Чтение онлайн

Значит, так, есть теория, предположение, – шаман с наслаждением клюнул взглядом Вьёрда, – что миром правят два начала: Порядок и Хаос. Эти силы будто бы находятся на разных чашах Весов Мироздания. И чаши эти всегда колеблются. Истинный Порядок означает полное отсутствие магии, силы и всего того, о чем мы слышали из легенд. Хаос же, наоборот – позволяет магии свободно течь по жилам мира, изменяя его обитателей.

– Течь по жилам мира… – тихо пробурчал Вьёрд.

– Есть теория, предположение, – Корфулд снова посмотрел на Вьёрда так, словно перед ним сидел на коне деревенский дурачок, – что до пришествия Даргэна миром правил Хаос, а после – наступила эра Порядка. Это подтверждают легенды Севера. Вспомните: Сила покинула Эргунсвальд более тысячи лет назад…

– Как раз тогда, когда в Империю пришел культ Просветителя, – подвел итог сын Эрнульфа. – Что ж, звучит и вправду складно. Но даже эта теория…

– Предположение… – Одноглазый вновь кольнул Вьёрда, заставив того рассвирепеть не на шутку, – подтверждает, что Айтул – обычный человек.

– Верно. Человек из плоти и крови, который точно так же умрет от твоего меча, как и все, кто вставал на твоем пути, – согласился с Одноглазым Вьёрд.

«Как и все, кто окажется на нем», – добавил про себя Брудвар, мельком подумав о том, кто же станет ему достойным соперником после усмирения аркалов. Мысль о том, что ему придется надолго осесть в Скаймонде, показалась очень неуютной.

Когда до ущелья оставалось всего несколько миль, Брудвар скомандовал остановиться на короткий привал. Он ждал последнего доклада разведки. Изучить стан врага отправилась его лучшая разведчица. Ждать ее возвращения пришлось недолго.

– Вождь!

– Смотрите-ка, Березка вернулась! – лагерь огласили крики соратников.

Закутанная в маскировочный грязно-белый плащ, навстречу войску, лихо погоняя серую кобылу, резво мчалась белокурая женщина.

«Улыбается, – пригляделся Брудвар. – Значит, все хорошо. И, скорее всего, плохо для Айтула».

– Приветствую, Грайдис! Чем порадуешь? – спросил он, как только главный человек в его разведке подъехал ближе. Лошадь под ней тяжело дышала и, казалось, могла свалиться в любую минуту. Между тем сама наездница выглядела на удивление свежо. Черные соболиные брови ярко подчеркивали белизну ее разрумянившегося лица.

– Мой вождь, – с достоинством, которому позавидовали бы все правители мира, кивнула она.

«Ладно, пора уже привыкать к этому титулу. Тем более что вся дружина жаждет этого момента не меньше моего. Да и поздно уже этих засранцев учить уму-разуму».

– Численность их войска не изменилась, – бодро доложила Грайдис. – Мои ласточки заняли хорошие позиции у вершин, с них прекрасно видны подходы к другой стороне ущелья. Если кто и спешит на выручку фэрлу, он будет там не скоро. Их лагерь укреплен слабо, нас вряд ли ожидает западня. Но, что интересно, в середине ущелья стоит шатер. Его не охраняют, да и располагается он далековато от войска Айтула. Мои девочки сказали, что его поставили только сегодня утром. В общем, если нападем сейчас, то разнесем их в щепки.

– Не торопись, Березка. Айтул нужен мне живым, не хочу, чтобы кто-нибудь из наших ненароком выпустил из него кишки. К тому же, судя по всему, он даже подготовил тепленькое место для нашей милой беседы. И мне очень интересно знать, что он мне расскажет, – во взгляде Брудвара сверкнула сталь, а в голосе появилась жесткость. – Но как только мы закончим этот разговор… – опасный и отлично знакомый Брудвару огонек заплясал в глазах дружинников, услышавших его речь, – то Айтул и все его воины познают силу нашего гнева и остроту мечей. Никто не смеет насмехаться над нами!

– Вот такие переговоры я люблю! – хлопнула в ладоши Грайдис. – Узнаю нашего вождя.

Вьёрд не разделял всеобщего ликования.

