Чтение онлайн

Как только дверь перед ней открылась, она очутилась перед исполинским голографическим экраном, висевшим позади письменного стола, и почувствовала приступ головокружения. Экран работал, на него проецировалось бездонное голубое небо. У нее было такое чувство, будто она падает вверх.

Эйнджел несколько раз поморгала глазами, и неприятное чувство прошло.

Дверь за ней притворилась, оставив охранника-франка снаружи. Мистер Кей сел за стол, а ей указал на единственный стул, представлявший собой пластиковую форму с обивкой, выполненную в виде стула. На вид конструкция казалась неустойчивой, но Эйнджел умудрилась сесть на нее и не упасть.

— Итак, — произнес мистер Кей, откидываясь на спинку своего кресла и глядя на нее поверх очков глазами темно-сиреневого оттенка, — чем могу быть полезен?

Эйнджел начала свое повествование, но он остановил ее.

— Основное мне хорошо известно. Иногда служба новостей тоже может быть полезной… в смысле просвещения. Я бы хотел знать, что именно вам нужно, конкретно.

Эйнджел уже продумала это.

— Я хочу знать, кто убил Байрона и кто устроил в его доме погром?

— И это все?

— Я хочу знать, чем, черт возьми, Байрон занимался?

Эйнджел извлекла из заднего кармана джинсов пачку футбольных билетов и бросила их на стол.

— И еще я хотела бы знать, что — если таковое имеется — он спрятал на этих карточках?

Мистер Кей кивнул.

— Хорошо. Люблю ясность. Теперь мне бы хотелось обсудить с вами условия нашего обмена.

— А?

— Мою плату, Эйнджелика. Я прибыл в эту страну потому, что я не работаю даром.

— Если вы мне скажите, сколько…

Он крякнул и покачал головой.

— Нет, нет и еще раз нет. Вы не можете расплатиться со мной деньгами.

Эйнджел слегка усмехнулась.

— Но у меня есть деньги.

Он кивнул.

— Что-то около семи миллионов, кажется.

Эйнджел от неожиданности даже охнула.

— Возможно, вы уже поняли, что я в основном имею дело с корпорациями и очень редко занимаюсь с частными лицами. Компьютерное время на моей машине практически бесценно. Минута, по самым скромным подсчетам стоит пятьдесят тысяч.

Она медленно закрыла рот.

— Но, как водится, я работаю не только, вернее, не столько за деньги.

— Что вы хотите в обмен?

— Мне нужен свободный доступ к той информации, которую он когда-либо передавал. — Мистер Кей вытянул руку и длинными пальцами прикоснулся к лежащим на столе карточкам. — Идет?

Эйнджел опустила взгляд на футбольные билеты, накрытые ладонью франка.

— А почему вы считаете, что в них что-то есть?

Мистер Кей улыбнулся.

— Я знал Байрона.

Конечно. Почему бы, черт побери, и нет? Она в действительности никогда по-настоящему не знала проклятого лиса? Просто позволила ему обольстить себя и вовлечь в эту неразбериху.

— Как вы думаете, что именно он передавал?

— Не имею представления.

Эйнджел покачала головой и усмехнулась.

— А вы не боитесь, что потратите массу усилий, а это окажется чем-то совершенно бесполезным?

— Если это представляет ценность для кого-то еще, значит это ценно для меня. Иногда, когда риск невелик, я люблю поиграть.

— Ну, хорошо, — согласилась Эйнджел.

На самом деле ее совсем не волновало то, что перевозил Байрон. Единственное, что интересовало ее, — могла ли данная информация указать на того, кто гадил ей теперь.

Мистер Кей собирал карточки.

Но Эйнджел не была совершенной идиоткой.

— На двух условиях.

Рука мистера Кея замерла на месте.

— Нo ведь это вы пришли ко мне за помощью.

— Да, но, если эта информация чего-то стоит, я бы хотела получить свою долю.

Рука его медленно опустилась.

— Что касается этого, то я даже не знаю. Мне не нужны бессмысленные осложнения.

— Скажите, что вы не можете пойти на это.

— А вы скажите мне, что вам это действительно нужно.

— Это вопрос принципа, мистер Тетсами.

Услышав свое имя, он нахмурился.

— А второе условие?

— Раз вы забираете у меня эти карточки, я хочу, чтобы мне их заменили. В воскресенье мне хотелось бы пойти на матч.

Вернувшись домой, Эйнджел с силой захлопнула дверь. Каким-то образом ей удалось избежать наезда на невинных зевак.

Все-таки ей следовало спросить мистера Кея о Байроне. Кроме того, у нее были кое-какие соображения относительно того, что именно она могла узнать, но правда всколыхнула ее настолько, что она почувствовал себя такой измочаленной и больной, что ей больше ничего не было нужно. Но больше всего ее беспокоило то, что она все еще питала иллюзии, относительно того, что ее отношения с Байроном что-то значили, а не были пустым времяпрепровождением.

Для Байрона, по всей видимости, она значила не более чем удобный почтовый ящик.

Но самым отвратительным во всем этом было то, что к тому времени как он всучил ей эти поганые карточки, она уже смотрела на него влюбленными глазами и была готова пойти ради него на любое преступление.

— Какой паскудный день.

— Эйнджел…

Из гостиной появилась Лей и подошла к ней. Она явно была взвинчена и размахивала хвостом так, что к ней нельзя было подойти ближе чем на метр. Эйнджел почти ничего не видела. Байрон занимал все ее мысли, и она была вне себя от гнева.

— Этот негодяй просто пользовался мной! Он все это время использовал меня. Я была своеобразным почтовым ящиком. Он раздобывал эти чертовы данные, потом находил лазейку, как втереться в доверие, и до поры до времени оставлял раздобытую информацию в чужом доме, имея возможность при первой же необходимости изъять ее.

— Эйнджел… — Лей схватила ее за плечо и встряхнула.

— Что? — огрызнулась Эйнджел.

Лей мотнула головой в сторону комнаты. В гостиной стоял детектив Уайт. Над ремнем навис живот, подобно лавине готовый в любую минуту сорваться вниз. Лицо детектива было серьезным. По бокам стояли двое полицейских в форме. Копы немного нервничали.