Чтение онлайн

Учитель ответил гладкой фразой, от которой попахивало заученной аксиомой:

— Меч связывает бойца с его противником. Правильное использование клинка раскрепощает тело и разум. Острое лезвие — инструмент острого ума…

— Нет! — Мэна нетерпеливо покачала головой. — Чтобы рубить! Вот цель. Я ничего не знаю о «раскрепощении разума». Если я вынимаю меч из ножен, значит, я собираюсь им рубить. Не парировать, не танцевать, не выделывать финт, который отлично известен противнику. Меч — оружие. Я хочу научиться использовать его именно так.

— Настоящая схватка не похожа на наше фехтование, — ответил Мелио. — Особенно если речь идет о врагах, не знакомых с Формами. Тем не менее, зная много разных комбинаций, можно использовать их в зависимости от ситуации, инстинктивно, не думая. Это важно, если дело решает скорость.

Мэна слегка наклонила голову и смерила Мелио взглядом. Он говорил медленно и серьезно — истинный наставник, обучающий новичка основам. Мэна опустила глаза и поджала губы, удерживая слова, которые готовы были вырваться наружу.

Наконец она не выдержала:

— Подними меч. Попробуй ударить меня — если сумеешь сделать это раньше, чем я тебя достану.

— Кто первый коснется противника, да?

— Да, — откликнулась Мэна, — можно и так сказать.

Оба стали в боевую стойку. Мэна чуть поклонилась партнеру, и Мелио повторил ее движение. Секунду спустя поединок начался. Мэна была готова к нему лучше, чем Мелио. Она нанесла простой и стремительный удар. Низко присев, Мэна резко и быстро полоснула Мелио по левой ноге, как раз под коленом. У него не было ни шанса парировать удар. Нога подвернулась; Мелио скривился от боли и упал на колено. Мэна подошла и встала над ним; кончик ее клинка слегка упирался Мелио в живот.

— Прости, но я была права. Зачем выплясывать пятьдесят движений, если хватает одного?

Мелио посмотрел на нее снизу вверх, в его глазах скользнула тревога. Мэна протянула руку и помогла ему подняться.

С этих пор их уроки заметно изменились. Мэна изучила оставшиеся Формы, быстро запомнив их и отточив движения до совершенства. Она делала это небрежно, просто для того, чтобы не огорчать Мелио. Однако вся полнота ее внимания была теперь сосредоточена на настоящих схватках «до первого касания». Она убеждала Мелио сражаться с ней снова и снова. В первые дни Мэна наносила больше ударов; казалось, Мелио принимал новые правила не слишком охотно. Теперь суть была в том, чтобы любым способом достать мечом до тела противника. Получая все новые и новые удары, Мелио постепенно входил в раж и старался отвечать Мэне тем же. В скором времени их быстрые схватки в три-четыре взмаха клинком растянулись до семи-восьми, а потом счет пошел на десятки движений.

По ночам Мэна по-прежнему лежала без сна, скорчившись на постели. Все мышцы ныли, ломило кости, тело сплошь покрывали синяки и ссадины. Тем не менее Мэна чувствовала, что прогресс налицо. Она начала раздумывать о технике, которой Мелио ее не учил. Один раз во время схватки Мэна прижалась к Мелио, прилипла к нему как клей, так что ни один противник не мог нанести эффективный удар. В другой раз она грубо толкнула Мелио плечом и быстро отпрыгнула назад, и этот прием застал партнера врасплох. Мэна научилась бить по клинку так, что он вылетал из рук Мелио, и прижимать свой меч к мечу противника, стремясь, чтобы клинки не отскакивали друг от друга, а будто слипались между собой. Временами она неожиданно замедляла ритм движений или полностью меняла его, заставляя Мелио спотыкаться и промахиваться.

Мэна точно не знала, насколько искусен ее наставник, но как-то утром одного дня, ближе к концу первого месяца весны, они с Мелио фехтовали до полного изнеможения. Оба были равно хороши. Потом Мэна огорошила Мелио серией стремительных наскоков, быстро меняя положение тела и атакуя с разных сторон. Хотя Мелио парировал удары, на его лице застыло изумление. Он понял, что партнерша могла без труда поразить его единственным скользящим ударом, зацепив шею, бок и колено и не потеряв при этом инерции.

