Чтение онлайн

Василий дружески сел с ним рядом.

– Только бы дойти до Саратова скорее, есауле! – сказал он. – Там уж возьмем городок!

– Хе – хе! А идти скоро ли; тихо твое, атаман, дело. У нас кони добрые.

– Чуть солнце, мы и пойдем!

– А хоть сейчас. У меня им только свистни!

Василий ушел от него и снова говорил с Пасынковым и Кривым. Потом вернулся на струг, попробовал заснуть, но сон бежал от его глаз. Ему наяву грезилась Наташа. Она протягивала к нему руки, и он вслух говорил ей: «Возьму, возьму тебя, голубка, от злых коршунов!»

Еще восток только заалел, как Василий сошел на берег и пошел будить свой народ.

Вперед выехал он со своими молодцами и с ним рядом Гришка. Потом шла голытьба, вооруженная чем попало, а сзади стройною массою две сотни казаков с пушкою замыкали весь отряд, человек пятьсот.

Василий сиял радостью и горел нетерпением.

– Скоро ли дойти можно? – пытал он у Гришки.

– А как скажешь, атамане, дней в шесть без больших привалов, дойдем!

– То-то обрадуются! – засмеялся Василий.

– Да уж надо думать: ждут не дождутся!

Василий торопил свой отряд. Они двигались с невероятною быстротою. Часа два отдыхали где-нибудь у воды, варили наскоро толокно и опять шли, не зная отдыха. Только раз Василий дал роздых на десять часов, чтобы всем выспаться. Это было подле Широкого.

Он остановился.

– Роздых! Теперь всего один переход остался, – сказал он, – так пусть переспят да отдохнут, как след. А я, есаул, тут недалечко съезжу.

Он кликнул с собою Кривого, Дубового да Кастрыгу и рысью поехал к усадьбе Лукоперова. Была уже ночь, но, как и в ту роковую ночь, луна ярко светила.

Василий быстро ехал и говорил:

– Мы кругом осмотрим все и наутро своих приведем. Тут они, мои вороги, Лукоперовы! Тут и она, голубушка!

Он вдруг остановился и растерянно оглянулся.

– Чтой-то за диво! – усмехнулся он. – Ехали мы и их усадьбу проехали. Повернем!

Они повернули коней, но сколько ни вглядывался Василий во все стороны, бледно освещенные луною, он не видел высоких крыш лукоперовской усадьбы.

– Да что ты ищешь, атаман, – усмехнулся Пасынков, – ведь теперь по Волге все Степана Тимофеевича ждут. Сожгли холопы усадьбу, верно слово, сожгли!

– А ну?

Василий тронул коня и повернул его на знакомый косогор, и лишь только он въехал, как радостно вскрикнул:

– Правда твоя, Егорушка! Сожгли ведь воронье гнездо!

– А то как же!

Кривой и Пасынков с Кострыгой въехали следом за Василием.

Огромная усадьба Лукоперовых представляла груду наваленных обуглившихся бревен. Все, даже высокий тын, сгорел, и только трубы да печи белели среди угольев страшными белыми остовами, словно призраки.

– Эх! – сказал Кострыга. – Нашего бы боярина так спалить!

– Ништо! И ему так будет! – утешил его Пасынков.

Василий грустно стоял перед пепелищем. Что же месть? Где его Наташа?

«У воеводы дознаюсь!» – мелькнуло у него в голове, и он, повернув коня, вернулся к отряду.

Всю ночь он не мог сомкнуть глаз, седьмую ночь уже с того времени, как оставил Астрахань, и думал о Наташе. «Не может быть, чтоб она сгинула, – решил он. – Еремейка за нее вступится и обережет. Он и про любовь мою знает, и про то, что я с Разиным».

– На коней, на коней! – чуть наступило утро, скомандовал Василий, а за ним Гришка, и они поехали к Саратову.

– Поднесу я гостинчика воеводе, – говорил Гришка весело, – люблю воевод топить!

– Стой! – перебил его Василий. – Воевода мой. Ради него и в Саратов иду!

– А что?

– Так! Есть у меня с ним свой счет. А его уж не тронь и своим казакам закажи, чтобы они мне его живого оставили!

– Ну, добре, добре! Коли он сам не напорется!

– Тогда его счастье…

Поздно вечером они подошли к Саратову и остановились в полверсте за рощею. По обычаю, они, сидя на конях, составили круг. Гришка и Василий въехали в середину.

– Вот, братцы, – сказал Василий, – мы и у Саратова. Что нам делать?

– А подойти к надолбам и зажечь, – сказал Кривой, – которые там нам привержены, поймут и тоже подожгут, а мы и ворвемся.

– А коли там сила? – сказал Василий. – Узнать надо.

– Верно! – заговорил Гришка. – Прежде надо оттуда кого дождаться. Наши нищенки уже там два дня сидят. Пождем, они выйдут, а пока что – выехать двум да вокруг города пошукать!

– Что верно, то верно! – согласился Василий. – Кто пойдет?

– Да от меня казаки! Эй, Грицько, Осип! Пошукайте округ города! – сказал Гришка.

Те выехали из круга и быстро скрылись в темноте за рощею. Василий и Гришка сошли с коней и сели на землю. Прошел томительный час. Вдруг послышалось фырканье лошадей и в темноте выдвинулись казаки.

– Одного достали, – сказал казак, – говорит, к нам бежал.

– А откуда знал он, что мы тут? – спросил Гришка.

– Были нищие у нас, так говорили, ну, я и пошел. Встречу, думаю! – ответил в темноте голос.

Василий прислушался к нему и узнал.

– Аким, ты это? – окликнул он.

– Я! А ты неужто государь мой Василий Павлович? – воскликнул радостно Аким.

– Кто это? – спросил Гришка.

– А был мой служилый! Теперь я, брат Аким, – сказал он, – уже не Василий Павлович, а простой казак Степана Тимофеевича!

– Да неужто! Вот радость-то, государь мой! Возьми меня в службу!

– Пожди, пожди! Сперва сослужить нужно. Вот мы пришли Саратов взять. Велика оборона?

– И что, милостивцы, обороны-то, может, тысячи две стрельцов, да што в них. И они, и посадские только и ждут вас! Ей – ей!

– Вот-то ладна штука! – одобрил Гришка.

– Теперь, ежели хотите, я вернуся и сейчас к надолбам людей пошлю. Они вам отворят. Я тем временем пожар зажгу! Они бросятся тушить, а вы и тут!

– Ладно, братику, добрый казак будешь, – одобрил его Гришка, – а ты не врешь?

– Я? – обиделся Аким. – Да я бы один воеводу убил. Чтоб ему пусто было! Как ты убег, Василий Павлович, он на меня. Двор разорил, коня отнял, меня батогами прибил. А я что? Я и не знал!

– А кто над стрельцами?