Кровавое вино
Шрифт:
Конечно же пришлось подождать изрядную долю времени прежде чем мне принесли все требуемые книги. И к тому моменту меня уже вовсю распирал всего один вопрос:
— Скажите, а почему у вас так пусто? — И ведь вокруг никого не наблюдалось, ни работников такой большой библиотеки, ни самих читателей — лишь я, вы и мой спутник.
— У библиотеки сегодня выходной. Люди отдыхают мисс Коли. — Улыбнулся мне мужчина.
— Почему тогда вы тут? — Смутилась я. — Да еще и нас впустили?
— Вы знаете, мисс Коли, я уверен что для жаждущих знаний нет преград, поэтому я здесь и готов принять любого кто хочет все знать.
На этом мы и распрощались. Мне не разрешили таскать тяжести, поэтому библиотекарь лично донес все до моего знакомца, а тот до мобиля и до портальной станции. По дороге обратно мой спутник все так же молчал, а я не решалась задавать вопросы столь грозному типу.
Когда мы вышли из здания библиотеки, дождь прекратился, и столица радовала всех слякотью, и хмурыми тучами. Без лишних вопросов, мой провожатый довез меня туда, откуда забрал и даже сгрузил стопку из восьми немаленьких книг у портальных ворот, потом поклонившись и пожелав мне всего хорошего, он ушел.
Я была несказанно рада такому повороту событий и тому, что у меня осталось еще кучу времени на прогулку по центру такого великого города. Оставив книги в одной из ячеек что располагались на станции я с легкой душой и чистой совестью направилась туда, где пахло сдобой и новыми вещами.
Я давно обещала Акари, что если вдруг когда-нибудь попаду в столицу, то обязательно куплю для него самую большую и красочную книгу о животных из всех что смогу найти, поэтому я копила деньги как могла на протяжении последних двух лет, и сейчас, наконец, я могла выполнить данное когда-то обещание.
В центре было как всегда людно несмотря на плохую погоду. Целые кварталы набитые разнообразными магазинами, завлекали своими яркими вывесками, и ароматными запахами. Тут можно было найти все что только душе угодно. Начиная от книг, сладостей и прочего, заканчивая редкими артефактами, привезенными не только со всех концов света, но так же и из других миров.
Мощеная камнем дорога вела и петляла уводя меня как можно дальше от портальных ворот, от странных людей, да и от самого дворца императора, что находился в противоположной стороне. И я шла, ведомая азартом, к маленькому книжному магазинчику в конце улицы, где продавались самые редкие книги во всей империи. Я надеялась найти не только подарок для брата, но и хоть какую-нибудь информацию о том что мне сейчас так нужно было.
Колокольчик над дверью мелодично известил о том что новый покупатель вошел в зал. Вокруг, как и в имперской библиотеке все так же от потолка до пола, располагались полки набитые до отказа книгами, но обстановка да и размер помещения во много десятков раз уступали библиотеке. Тут почти никогда не было покупателей, по крайней мере сколько раз я суда попадала, всегда было пусто. Зато, тут можно было найти — «Большой сборник истории империи», самый первый экземпляр книги «О возникновении мира» или же сосем редкие книги, «Валерьяна, все о ней от а до я», «Медовый серебренник, то что вы хотели бы знать» и многое такое что не встретишь не в одной лавке или библиотеке, только потому что на это меньший спрос, или полное его отсутствие.
За прилавком, в общем как и раньше, стояла женщина в годах, считавшаяся и сейчас одной из первых красавиц империи, я в этом уверенна.
— О, Эмма! — Вскочила она, собираясь выбежать из-за прилавка. — Дорогая, сколько же я тебя не видела! Посмотри на себя, какой красавицей выросла.
И мама Бахати, выбравшись из-за своего прилавка, крепко обняла меня. Как же я соскучилась по этой невероятной женщине, аж слезы на глаза навернулись. Обняв крепко-крепко, немаленькую женщину, я с удовольствием вдохнула уникальный аромат из смеси сдобы и книг.
Мама Бахати, была темнокожей женщиной в теле, в возрасте за пределами среднего. Но даже при таком положении вещей, ее редкая экзотическая внешность казалось расцветала с каждым годом еще больше, и увидев ее раз, невозможно было уже не забыть. Эта женщина была самой доброй и щедрой из тех кого я хоть как-то знала. Она всегда любила готовить и радовать своего мужа разными кулинарными изысками, из-за чего достопочтенный господин Малер, уже с трудом пролазил за узенький прилавок.
— Мама! Я так рада что смогла к тебе вырваться! — И снова крепкие объятия. — Но я ненадолго. Вечером нужно будет вернуться в академию.
Женщина на это покивала, радостно улыбаясь, потом быстренько закрыла свою лавку и увела меня к задней двери, что вела в недра дома. Немаленького, двухэтажного дома, поделенного на средние квартирки.
Этот дом, всегда казался мне самым родным на свете. Его тепло и уют, обнимали как старый знакомый, приглашая заходить еще, не забывать. Каменный пол устланный теплым вязанным ковром, деревянные стены, из соснового сруба что всегда пахли свежестью и праздником, плетеная мебель и теплые покрывала ручной работы. Заходя в этот дом, ты забывал о шуме и суете столицы.
Мама Бахати, многое здесь сделала своими руками, и когда, холодными зимними вечерами я сидела с ней у камина, наблюдая за кропотливой работой, она рассказывала мне истории про свое африканское племя, про их жизнь на земле, и пела невероятно красивые песни, от которых в тот момент пахло знойным палящим солнцем и летними кострами. А на улицах всегда поговаривали что мама Бахати, невероятно сильная ведьма, которая может любую порчу наслать, да человека сгубить, поэтому мало кто верил, так как не может настолько добросердечная и искренняя женщина желать хоть кому-то зла.
Усадив меня за стол на кухне, она начала порхать по ней, словно пушинка, выкладывая на стол все новые и новые вкусности.
— Мама Бахати, присядь. Я не голодна. — Потянула я ее за рукав в какой-то момент. — И расскажи мне, как это вы с мистером Малером еще тут? Честно говоря, направляясь в эту лавку, я и не надеялась застать хоть кого-то из вас. Вы же вроде как уехали жить в пригород?
Мама всплеснула руками и тут же села за стол.
— Ой дорогая, мы же все-таки переехали, да вот только пришлось оставить на время свой дом, и возвратиться сюда. Моему любимому Ферри, стало плохо, и ни один из тех врачей, не мог ему помочь. Говорят что это был сердечный приступ. — И женщина всхлипнула, комкая в руках салфетку. — Говорят что с ним все будет хорошо, но мне страшно Эмма. Вот я и вышла поработать в лавку, разогнав продавцов по домам, хотябы до тех пор, пока Ферри не станет лучше. Меня ведь к нему даже не пускают, представляешь.
Еще немного и женщина заплачет, а мне не хотелось видеть слез той, что мне во всем заменила мать.
Пытаясь найти чем отвлечь женщину, я вытащила магическую книгу из сумки, и подвинув снедь на столе, положила ее аккурат перед носом мамы Бахати. Женщина тут же забыла про все свои невзгоды, заворожено уставившись на артефакт?!
— Эмма, только не говори мне, что это, то о чем я думаю. — Почти шепотом обратились ко мне.
— То самое, мам. — Тяжело вздохнула я. — И по теме этих книг, я сейчас пишу дипломную работу. Вот как раз у мистера Фериеса, хотела хоть что-то разузнать об этих книгах.