Чтение онлайн

— Сейчас твари и в Тирасполь грозятся прийти, готовятся. Сегодня нам в женском комитете информацию зачитывали. Что — вторые Бендеры?.. А мы опять с голыми руками?.. Я считаю, оружие надо всем раздать! У нас особая война — всегда надо быть начеку!..Раздать, но под жесткую ответственность, под чёткую иррегулярную структуру. Как у швейцарских резервистов. Тогда этих тварей здесь в каждом доме встретят! Только было бы оно, оружие…

— Каждый мужчина должен защищать свой дом и свою жену, — сказал как-то при встрече старый еврей, легендарный бендерский дворник дядя Лёва. — Поэтому я держу здесь вот это, — покопавшись за крыльцом, он показал топор. Это он говорил не сколько казакам — всем, в том числе и тому полковнику. По-свойски…

Если бы «бедная» 14-я армия, «обиженная» приднестровскими «грабителями», была уверена в правоте своего «нейтралитета», то всей своей мощью не позволила бы украсть у неё ни единого патрона!

С оговоркой, но допускаю, что до этого времени в органах власти Приднестровья «не было сделано ровным счетом ничего…, чтобы строго проконтролировать «движение» каждого ствола». Вот и не преминул кое-кто из «мутных» воспользоваться этим…

Весной в Приднестровье всё прибывали и прибывали казаки-добровольцы. Оружия катастрофически не хватало. В ЧКВ каждый «ствол» был «на вес золота» — стоял на строгом учёте и атаманами отслеживался. Это было видно даже несведущему, с первого взгляда.

Автор этих строк, как профессионал, не один год плотно проработавший с лицензионно-разрешительной системой, может твердо утверждать об этом.

Сделано было очень много! Но — опять это «но»! — несмотря на принятые жесткие меры по персональной ответственности казаков за полученное оружие, а также за трофейное, взятое в бою, «утечка стволов» за приднестровский «кордон» всё же была. А про боеприпасы да гранаты — как «расходный материал» — и говорить нечего! Кому надо — тут уж никакие требования, никакие «драконовские» меры не помеха.

Как сказал однажды генерал-лейтенант А.И.Лебедь: «Чтобы издать закон — над ним думают сотни людей, а чтоб его обойти — миллионы!..». И ничего с этим не поделаешь, тем более, что касаемо оружия в условиях войны и постперестроечного бардака.

Об «утечке» «своего» оружия в ЧКВ узнавали почти сразу же, как говорится, «по горячим следам»… О ЧП тут же докладывалось руководству ПМР.

Иркутяне слышали о случае, произошедшем по весне, когда автоматы (количество автору не известно), отправленные казакам на позиции под Дубоссары, «ушли» на Дон. Автобусом «Кубанец» по просёлочным дорогам, пользуясь отсутствием границ. Доказательства? Они есть. О последствиях этого в прессе была не одна публикация. Можно, конечно, и усомниться в написанном журналистами, тогда более подробную информацию найдёте в прокуратуре Ростовской области. Но ни в коем случае не нужно думать, что оружие и боеприпасы уводились только казаками. Не только казаками! И не только на Дон. Нет — всюду! И всякими… Один из примеров: взрывы гранат на Московском тракте у поста ГАИ в Иркутской области в 1993 году, когда у одного из казаков, воевавших в Приднестровье в составе следующей группы — после вилимской — по возвращению оттуда «сорвало крышу»… А сколько стволов ушло легально? Хотя, говорить о легальности полученных атаманами войск в дар от президента ПМР пистолетов ПМ (сколько?), и именных — с дарственной гравировкой от президента И.Смирнова ПМов — особо отличившимся в боях казакам, будет несколько спорно. Это, если судить, взглянув с высоты пройденных лет. И вряд ли хоть один из этих ПМов был зарегистрирован в «лицензионке» МВД России…

Что толку было с этого именного оружия, если с ним сразу же попадаешь под статью о незаконном его хранении, тем паче ношении… Закон «Об оружии» — такой долгожданный! — вышел в свет лишь пять лет спустя, да и по нему всё равно легализовать «ствол» было невозможно. Во-первых: это награда от президента до сих пор официально не признанной республики — значит, для России юридически не существует такого государства! Во-вторых: этот ПМ официально находится в розыске, как похищенный «приднестровскими незаконными вооруженными формированиями» со склада российской воинской части… Да и информация о «стволах», видимо, вскоре дошла до МВД. А как известно: МВД и «утечка информации» — близнецы-братья… Чтоб не пачкаться с криминалом — это уж понимайте, как хотите! — по казачьим войскам от атаманов поступила команда: оружие и боеприпасы сдать!

Если быть честным до конца, то… Михайлов оружие «оттуда» через какое-то время добровольно сдал в горотдел ФСБ, Смолин свой именной «ствол» — в областное УВД, чем, конечно, они немало удивили стражей порядка и законности. Как ни жаль «игрушек», но парни посчитали, что так нужно было сделать…

Оружия из Приднестровья ушло много. Это доказано. Оно стреляло и у Белого дома в Москве осенью 93-го, и в Абхазии, в Карабахе… А сколько его «расползлось» и «прилипло» к рукам криминала, да и поныне «гуляет» по бескрайним просторам СНГ?..

Из книги воспоминаний «Вождь в чужой стае».

…Это был один из тех «стволов», которые взял для своего «бендерского» батальона республиканской гвардии «комбат-два» подполковник Костенко.

Не рассказать о нём никак нельзя — слишком заметная фигура в истории той войны.

Актёр Михаил Боярский как-то сказал: «…Просто пена всегда лезет наружу, а тот слой людей, который зовётся «Россия», не так заметен». Да, то, что плавает на поверхности, тем более, в прозрачно-чистой воде, чаще всего и бросается в глаза, и запоминается…А что ещё, кроме пены, плавает и не тонет?

«Кровавый комбат». Так в Приднестровье, узнав о его преступлениях, назвали бывшего подполковника Советской Армии, «афганца» Юрия Костенко. Не только иркутские казаки, но многие и многие, и в первую очередь приднестровцы, узнали правду о нём лишь после войны. За эту сенсацию, как обычно, ухватилась уйма журналистов — кому не лень. И что из их статей узнал читатель?..