Чтение онлайн

– Уходи, – простонал он, – тут бомба…

– Вызывайте саперов! – заорал скинхед и, подскочив к чеченке, придавил ее руки коленями.

– Уходи, – повторял Кравчук. – Бом…

– Не боись, мент! – Скинхед старался выглядеть отчаянным человеком. – Прорвемся!

Однако побледневшее лицо парня и дрожащий голос выдавали охвативший его страх. Но он удерживал раскинутые руки девушки, на которых намертво сцепил пальцы сержант.

Абу Саид медленно шел по Красной площади. Снимал на видеокамеру гуляющих людей, включенный магнитофон записывал оживленные голоса окружающих. Посмотрел на часы и чуть заметно усмехнулся. Направил видеокамеру на Спасскую башню.

– Да он убил ее! – говорил полный мужчина в штатском. – Собственно, это и к лучшему, а то вдруг сумела бы щелкнуть выключателем?.. Молодцы бритоголовые! – одобрительно сказал он. – Благодаря им обошлось без взрыва. А этот-то, – он нашел взглядом сидевшего у машины «скорой помощи» на асфальте скинхеда в темных очках, – вообще герой. И сержант умница, узнал ее по ориентировке. Взять бы еще тех, кто насиловал чеченок, выдавал себя за наших, живым бы под бэтээр положил этих гнид!..

«Отсюда все будет видно, – подумал Абу Саид. – Время есть, пойду в бар».

– Так… – Ягуар осмотрел сидевших со скрещенными ногами на полу четверых крепких молодых мужчин. – Каждый свою задачу знает. Ты и ты, – кивнул он длинноволосому атлету и мускулистому верзиле, – намертво закрываете проход из заднего отсека самолета. Через пару минут – для того чтобы захватить кабину, этого времени хватит – можете прикончить нескольких человек. В раю рабы неверные нужны, – улыбнулся он. – Вы, – он кивнул двум другим, – со мной. Надо после сигнала о начале сразу убить русских, чтобы от них не было никаких неожиданностей. Захват кабины – мое дело. Оружие есть у всех?

Четверо мгновенно выхватили из рукавов рубашек тонкие острые заточки длиной с десяток сантиметров. Пропустив их между указательным и безымянным пальцами, уперев закругленные концы в основание ладоней, одновременно ударили в стену. Острия вошли в стены сантиметра на три.

– Отлично, – кивнул Ягуар. – Уберите. Дважды заверните обшлага. Меньше подозрений, и в то же время выхватывать будет удобнее. – Он мгновенно выхватил заточку. – Моя из бука, это страшное оружие, и металлоискатель на него не среагирует. И еще. На аэродром приезжаем по одному. Между собой не общаться и держаться естественно. Вспомните, чему вас учили. Неназойливо заигрывайте с женщинами, поддерживайте разговор, если к вам обратятся. В случае темы терроризма, она сейчас популярна, молчите, а еще лучше мягко переводите разговор на другое. Улыбнитесь проверяющим билеты. До сигнала об акте ведите себя совершенно непринужденно. Сигнал вам всем известен. Аллах с каждым из нас, и скоро мы предстанем перед ним. Подготовить себя к встрече с семью девственницами успеете в самолете. А еще лучше сделайте это перед самой посадкой. Аллах акбар!

– Аллах акбар, – приглушенно отозвались шахиды.

– Ты проводишь нас до аэропорта, – сказал Луизе Шарафутдин.

– Я буду с вами, – улыбнулась она. – Не потому, что я тороплюсь предстать перед Аллахом, а потому, что на земле меня ожидает ад. ФСБ сумеет меня вычислить. Но даже если нет, то что меня ожидает? В горах жить я не смогу, да мне и не добраться до Ичкерии. Я лечу с вами.

– Как там беременная? – спросил чеченец.

– Нормально. Эти двое из всероссийского центра, – Луиза засмеялась, – ей понравились. Мне, кстати, тоже. Мужчины ведут себя нормально. Блондин, Валера, кажется, действительно знаком с медициной. Иногда говорит о беременности по существу.

