Кровавый Тони
Шрифт:
— Клянусь, Морем Небом и Землёй, — после этого мы приложили ладони друг к другу, самое удивительно то, что кровь быстро засохла коснувшись. Посмотрев на свою ладонь, я увидел его чёрную запёкшуюся кровь, и из неё была надпись словно татуировка — Море, Небо и Земля. У него было так же только с моей кровью. — Я сейчас вспомнил… Мы ведь поклялись перед самим богом, как в библии. Говорилось, что нельзя клясться так. И что эта кровь не отдирается?
— Это метка клятвы, она исчезнет, когда клятва исполнится. Так клясться меня научил отец, когда он был человеком, не знаю про кого ты говоришь, но мой отец часто говорил про это что ты сказал. Он сказал, что если это не пустая клятва, то нужно клясться так.
— Твой отец был умным.
Вот так болтая с ним я присел на престол справа от него. Он рассказал, что мы в монастыре в его честь, и поведал что и как, где бог снов, и как к нему подобраться. Я же рассказал ему, что он мне поможет освободить узников, на этом он помрачнел, он сказал, что они убьют всех. А я ему предложил съехать в другой мир, он задумался подумал, а потом придумал как это сделать, настроение его вернулось в норму. Я поселил в нём надежду, а мне не по себе. Даже вино не утопит чувство не полноты, я чувствую, что во мне исчезло что-то хорошее и его место заняло другое, холодное, колючее, копошащейся, шепчущее, злое. Я только что вспомнил про Листочка!
— Листочек, эй выходи! — начал я толкать в своём плаще кармашек, где был Листочек.
— Прекрати, дай по спать. Здесь хорошо удобно и тепло, когда проснусь тогда и выйду, — прошептал мне Листочек
— С кем это ты болтаешь? — спросил меня бог теней.
— Да так, с собой.
Глава 30
Хорошенько напившись, я вышел из этого монастыря. Вокруг как всегда был лес. Мёртвый лес, в котором блуждали волкообразные твари, Листочек спит. А бог теней сказал, что пока я должен справится сам, но всё же дал мне меч. И вот я двинулся вновь в лес. Где меня поджидали. Воздух больше не тяготит мои лёгкие, страха больше нет, и нету больше паранойи, есть лишь желание… Желание пустить кровь.
Спустя пол часа блужданий по мёртвому лесу и трескам засохших листьев на меня напали. Это было то, чего я не ожидал, запомните на будущее… Никогда, ни при каких обстоятельствах ступая по корням засохших деревьев… НЕ СМЕЙТЕ ИХ СЛОМАТЬ!!! Потому что деревья живые! И очень голодные. Порезы на моей ступне говорят об этом красноречивей некуда. Я отбился от оживших корней, обрубив их, они успели обвить мою ногу и немного пососали крови, но быстро прекратили, потеряв к ней доступ посредством моего меча. Это было только начало… Ведь я вспомнил, что это корни дерева… Вскоре моему взору предстала злобная ель… И очень голодная. Что я должен был делать!? Дать бой!? Вы шутите? Идиоты, она огромная метров пять ростом, и если она меня пнём у меня все кишки вылезут, мать вашу! Разумеется, я побежал со всех ног! Попутно срубая ветви, которые мне мешали, я спотыкался падал и вновь поднимался, и бежал, ель догоняла меня… Оно и понятно один её шаг это десять моих. Насчёт срубленных веток, по дороге я поломал не один корень… В общем, я хотел сказать, что теперь за мной гонится два десятка таких елей, берёз, тополей и прочих неизвестных мне из семейства деревянных. Все они злорадно хихикали, в то время как я бежал так быстро как никогда прежде, казалось мои лёгкие сейчас стали на манер сердца, насос воздуха… А сердце и вовсе выпрыгнет, меня всего обуял холод. Но вместе с ним пришла и лёгкость, это был адреналин, вот это я передрягу словил… Но долго мои бега не продлились. Я упал в яму, нет это не яма… Пещера? Не знаю катакомбы… В общем я провалился под землю, и упал причём упал больно… Кажется нога сломана… Тааак. Вдох, выыыдох. Фух. Не помогает!
— ЧЁРТОВЫ ДЕРЕВЬЯ! Я ВАС ВСЕХ НА КАСТЁР ПУЩУ! УБЛЮДКИ ДЕРЕВЯННЫЕ, ПОГОДИТЕ! Я ВАШИ СЕМЯНА В МАСЛО ПРЕВРАЩУ И СЪЕМ! СЪЕМ ВАШИХ ДЕТЕЙ ТВАРИ БЕЗБОЖНЫЕ! — раскричался я от боли, что разгоралась в сломанной левой ноге. Спасибо, что перелом не открытый.
— Ах ты мешок костей! Да мы в тебя заноз напускаем! На удобрение пустим! Будешь наши корешки посасывать грязное мясо! — слышал я где-то вдалеке.
