Чтение онлайн

Игроки носились по полю, стараясь отобрать друг у друга небольшой белый мяч. Те, у кого были красные нашивки, завладели им и, перебрасывая друг другу, наконец послали мяч в ворота противников. Голкипер поймал его и вновь вернул в поле.

– Что-то я не вижу больших различий, – приглядываясь к игре, сказал Фелан. – Разве что игроки позволяют себе удары головой и захваты. Это является грубым нарушением.

– Нарушением?!

– Вот и концом палки нельзя тыкать в ребра. За это фол.

– Фол?

Как раз в этот момент один из «голубых» действительно ткнул «красного» концом палки. Тот полетел на землю.

– Видишь, – обрадовался Фелан. – За это штрафной.

– Фелан, у нас здесь нет штрафных и этих... как ты сказал? – фолов. Я даже не знаю, что это значит.

– Как так? – Брови у Фелана полезли вверх. – Если существует игра, должны быть правила, а где правила, там и нарушения.

Он не успел договорить – один из элементалов догнал коротышку и принялся его топтать. Фелан загрустил.

– В общем-то мы в Найджерлинге тоже играли подобным образом. Я другое имел в виду... – Он сделал паузу. – Все-таки какую-то грань мы не переходили.

Керью улыбнулся:

– Ну, эта мелочь многого стоит. Если ты владеешь мячом, то как бы считаешься «живым». Тебя стараются сбить на землю, отнять мяч. Если это удается, то у твоей команды вычитают очки. Ты можешь сдачи дать – это даже приветствуется, однако пока ты с мячом, ты – мишень. Каждый забитый мяч приносит команде пятьдесят очков. Перед началом игры у каждой команды их по сотне. Забить гол трудно, куда легче лишить соперника принадлежащих ему очков.

– Хм, интересный вариант, – заметил Фелан, затем вновь окинул взглядом игровое поле. – А что, это только мужская игра?

Керью фыркнул:

– Играть с женщинами? Еще чего не хватало. Нет уж, спасибо. Они такие злые. Я так понимаю, что нет ничего хуже, чем сражаться против женщины. Эта игра еще цветочки, вот во время состязаний на право обладать родовым именем получить в соперники женщину – это, я тебе скажу, подарочек.

– Понятно, – кивнул Фелан. – Как ты думаешь, если на поле выйдут два свежих игрока, это разрешается?

– Может быть... Не знаю. Тебя они могут взять в команду. «Красные» представляют дом Уорда, «голубые» – дом Демос. Тебя-то они должны взять.

– Должны?

– Видишь того парня, который забил последний гол? Это Влад. Как мне помнится, единственное, о чем вы можете договориться, что кому-то из вас нет места на этой земле.

– Так и есть, – чуть нахмурившись, ответил Фелан. – А ты из какого дома?

Керью немного помедлил с ответом:

– Я был рожден в Нигрене.

– Ты говоришь об этом так, словно на этом доме лежит проклятие.

– В общем, так оно и есть. Я уже привык к подобному вопросу. Дом Нигрен никогда не давал хороших пилотов для боевых роботов.

– Это ты плохой пилот? – изумился Фелан. Керью пожал плечами:

– Так принято считать. Двадцать пять лет назад Волки разгромили Соколов в большом сражении. Дом Нигрен получил в качестве трофея наследственный материал из дома Мальтус. Все полагали, что в его банке хромосом были гены, которые давали водителям, рожденным в Мальтусе, некоторое преимущество в бою. Я как раз из той линии.

– Так что ж ты такой хмурый? Если тебе не нравится этот дом, прими участие в соревнованиях на родовое имя. Докажи, что обладаешь этим самым преимуществом.

Керью хмыкнул:

– Если бы все было так просто. После победы наследственный материал Мальтуса был пущен в дело. Тут прошел слух, что Соколы подсунули нам не то, что мы требовали. Какой-то с бору по сосенке материал... Ученые рода Волка провели тщательные исследования и заявили, что наследственные клетки вполне качественные и попали к нам как раз из дома Мальтуса, однако сплетня уже пошла гулять. На всех нас из этой линии легло пятно, так что нам заказан путь участия в испытаниях на родовое имя через включение в списки домов. Собственно, никаких официальных запретов нет, и вслух об этом стараются не говорить, а вот попробуй пробейся.

– Да, злые языки страшнее протонных пушек, – вздохнул Фелан. – И в сражениях, как я понимаю, бесполезно лезть из кожи, все равно не подпустят к испытаниям.

Фелан положил руку на плечо Керью:

– Прости, друг, я не знал. Все равно я считаю, что тебе – именно тебе, с твоим мастерством и выдержкой – путь к родовому имени не заказан. Когда мы вернемся во Внутреннюю Сферу, там в реальных сражениях ты сможешь показать, кто есть кто. Там сразу видно, кто воин, а кто пижон. Там никто не сможет поставить тебе заслон.

– Может быть. – Керью указал на поле: – Смотри, перерыв. Это твой шанс вступить в игру. Я могу тебя порекомендовать. Дом Демос из худосочных. Считается, что у них плохая наследственность. Все их питомцы чересчур азартны и теряют голову в трудных ситуациях. Если ты покажешь себя с хорошей стороны, то и я заработаю несколько очков.

Молодой человек засмеялся и направился к группе отдыхающих, вспотевших игроков, которые сидели на траве за кромкой поля. Лысоватый мужчина показался ему знакомым, он подошел к нему. Точно, ему приходилось встречаться с ним во время учебных занятий.

– Прости, ты, квиафф, не Эмилио? Мужчина осушил пластмассовую бутылочку с водой и достал еще одну из переносного холодильника.

– А-а, ты, должно быть, Фелан.

– Точно. Вам игрок не нужен? Эмилио пожал плечами.

– Влад! – крикнул он. – Хочешь еще одного свеженького? Мне совсем сбили дыхание. Думаю, последний удар Картера угодил между ребер.

– Фелан? – удивился Влад. – Как это Сирилла решилась отпустить тебя? Неужели ты желаешь поучаствовать в такой грубой игре, как эта?

Молодой человек обернулся и приметил своего давнего врага, окруженного игроками команды соперников. Большинство из них также косо поглядывали на чужака. В их взглядах сквозили пренебрежение и надменность. Другие же – в основном элементалы – держались попроще.

– Насчет грубости, Влад, мне ничего не известно. Как я понимаю, цель этой игры совсем в другом. Надо забить мяч в ворота, а сколько раз ты ударишь или тебя ударят, не имеет значения, квиафф.

Брови у Влада полезли вверх.