Некоторое время Мелио стоял неподвижно, тяжело дыша и глядя на Мэну из-под темных прядей влажных от пота волос, облепивших щеки и лоб.

— Кто бы мог подумать, что принцесса Мэна Акаран окажется для меня первым достойным противником?

— Не смотри на меня с таким удивлением, — откликнулась девушка. — Я всего лишь доказала, что мы равны.

— Легко сказать. Ты понимаешь, что это значит?

— Конечно. Если я хочу учиться дальше, мне придется найти другого партнера. Ты слышал о бойцах на палках?

Мелио высказался категорически против этой идеи. Он вновь объяснил Мэне вещи, которые она уже знала. И все равно счел нужным повторить; ему казалось, что Мэна их игнорирует.

Дело в том, что приемы и техника боя на палках принципиально отличаются от фехтования мечом. Палка не рубит и не режет, но это не значит, что она безопасна. Ею можно нанести серьезные увечья и даже убить. Бойцы собирались из всех окрестных деревень. Как правило, это очень бедные люди, которые провозглашали, что в них течет кровь воинов, но не могли себе позволить никакого оружия, кроме вырезанной в холмах палки. Они сражались друг с другом, стараясь заработать хоть несколько монет из поставленных на них денег. Пока зрители делали ставки, бойцы вели шуточные поединки, кривлялись и веселили толпу. Однако, когда дело доходило до схватки, шутки заканчивались. Случалось, палкой выбивали суставы, ломали руки, били в живот — так, что начиналось внутреннее кровотечение. Мелио видел, как одному человеку раскроили череп, видел бойца, ослепшего на один глаз и другого — с раздробленной ключицей, которая никогда уже не заживет. А еще один боец, истинный мастер своего дела, умудрился с такой силой огреть противника по спине, что у того отнялись ноги. От удара человек рухнул на землю и с тех пор уже не мог ходить.

— И с такими вот людьми ты хочешь сражаться?

В бою на палках Мэна рискует получить серьезные увечья. Зачем ей это? Где смысл? Она слишком много о себе возомнила, если думает, что месяц тренировок с мечом подготовил ее к подобному испытанию. Вдобавок, когда дело вскроется, ярости жрецов не будет предела; они могут нарушить все планы.

Мелио приводил все новые и новые аргументы, однако толку от них было мало. А вернее сказать, не было никакого. Настал день, когда Мэна отправилась в круг. Она подкрасила кожу соком ежевики, придав ей странный, но не то чтобы совсем уж необычный оттенок. Плотно обмотав торс тряпкой, Мэна спрятала свои небольшие грудки, оделась в простую рубаху и штаны, какие носил на Вуму рабочий люд, и подвязала волосы на мужской манер. В заключение Мэна подержала лицо над дымом, открыв глаза, так что они покраснели словно у завзятого курильщика миста. Пожалуй, она выглядела немного странновато, зато никто не признал бы в ней жрицу Майбен.

В сопровождении Мелио она отправилась в город и разыскала палочных бойцов, собиравшихся на дальней окраине Риуната. Найти их оказалось нетрудно. Попасть в круг, подумала Мэна, будет посложнее. Она протолкалась сквозь толпу мужчин. Здесь были старики и молодежь, рабочие и докеры, фермеры с холмов и городские мальчишки. В толпе стоял тяжелый, удушливый запах пота и миста. Мэна узнавала лица, которые видела на церемониях. Но сейчас она не была Майбен и не носила облик богини. Дистанция, отделявшая Мэну от простого народа, исчезла.

Распорядитель круга приблизился к ней, смерил девушку взглядом с головы до ног, ухмыльнулся. Мэна думала, что он потребует назвать себя, доказать свое право здесь находиться, но ему было наплевать, кто она и откуда. Только дело имело значение. Человек лишь сообщил, что все новички сперва должны заслужить право состязаться — провести первый бой с нынешним чемпионом и внести вступительный взнос. Деньги, разумеется, никто не вернет, зато новичок получит возможность участвовать в боях с равными себе противниками и пробиваться наверх.