Кровавый рассвет
Шрифт:
Она спрыгнула с каталки и направилась к лифту.
Если Граф был мертв, могут они повесть его смерть на нее? Но ее действия были самообороной, тем более, что обвинения в насилии ей не предъявляли.
Но…
В первый раз Эйнджел охватило беспокойство за собственную жизнь.
Она со всех ног бросилась к лифту. Ей пришлось трижды повторить команду лифту поднять ее на первый этаж прежде, чем компьютер понял ее. Безумный страх Эллис как будто нашел у нее благодатную почву и пустил пышные корни. Эйнджел была абсолютно убеждена в том, что смерть Графа не была случайной. На душе у нее скребли кошки, и больше всего на свете в данный момент она желала убраться отсюда подальше.
Двери лифта открылись, и Эйнджел оказалась в коридоре прямо перед приемным покоем. Тотчас до нее донеслись звуки пения моро и завывание полицейской сирены. Она повернула за угол и стремглав помчалась к выходу.
И почти сразу налетела на полицейского-пинка. Во всяком случае, так ей показалось, когда она начала пятиться. Это был человек, не менее двух метров роста. Его прическа «ежик» при определенном освещении делала его похожим на одного из «Рыцарей». У него была бледная, почти светящаяся кожа.
Под мышкой его костюм топорщился, что явно указывало на наличие оружия. Наверняка он имел десятимиллиметровый ствол или еще что-то получше, автоматический пистолет, например. Когда Эйнджел отпрянула от него на достаточное расстояние, она смогла разглядеть, что костюм был слишком дорогим для местного парня, что позволило ей сделать вывод о том, что парнишка был из федерального бюро.
От ее взгляда не ускользнуло и то, что к узлу его галстука был пришпилен миниатюрный микрофон, а в ухо засунут почти невидимый наушник.
Она уже было подумала, что влипла и едва ли сможет выпутаться, как вдруг поняла, что запах исходивший от федерала не говорил об опасности. Он был охвачен азартом охотника, к которому примешивалось чувство легкого страха. Парень даже не взглянул на нее.
Он оттолкнул Эйнджел и проследовал к лифту. Сбоку ей удалось заглянуть за его солнечные очки. Ей показалось, что у него была красная радужка глаз.
Встреча продлилась не более секунды. Искушать судьбу Эйнджел не собиралась. Ее словно ветром сдуло. Оказавшись в машине, она подумала, что посещение Центральной больницы Фриско было с ее стороны поступком, лишенным здравого смысла.
ГЛАВА 7
Близилась полночь, когда Эйнджел наконец добралась до дома. По ровному спокойному дыханию Лей она определила, что ее подруга мирно спит в гостиной. Лей лежала на диване, свернувшись калачиком, прикрыв хвостом лицо. Видеоком работал, передавая последние новости. Комментаторы политических событий вели с экрана грязную перепалку.
— … Харпер — единственный потенциальный кандидат в президенты, кто выступает за мир… — говорил один из них, сидевший по левую сторону экрана.
— Политическое умиротворение, вы хотите сказать, — отозвался голос его невидимого оппонента.
— С тех пор, как разразился кризис, рейтинг популярности Мередита продолжает падать, —продолжил первый, не обращая внимания на замечание. — Со времен скандала с ЦРУ демократы пребывают в наихудшем положении. Если комитет сумеет добиться какого-нибудь дипломатического ре…
— Вы, должно быть, шутите, Фред. Никто всерьез не верит в то, что кандидат партии НОА способен выиграть на президентских выборах…
Эйнджел прошла мимо видеокома и услышала, что Лей за ее спиной зашевелилась. После долгого зевка та сказала:
— Наконец-то ты вернулась. Интересно, ты понимаешь, что делаешь?
— Не понимаю.
Тем временем на экране какая-то лысина просунулась в кадр и принялась кого-то отчитывать.
— Ты помнишь, что сказал о Зеленых Дейв? Страна созрела для кандидатов таких, как Хар…
Эйнджел покачала головой:
— Хотела поговорить с тем панком, который из-за меня угодил в клинику.
Лей села и потянулась. Эйнджел услышала, как хрустнули ее суставы.
— Но что он мог сказать?
— Никакая из вышеупомянутых организаций не является более радикальной, чем Зеленые, —вещала с экрана какая-то женщина.
— Не знаю, — ответила Эйнджел, — сукин сын умер.
— Что?
— … не захотел пачкаться в том же дерьме, которым обляпались все остальные демократы во время обвинения, выдвинутого ЦРУ в 54-ом. Он и не из таких переделок выходил сухим…
— Я случайно зашла в морг. Парень был там. Холоднее…
— Ты уверена, что это был тот самый парень?
— … два года понадобилось, чтобы оправиться и принять участие в выборах 56-го года. Хотя экономика стабилизировалась, этот случай «с пришельцами» едва ли мог пойти на пользу…
Эйнджел обошла кофейный столик и уселась рядом с Лей.
— Как ты думаешь, сколько там имеется татуированных пинков с болтами, похожими на переспелый баклажан? Это он.
— В новостях на эту тему ничего нового не видела.
Эйнджел взяла в руки пульт управления и положила ноги на столик. Спор на экране достиг своего апогея. Одновременно кричали трое или четверо людей
— … единственными реальными противниками демократов являются Грегг и конституционалисты…
— … поверьте мне, эти «пришельцы» были состряпаны в одной из генных биолабораторий…
— … имел хоть каплю здравого смысла, он бы уже подал в отставку и дал своему преемнику шанс.
— … НОА никогда не имели более десяти мест, и так продолжалось не менее пятнадцати лет…
Эйнджел переключила видеоком на спортивный канал и выключила звук.
— Новости смердят. Новости всегда смердят. Полиция, наверно, уже обгадилась от страха и не знает, что теперь, после этой смерти, предпринять.
— Как же этот бедняга умер?
— От компьютерного глюка.
Лей покачала головой, и Эйнджел услышала, как нервно постукивает о диван ее хвост.
— Зачем тебе нужно копаться в этом? Чего ты хочешь?
Прежде чем ответить, Эйнджел долго собиралась с мыслями.