– Он просто почитал справочник, – рассмеялся Шарафутдин.

– А почему ты идешь на это? – неожиданно спросила Луиза.

– Надоело все, – поморщился он. – Вроде в центре, в Пакистане, все хорошо, но постоянно держит в напряжении страх. По прихоти какого-нибудь туза могут скормить крокодилам или бросить в яму со змеями, устроить гладиаторский поединок. В общем, там долго никто не живет. Я говорю о помощниках, каким был и я. В горы я тоже не хочу. Вести спокойную жизнь не получится. Я ненавижу гяуров и не смогу жить спокойно. Да и не дадут, – вздохнул он. – Сама знаешь наши законы. Выйти можно только через ад. К тому же у меня свои счеты с гяурами, и поэтому я решил: буду в самолете. Просто короткая вспышка между жизнью и смертью, и все. Не будет ни боли, ни ужаса. Это самое лучшее, что может случиться с таким, как я. Жаль, что не увижу убитых гяуров и не услышу стоны и крики покалеченных. Но так будет.

– А ты знаешь, зачем тебя везут в Москву? – покосившись на Ивана, тихо спросил у Лены Валерий.

– Чтобы я смогла родить здорового и крепкого ребенка. Он появится уже очень скоро, я что-то чувствую… – Она осторожно дотронулась до округлого живота.

– А не боишься, что в самолете схватит?

– Но ведь вы будете рядом, – рассмеялась она. – И Мария Львовна тоже.

– Твою мать, – процедил читавший газету Иван, – чеченский боевик сдался ФСБ, когда ваххабиты отдали приказ стрелять из противотанкового гранатомета в здание школы во время праздника первого сентября.

– Мишка тоже погиб в Чечне, – тихо проговорила Лена. – Бэтээр подорвался на мине. Я поэтому и решила, что в любом случае рожу ребенка. Если будет сын, он обязательно станет офицером ВДВ.

Валерий и Иван переглянулись.

– Звони, – кивнул Турок Хаджи.

Тот набрал номер на сотовом.

– Да? – испуганно отозвался Антон.

– Берите детей, – распорядился Хаджи, – и…

– Они у нас, – перебил его Антон. – Мы…

Отключив сотовый, Хаджи посмотрел на Турка.

– Они взяли их раньше.

– Собаки! – вспылил Турок и, играя желваками, уставился в пол.

– Что будем делать? – нервно спросила его Захра.

– Запасной вариант, – отозвался Магомед. – Мы с Шарафутдином допускали это. Но русские собаки должны сдохнуть.

– Нет времени! – отрезал Турок. – Их могут взять в любой момент. В аэропорт, – решил он. – Захватим любой самолет, поданный на посадку. В девять мы должны нанести удар. Берите оружие и…

– Я все равно сделаю свое! – прошипела Захра.

– Вот почему ее называют Гюрза, – усмехнулся Магомед.

– Берите оружие, – поторопил Турок, – и едем в аэропорт.

– Что дальше-то? – возбужденно спросил Мамалюк.

– А я знаю? – заорал сидевший у окна с сотовым телефоном в руке Антон. – Надо было уматывать сразу! – Он отшвырнул сотовый. – А ты все деньги да деньги!.. Надо было брать все, что могли, и…

– Теперь поздно об этом говорить, – нервно прервал его Мамалюк. – Надо что-то придумывать сейчас. – Шумно выдохнув, он посмотрел на плачущих детей Павла. – Заткнитесь вы, мать вашу!

– И этого козла нигде нет! – Антон выругался.

– Мама! – услышала в телефонной трубке взволнованный голос сына Надежда Павловна. – Детей у тебя нет?!

– А ты разве не улетел? – удивилась она.

– Меня сегодня не допустили. Но где же Света и Толик? Их нет в садике. Там сказали, что их забрали Голубцов с Игушиным. У тебя их не было?

– Нет, я сама собиралась сегодня забрать их пораньше.

– Я еду к Антону, – услышала она, и в трубке зазвучали короткие гудки.