Чтение онлайн

Ситуация Анубис отличалась от той, в которой пребывала Жанна. Душа Богини Смерти уничтожена, от неё остались только ссохшееся сердце и полуувядший белый лотос. Все способы возрождения Короны Короля были очень сложными, и тело, которое она создаст — далеко не обычное. Иначе я бы просто попросил помощи у Аматэрасу, как в случае с Жанной.

Алиса молча слушала наш торг с Короной, а когда мы пришли к соглашению — задала вопрос:

— Ты уверен, что хочешь?

Я и сам не знал. Чтобы разграбить Мир Двенадцати и забрать зверей себе, мне придётся уничтожить это измерение. А это то, ради чего Анубис пожертвовала жизнью. Черри — одна из моих знакомых из прошлой жизни, и я не хочу чувствовать вину перед ней. Раз способен спасти — стоит попробовать. К тому же, чем больше сильных людей будет на Терре — тем лучше.

— Давай подумаем, как заманить зверей, — я посмотрел на Алису. — Печать Души и Крови не сработает на семёрках.

Печать Души и Крови — один из приёмов Короны Короля. С помощью него можно подчинить себе других существ. Атака использует сразу три Закона — Души, Печати и Крови. Но использовать эту атаку против семёрок у меня не получится — всё ещё не хватает сил. За этот приём Корона попросила у меня три года, и я согласился. В моих планах Печать Души и Крови играет очень важную роль.

— Если звери не будут сопротивляться, то ты поставишь печать, — возразила Алиса. — Тебе надо сделать так, чтобы они добровольно согласились.

— Коты точно откажутся. А без них весь план может рухнуть. Драконы тоже вряд ли так просто подчинятся. Семёрки — очень гордые, с ними трудно иметь дело.

Я уже успел изучить характер Котов. Свободолюбивые звери, единственные в Мире Двенадцати, кто сам выбирает партнёров из людей.

— Тогда можно купить в Короне Короля Договор Крови, — предложила Алиса. — Все главы семейств подпишут его, им придётся его выполнять.

Я задумчиво почесал щёку. Хотелось, чтобы мне присягнули все звери, но и жадничать нельзя.

Мы с Алисой минут десять обсуждали план действий. В итоге пришли к выводу, что невозможно заполучить всех зверей. Как минимум от Котов придётся отказаться — давить на них нельзя. И Собаки тоже под вопросом. Вряд ли они добровольно согласятся остаться в Империи Русов. Но и в Скандинавию не смогут вернуться — останутся на Нипонских Островах, что не так плохо.

Я вылетел из пирамиды и устремился к Пылающим Равнинам. На границе зависло семь зверей — все седьмой метки. Два Кота, Собака, Дракон и три Змея.

— Ну что? — нетерпеливо спросил Дракон.

— Я могу вас вытащить.

— Гра!

— Ш-ш-ш!

— Гав!

— Мяу.

Звери на мгновение потеряли самообладание.

— Но у меня есть условия.

Звери успокоились и выжидающе посмотрели на меня.

— Во-первых, вы прикажете своим родам собрать все ресурсы в Мире Двенадцати. Я потом уточню, что именно меня интересует. Во-вторых, Змеи, Петухи и Крысы должны добровольно позволить мне наложить на них Печать Души. Только в таком случае я вытащу их из Мира Двенадцати. Если нет — то пусть остаются здесь. В третьих — те роды, которые не хотят присоединяться к Империи Русов, подпишут соглашение о ненападении.

Звери молчали несколько секунд. А затем Дракон и Собака подлетели к Змеям.

Облако с двумя Котами приблизилось ко мне. В моей голове раздался голос Кошки:

— Отзови пункт о соглашении. Мы не будем ограничивать себя. Я знаю, что ты сможешь отменить Законы Анубис только одним способом — уничтожив сердце Мира.

Я криво усмехнулся, рассматривая пушистую Кошку. Она права, я не могу никого здесь оставить. Они в любом случае покинут Мир Двенадцати, когда я вырву сердце из корней лотоса. Жаль, что Кошка очень умная.

— Полетели обратно, — вслух сказал я, привлекая внимание Змей, Собаки и Дракона. — Обсудим всё с остальными родами.

Звери согласились, и мы направились в Джу-Сити.

Три часа спустя.

В самом большом здании Великого Древа, которое раньше служило местом медитации Патриархов Обезьян, собрались представители десяти звериных родов и я. От каждой из сторон присутствовало до десяти зверей. Боря возглавлял делегацию Свиней. Он сидел, состроив очень важный вид. Больше всего места занимали Драконы — половину помещения.

Я стоял в центре и говорил.

— Роды Свиней, Овец, Лошадей, Обезьян, Котов и Драконов могут присоединиться к моей Империи Русов и стать её полноправными членами. Вы получите землю и сможете создать свой дом. Всем остальным придётся составить со мной соглашение.

Я обвёл взглядом зверей.

— Разумеется, это не касается Змей, Петухов и Крыс. Они смогут выйти из Мира Двенадцати, только если присоединятся к Империи Русов и согласятся на мою Печать Души. Она не повредит вам, вы просто не сможете нанести мне вред.

— Остаёмся только мы, — подала голос раздражённая Собака. — Ты перечислил всех, кроме нас. Что ты хочешь? Мы не присоединимся к твоей Империи, это исключено. Сотни наших сородичей погибли в войне с Империей Русов.

Настрой Собак был враждебным.

— Вы знаете, что территория Мира Двенадцати находится на Нипонских Островах? И сейчас острова окружены естественным барьером, который могут пересечь только звери шестой или седьмой метки. Вы не сможете всем родом пройти сквозь него. Если вы останетесь на Нипонских Островах, то хватит и договора о ненападении. Вы поклянётесь, что не будете действовать враждебно против моей страны.

— Это допустимо, — Собака гавкнула.

— Можем ли мы остаться на Нипонских Островах? Мы готовы подписать договор, — проскрипела самая старая Обезьяна. Белая, сгорбленная. Несмотря на шестую метку, она выглядела слабой.

Я с сожалением посмотрел на неё. Обезьяны уже несколько минут спорили. Одни хотели остаться на Нипонских Островах, а другие желали переселиться в Империю Русов. Хоть они и говорили очень тихо, я прекрасно всё слышал.

Многие Обезьяны, которые хотели остаться, были связаны узором Призыва с нипонцами. Среди них был и Широзару — призывной зверь Горо Сакураи, дяди Эми.

— А вы не хотите разделиться? — предложил я. — Одни останутся в Империи Русов, а другие — на Нипонских Островах. Наши страны — союзники, поэтому я не против.

— Мы подумаем, — кивнула старая Обезьяна.

— Свиньи присоединятся к Империи Русов, — гордо заявил Боря.

— Лошади тоже, — подал голос коричневый пони. Лошадей осталось очень мало, не больше тридцати. И самый сильный из них был пятой метки.

— И Овцы, — проблеяла чёрная пушистая Овца шестой метки — единственная в своём роде.