возможное, чтобы слиться с людьми, наслаждающимися своим пребыванием в аду, хотя бы на час или около того.
***
— Подожди, подожди, подожди. У тебя есть парень?
Стейк — прожаренный, почти до румяной корочки — висит у моих губ, насаженный на конец вилки. Только я решил, что преуспел на первом свидании, как Роза бросает эту бомбу в середине основного блюда.
— Был, — уточняет Роза, и я засовываю мясо в рот, чтобы скрыть ухмылку, пытающуюся расцвести на моем лице. Я жую, чтобы занять челюсть. — Что? Ты думаешь, что только потому, что Ника Холлерана нет рядом, я сижу дома и прыгаю к мобильнику каждый раз, когда он вибрирует, надеясь, что это таинственный расследователь паранормальных явлений? Я думала, ты знаешь меня лучше, Ник.
Ловушка. Я смотрю на Диану, а она смотрит на меня своим пристальным взглядом. Ей пятнадцать, но она знает, что один неверный слог с моей стороны может привести к катастрофе. Поэтому я не тороплюсь. Схватив бутылку красного — я уже говорил, какое оно дорогое? — наполняю бокал Розы. И свой тоже. Я даже слегка поворачиваю запястье в конце, делая ободок аккуратным, как профессионал. Я ловлю взгляд Розы, и ухмылка приобретает триумфальный вид.
— Не смотри на меня так, Холлеран. — Она говорит это немного надуто, но улыбается мне. — Все еще думаешь, что ты очаровашка, да?
Я пожимаю плечами и развожу руками.
— Эй, я просто пытаюсь быть честным. И на самом деле, ты никогда не относился к тем, кто тоскует. Если я веду себя как ничтожество, почему бы тебе не жить своей жизнью? Что бы ни случилось, я знаю, что мы все равно останемся друзьями. В конце концов.
Роза рассматривает меня. Я проглатываю свой стейк и тешу свое самолюбие.
— Трудно встречаться с людьми, которые не знают, как на самом деле устроен мир, понимаешь? — говорит она, подражая моему голосу. Да, я говорил это раз или два. Хорошее оправдание для того, чтобы вести себя как осел.
— Не совсем. Единственной девушке, с которой встречался, я сказал правду. Подумал, что в долгу перед ней за то, что она рискнула попробовать со мной.
В уголке моего зрения Диана вздыхает и кивает. Должен признать, она действительно помогает.
Роза поджимает щеку кулаком и постукивает пальцем по столу, хмуро глядя на меня, словно я головоломка, которую она еще не придумала, как решить. Это просто вопрос времени.
— Кто тебе помогает?
Дерьмо.
Я могу только моргать и растерянно мотать головой, когда мой разум впадает в слепую панику. Я даже не хочу смотреть в сторону Дианы.
Я потираю затылок.
— Ну…
— Дай угадаю. Какая-то фея, да? Нимфа? Или, может быть, вампир? — Роза размышляет, затем качает головой. — Нет. Слишком явно? Может, ты просто начал слушать, что говорит Руби, для разнообразия?
Я поднимаю руки вверх.
— Ты меня раскусила.
— Хм… — Роза рассматривает свои ногти. — Мои комплименты твоему инструктору. Я бы оценила это свидание на восемь баллов из десяти.
Я наклоняюсь вперед.
— Итак, на чем я потерял баллы?
Роза улыбается, приподнимает бровь. Боже, как я хочу ее поцеловать.
— Ты хочешь получить обратную связь сейчас? Мы еще даже не приступили к десерту. Уверен, что не хочешь немного постараться, чтобы узнать, сможешь ли ты получить отличную оценку?
Я присоединяюсь к ее смеху.
— Как работа? — спрашиваю я.
Раньше она ненавидела, что я никогда не спрашиваю ее об этом. Я делал это не со зла, просто забываю спрашивать людей. Может быть, потому, что сам так много времени провожу, уклоняясь от подобных вопросов.
Глаза Розы расширились, и она сделала глоток вина.
— О, ты знаешь, занята. В последнее время приходит много людей с листовками, у которых пропали домашние животные. Ты слышал об этом?
— Да, — отвечаю, думая о плакатах в баре «Стиксе». — Видел их.
— Странно, да?
Нервное напряжение улетучилось, как только расправились с первой бутылкой красного, и мы с Розой начали болтать, как будто и не прошло много времени. С небольшой помощью малышки я увел разговор от призраков и демонов и моей встречи с Мишель Уилер. С трудом, потому что Роза хочет знать. Она хочет быть частью всего этого. Я введу ее в курс дела. Только не сегодня.
После двух часов и еще одной бутылки я решаю отбросить осторожность к чертовой матери.
— Роза, я скучал.
Тишина. Я бросаю быстрый взгляд на Диану, которая так смущена, что отвернулась и смотрит в окна ресторана. Роза просто смотрит на меня поверх своего бокала с вином, и я жалею, что на самом деле не прислушался к совету Руби.
— Извини, это нечестно. Я не имею права так говорить, ведь сколько раз тебя подводил. Все портил.
Прикосновение к предплечью выводит меня из оцепенения. Рука Розы лежит на манжете моей рубашки.
— Ты честен со мной. Ты знаешь, что я предпочитаю честность. — Она отстраняется. — Раз уж мы говорим начистоту, я тоже скучала по тебе. Но чем этот раз будет отличаться от всех остальных, а? Мы можем пить вино в модном ресторане, но как насчет завтра? Ты позволишь мне помочь? Позволишь мне остаться? Ты столько раз отталкивал меня.
— Слишком много раз?
Роза встречает мой взгляд, дыхание замирает где-то между ее легкими и моим сердцем.
— Я не знаю.
Я могу только кивнуть. Послушайте, может, ей не стоит давать мне еще один шанс. Мы никогда не ссорились, никогда не кричали друг на друга. Но она всегда говорила, что видит, как я превращаюсь в призрака, делаюсь более отстраненным, как раз когда наши отношения становятся серьезными. Как будто мы вместе поднимались на гору, и каждый раз, когда мы приближались к вершине, я уходил от нее. Я позволял работе накапливаться, говорил ей, что занят, отменял свидания, переставал отвечать на звонки. И потом еще то, как мы познакомились.