– Ох и странно все это. Ох и странно, – озабоченно изрек соратник. – Фэрл явно что-то задумал, но не пойму, на что он надеется? Либо ты, Березка, и твои ласточки уже не такие зоркие, либо Айтул действительно хочет как-то одурачить тебя. – Вьёрд посмотрел в глаза Брудвара.

– За меня не волнуйся, пузатик, я свое дело знаю! – огрызнулась Грайдис. – Если говорю, что засады нет, значит, так оно и есть.

– Поверь, от этой неизвестности меня уже тошнит. – Сын Эрнульфа свел брови. – Жизнь Айтула висит на волоске, а я даже не могу представить, что он может предложить для ее спасения. Но у меня накопилось слишком много вопросов. И ответы на них я получу. – Воин сжал кулак в меховой перчатке. – И сегодня же.

– Может быть, все-таки подмоги дождемся? – не отступал Вьёрд. – Лучше девять раз поворотить, чем разок на мель сесть…

– С каких это пор ты стал таким осторожным? – ехидно поинтересовалась Грайдис. – Сказала же: путь к ущелью чист.

– С тех самых, как узнал о смерти Эрнульфа. Я бы хотел увидеть, как наш вождь сядет на трон Скаймонда. Мне приснилось, что он станет великим правителем, – по-доброму ухмыльнулся воин.

– А Вьёрд прав, – наконец, высказался Одноглазый. – Хоть никто из нас и не верит словам аркалов, но все это выглядит крайне подозрительно. А если подозрительно, значит, опасно.

– Тогда, может, ну их, эти переговоры? – предложила разведчица. – Просто перебьем их всех? И не таких ломали. А фэрла постараемся в плен взять. Доставим Айтула тебе, как барашка на вертеле. Горло резать не будем, говорить сможет.

Брудвар оглядел соратников и одарил их глубоким, искренним и благодарным взором.

– Ценю вашу заботу. Правда, ценю. – Он тяжело вздохнул. – Но мы не станем менять план. Если сегодня нам и суждено обнажить мечи, то мы победим. Не забывайте, что мы превосходим врага числом, а это – уже приговор для фэрла. Вспомните, сколько раз мы разбивали таких смельчаков? То-то же. Вы, да и все в дружине, знаете, что я всегда сражался бок о бок с вами, всегда вел вас вперед. И мой будущий титул вождя ничего не изменит. Возможно, кто-то из вас думает, что это глупо, безрассудно… – Соратники опустили головы, не выдержав пристального взгляда. – Возможно, вы правы. Но это мой путь, мой выбор и мое решение. Не прятаться. Не сдаваться. Встречать все радости и невзгоды лицом к лицу. Жить, чувствуя соленые брызги волн на щеках, свежесть горного ветра, тепло летнего солнца, обжигающий холод снега. Жить, упиваясь пьянящим весельем битвы, вкушая радость побед и горечь поражений… И если мне суждено пасть от меча, что ж, я приму это, отправлюсь на встречу к своим предкам с гордо поднятой головой. Но не предлагайте мне укрыться за вашими спинами и позорно ждать окончания битвы. Верьте своему вождю!

Они верили. Не могли не верить. И подчинились беспрекословно.

Ущелье было одним из тех удивительных мест, которые одновременно и пугали, и восхищали человеческое сердце. Могучую горную глыбу разрезал приток реки Буйной, каким-то чудом прорубивший путь в каменном гиганте. Сейчас, когда воду сковал лед, ущелье выглядело заметно шире, однако недостаточно широким для того, чтобы путники могли чувствовать себя в безопасности. Голые отвесные скалы подавляли и будоражили дух, грозно нависая и милями устремляясь ввысь. Казалось, что в любой момент они могут сомкнуться и раздавить человека, ощущавшего себя здесь совершенно беспомощным. По этой причине в ущелье никто не жил – здесь никогда не было поселений, а путники, подгоняемые безотчетным страхом, спешили пройти это зловещее место как можно быстрее. Однако сегодня посреди разлома стоял настоящий лагерь. Дымили костры, шуршали палатки, и громко хрустел снег под ногами вражеских воинов. Свободно гуляющее эхо донесло до ушей Брудвара их встревоженные голоса. Это не удивило сына Эрнульфа: им было чего бояться.