— Ненавижу деревья… Так, а где это я?
В пещере, мать твою, разумеется! Только не видно нихрена. Хорошо предлагаю подождать, когда глаза привыкнут к темноте? Ну да, вполне сработает если рядом с нами нету ничего такого страшного…
***
Спустя время через которое глаза Тони привыкли в темноте:
Я оказался в не просто пещере, это подвал замка или что? В общем я вижу кирпичи, их очертания, вижу столы, стулья, люстры. Я решил, что нужно во чтобы то ни стало добыть свет и поглядеть какого хрена я здесь делаю. И знаете… Меч мне очень помог… Я разрубил от деревянного стало ножку. Так им! Получайте деревянные изделия! Ненавижу деревья! Раз рубив стол нахрен, мать его… Деревянную, мать его, вот так лучше. Я принялся мучить обрубки. В темноте это было тяжко, очень тяжко. Унизительно и занозотворно. Твари деревянные я же отомщу вам ублюдки! Нога болит, руки в занозах, а я уже третий час тру деревяшку об деревяшку чёрт бы их… Нет уж! Пошёл ты во мрак чёрт! Мои деревяшки! И вот, о чудо! Огонь! Огонь!
— Хаххахахахах! Огонь! Огонь! Хахаха! Огонь! — эта радость заглушила мою боль. Повозившись ещё немного, я смог соорудить факел. Благо здесь на столах было всё необходимое… Ну была масляная лампа и ткани… Похоже, что гобелены. Что? Почему я идиот не включил лампу? Она без фитиля! И ей неудобно ходить. А факелом можно и горячий удар сделать. Ну так вот, насчёт пещеры и её природы. К сожалению, я попал в дурное место… По портрету понял. И по всяким картинкам на стенах. Это подземные царство гоблинов… И всё это так меня разочаровало, что я забыл про Листочка. Позвав его, я спас свою ногу, и теперь кажется могу нормально ходить и не ныть. Но всё же предпочтём прокатится на своём друге пообещав ему орду гоблинов если встретим их, на что он облизнулся и согласился.
— Вперёд, мой скат погибели! — направил я меч вперёд, и мы двинулись дальше вниз по лестнице.
— Погибели? Я не устраивал геноцидов чтобы быть погибелью, — пробурчал тот мне.
— А как тебя звать? — попутно спрашивая я осматривался, и я до последнего не замечал слежки.
— Не зови так. Зови Листочком, — услышав это, я погладил его и улыбнулся, на что он слегка стал пушистее. Всё же он не злобная тварина, что хочет всех сожрать.
— Ладно, Листочек. Вперёд…
Мы медленно продвигались, и я старался не упустить чего. Ну а Листочек высматривал потенциальную добычу, в конечном итоге мы наконец вышли к свету. И попали мы на пир…
— Дорогие гости, братья, сёстры! Сегодня мы здесь все собрались на свадьбу моей дочери! Я приветствую всех присутствующих! Это значимый день в нашей истории, ведь не часто происходят свадьбы в нашем народе! Поздравим молодых! — расхаживал серый гоблин, с кубком вина, которое так и хотело выползти из своего заточения. Он был счастлив, сегодня его дочь нашла любовь, это большая редкость особенно в этих землях. Никто из гоблинов и не думал замечать Тони. Все они были навеселе, разумеется, ведь сегодня был любовный союз между гоблинами и эльфами Дроу.
— Ура! Поздравляем, будьте счастливы!
— Так, Листочек, а ну уменьшайся, сейчас я попытаюсь к ним подсесть, немного поем и ты сможешь позже всех съесть. Идёт? — я собирался перекусить прежде чем убить их всех. Почему убить? Вы сами посмотрите, они же не люди! И на сколько я знаю душегубы те ещё и тем более я ненавижу всякие разные расы. Да я расист и что? Осудите меня? Поклонники Регги музыки? Кстати говоря, гоблины были не уродцами. Я бы описал их как людей, с зелёной и серой кожей, острыми и слегка опущенными ушами, ну и нос тоже островатый. Ну не страшные, я бы сказал, что они родственники эльфов просто пропорции лица не столь утончённые.
— Хорошо. Только не засиживайся, я тоже проголодался, — уменьшился и полез ко мне в карман.
Вот так, тихонько проходя, я подсел за стал. И начал накладывать себе еду и выпивку. Меня будто не заметили. Все действительно были счастливы этому событию. Два подземных народа совершают союз…
— А сколько лет невесте? — спросил я гоблина, что порядком переборщил с выпивкой. Я надеюсь с этого идиота Листочек не пьянеет ли? Попутно я принялся поедать большую ножку… Индейки?
— Невесте? Кажется, двести сорок два. Ох вот это я перепил, ты мне кажешься человеком. Пхахаха, ты это. Тоже пей, это же событие событий! В этих гнилых землях любовь! Эльф и гоблин! — начал он мне подливать. Я не возражал, да и пойло их было вкусным.