Чтение онлайн

— Вызывать группу захвата? Будем брать злодея? — улыбнулся Володин, убедившись, что старый кунак не собирается помирать.

— Может быть, — деловито кивнул Седов. — Ну те-с, не буду распространяться, как старый рецидивист Княжин прыгал по жизни с молодых лет, ясно, что после того, как развалился СССР, он разумно решил, что пришло его время, время широкомасштабных афер. И создал студию грамзаписи «Граммофон XXI век». Так?

— Создал, — кивнул Сорин. — В компании с другими.

— Но его капитал в сорок процентов был основным! Однако где-то к весне этого года действия Княжина, его методы не понравились его компаньонам, остальным акционерам и в первую очередь — гендиректору Агафонскому.

— Допустимо. И это не скрывается, — согласился Сорин.

— Не сбивай с мысли! — обиделся старик. — Ситуация простая. Когда Княжина выставили в двери, он полез в окно. Фирма выбросила Княжина, но потеряла солидные деньги. Я проверил — они на краю краха. И когда возник вопрос — кто внесет эти деньги, Княжин направил туда своего приятеля — подставное лицо.

— Тофика? — подхватил Володин. — А что, может быть! Ведь Тофик обещал выдать за информацию о смерти другана Княжина сто тысяч долларов. Ну-ну?

— Правильно. Ты делаешь успехи. Но Тофика быстро раскусили, поняли, что он — тот же Княжин. И потому Тофик, как вам известно, через день после кончины Княжина был застрелен в ресторане! «Граммофон» отбивался от мафии Княжина — Тофика, от их наезда. И, судя по всему, отбился. Через два трупа.

— Викентий, — терпеливо сказал Сорин. — Как же отбился, если уже после смерти Княжина и Тофика студию «Граммофон» обстреляли из гранатомета? Кто это сделал?

— А нам на это ответил сам Агафонский! В своем заявлении он же обвинил в этой диверсии покойного Княжина? За Княжиным — Тофик! В отместку за смерть своих крестных отцов группа Княжин — Тофик обстреляла фирму.

— Слабовато, — качнул головой Сорин.

— Есть и еще кое-какие вспомогательные детали, Всеволод Иванович, — упрямо сказал эксперт. — Я, простите, просмотрел суточные сводки по Москве за те дни, когда напали на «Граммофон». И вот что там обнаружил интересного. На следующую ночь после атаки на студию грамзаписи был совершен поджог туристического агентства «Тур Вселенная». Это раз. И в ту же ночь сгорела машина вице-президента банка «Демпинг-Экстра», всем известной Тамары Артаковны! И туристическая фирма, и банк царицы Тамары, а также банк ЛТФ, объединение «Русские меха» и автоконцерн не скрывали, что готовы вложить деньги в «Граммофон», чтобы спасти его от банкротства. И потому «Граммофон» после этой диверсии тоже показал зубы! Чтобы все соискатели знали, с кем имеют дело! Чтоб не пытались на них наезжать! Таковы сегодня дела в нашем бизнесе! «Тур Вселенная» скандала о поджоге не поднимала, а царица Тамара даже отказалась писать заявление в милицию по поводу утери «мерседеса». Это же типичный стиль мафиозной борьбы! Убивать друг друга, сжигать имущество врага и не привлекать в это дело милицию — сами разберемся. Они сцепились в схватке за контроль над «Граммофоном», Всеволод Иванович! Агафонский, с одной стороны, а Тофик, Княжин, их наследники и прочие заинтересованные лица — с другой!

— Но эти оба уже в могиле! — сказал Володин.

— Правильно. В могилу их отправил Агафонский. На месте тандема Тофик — Княжин встал их преемник. Он и продолжает борьбу.

— Кто, разрешите узнать? — лукаво спросил Володин.

— Арестуйте и допросите Агафонского, — твердо сказал Седов. — Он расколется, и вы будете знать все. Он ликвидирует своих врагов и знает их в лицо и по именам.

Володин вопросительно взглянул на Сорина. Тот кивнул.

Майор набрал номер и сказал коротко:

— Майор Володин. Группу для задержания вооруженного, особо опасного преступника — на выезд. Я приеду через двадцать минут. Приготовьтесь.

Он положил трубку и встал. Деловито подал руку Седову, а тот горделиво, будто помолодев на десяток лет, сиял от счастья:

— Удачи вам, мужики! Ну что, и в следовательском деле у меня мозги крутятся? Сколько лет при розыске да следствии, тут любой руку набьет.

Они простились с ним и вышли на улицу к машине.

— Я надеюсь, что ты пошутил насчет группы захвата? — буркнул Сорин.

— Конечно, — улыбнулся Володин. — Надо было порадовать коллегу. Доказательства слабые, фактов почти нет, но старому черту прибудет сил от того, что он так вычислил преступника. Обойдемся без ареста, но поговорить с Агафонским я б не отказался. А вдруг?

— Поехали в «Граммофон».

На студии грамзаписи генерального директора не оказалось. И сегодня его уже не ждали, и завтра. Потому что, по словам секретарши, Агафонский десять минут назад уехал в аэропорт, откуда вылетает в австрийский город Вену, славный своими музыкальными традициями.

— А он вернется? — грохнул Володин.

Секретарша взглянула на него со смесью удивления и испуга:

— Я думаю. Почему ему не возвращаться?

— Ну а вдруг он кассу снял, да и «делает ноги»?

— Это возмутительно! — оскорбилась за шефа секретарша, — Евгений Андреевич кристально честный человек! Об этом знает весь эстрадный мир!

— Ну а мир мильтонов, — грубо засмеялся Володин, — думает о Женечке Агафонском по-другому!

— Хватит разговоров, — Сорин взглянул на часы. — Гоним в аэропорт. Успеем.

Пока навстречу летели улицы Москвы, пока Володин ругался на каждом перекрестке с красным светофором, Сорин неторопливо думал, что вылет Агафонского за рубеж придает общей картине тревожную окраску. Быть может, обычная рабочая поездка, а может, побег по причине сдавших нервов.

В Шереметьевском аэропорту в обычной суете и неразберихе они поначалу поняли, что рейс на Вену не откладывается, только что началась регистрация, и Агафонского еще успеют перехватить.

— Береженого Бог бережет, — сказал Сорин. — Найди милиционера в форме и держи меня с Агафонским под наблюдением, когда я с ним начну беседовать. Дам знак — лети к нам орлом.

Володин кивнул и побежал в дежурное отделение милиции.

По счастью, Агафонский еще не успел уйти за турникет регистрации паспортного контроля.

Вместе с парой сотрудников стоял у столика в буфет, пил минеральную воду, и, когда Сорин подходил к нему со спины, услышал, как гендиректор говорил внушительно:

— Не знаю, каких добьюсь результатов, но в любом случае, друзья мои, мы выходим на мировую орбиту! Так что…

— Здравствуйте, — прервал его Сорин. — Евгений Андреевич, нам бы отойти в сторонку и переговорить.

— Здравствуйте, но я не понимаю! — В его глазах не было испуга. Было возмущение и недоумение. — Через полчаса я вылетаю за рубеж!

— Я это знаю, — скучно вздохнул Сорин. — Но, если мы друг друга не поймем, ваш вылет может быть отложен. И надолго.

Агафонский нервно поставил на стол стакан с минералкой.

— У вас здесь есть кабинет?

— Ну, что вы, что вы… Найдем пару кресел и, если вы будете искренни, вполне успеем до отлета разобраться в небольших проблемках… Которые, вынужден повторить, могут прервать вашу командировку.